Долги давно минувших дней

Верховный суд (ВС) РФ разберется, какие ограничения есть у кредитора, требующего признать долг банкрота общим обязательством обоих супругов. Такой вопрос встал в деле о банкротстве гражданина, взявшего заем и потратившего его на строительство дома, который в итоге записали на жену заемщика. Кредитор через суд требует, чтобы супруга отвечала по этому долгу вместе с мужем, так как средства пошли на общие семейные нужды. Жена должника утверждает, что кредитор пропустил трехлетний срок давности, так как еще за пять лет до подачи иска знал, на что пошли его деньги. Решать спор будет экономколлегия ВС.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Верховный суд разберется с обязательствами жены в банкротстве мужа. В сентябре 2015 года супруги Щербинины купили земельный участок. В октябре 2016 года Владимир Щербинин занял у Юрия Бисерова $185 тыс., а через пару месяцев он поручился перед тем же кредитором по займу третьего лица на $34,5 тыс. На купленном участке супруги возвели двухэтажный дом площадью 279,6 кв. м, который вместе с землей (1013 кв. м) в январе 2018 года был зарегистрирован на жену господина Щербинина Наталью.

В августе 2023 года Арбитражный суд Москвы признал Владимира Щербинина банкротом. А в феврале 2025 года Юрий Бисеров обратился в суд с требованием признать долг в размере 34,5 млн руб. общим обязательством должника и его супруги, заявляя, что деньги были потрачены на семейные нужды. К ним относятся расходы, направленные на удовлетворение личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности. В частности, это могут быть расходы на жилье, питание, одежду, медицинские услуги, образование и другие затраты на поддержание необходимого уровня жизни членов семьи.

Арбитражные суды трех инстанций удовлетворили заявление кредитора. Суды пришли к выводу, что семейный дом построен именно на деньги Юрия Бисерова, поэтому отвечать перед ним должны оба супруга. Наталья Щербинина обжаловала эти решения в ВС. Супруга банкрота указывает, что требовать признания долга общим кредитор может в течение трех лет с момента, когда он узнал о нарушении своего права. По ее словам, Юрий Бисеров давно знал, что должник направил деньги на строительство жилого дома, что подтверждается аудиозаписью разговора от 15 марта 2020 года. Эта аудиозапись стала главным доказательством трат заемных средств именно на постройку дома.

Однако за признанием жены второй должницей кредитор обратился в суд только в 2025 году, пропустив срок давности, заявляется в жалобе. ВС передал дело на рассмотрение экономколлегии. Заседание назначено на 5 октября.

В тени давности

Вопрос о признании долга общим для супругов возникает в банкротной практике регулярно и в последние годы кредиторы используют этот инструмент все активнее, рассказывает управляющий партнер Novator Legal Group Вячеслав Косаков. Общность долга расширяет источники погашения и кредитор может добиваться взыскания за счет имущества второго супруга, добавляет партнер «Меллинг, Войтишкин и партнеры» Павел Новиков. Для семьи должника это тоже острый вопрос — от решения суда зависит, сохранит ли супруга дом или может лишиться его из-за займа, который она не брала, подчеркивает партнер юрфирмы «АНП Зенит» Аркадий Вайман.

Павел Новиков отмечает, что именно кредитор обязан доказать, что заемные средства пошли на общие нужды семьи. «Презумпции общих трат тут нет. Действует противоположное правило: долг, возникший у одного из супругов, изначально считается его личным»,— уточняет господин Косаков. Поскольку супруги не заинтересованы признавать долг общим (это увеличивает ответственность того супруга, который не подписывал договор), ВС ранее смягчил для кредитора стандарт доказывания в банкротных делах, отмечает управляющий партнер АБ «Астериск» Владимир Хантимиров. Кредитору достаточно представить косвенные доказательства, что деньги потратили на семью, после чего уже супругам придется доказывать обратное, поясняет он.

По наблюдениям господина Хантимирова, косвенным доказательством кредитора может служить отсутствие у семьи иных доходов или совпадение дат, когда один супруг берет заем, а второй сразу покупает или строит жилье.

В свою очередь, продолжает юрист, супруги могут опровергнуть общность долга, если докажут, что заем брался, например, на бизнес мужа, а семья фактически распалась до получения денег либо что на семейные нужды тратили другие средства с подтвержденным целевым назначением.

Отдельный вопрос в таких делах — срок давности. В тяжбе супругов Щербининых он стал ключевым. Ведущий юрист «Гуричев, Малинин и партнеры» Дмитрий Чикунов объясняет, что кредитор должен заявить требование о признании долга общим в пределах трех лет с момента, когда он узнал о расходовании его денег на нужды семьи. Возбуждение дела о банкротстве этот срок заново не запускает, уточняет господин Чикунов, поэтому если кредитор в 2020 году знал о направлении средств на постройку дома, то его требование, поданное в 2025 году, будет отклонено.

Однако срок не может начать течь ранее момента просрочки по возврату займа, добавляет господин Хантимиров. В связи с этим ВС должен решить, привязывать ли срок давности к дате осведомленности кредитора или к моменту нарушения мужем обязательств по возврату займа, указывает господин Вайман. Ответ на этот вопрос будет иметь значение для всех подобных споров, уверен он.

Ян Назаренко, Анна Занина