Надежда убивает последней
Южнокорейский фильм-участник Каннского фестиваля вышел в России
На экраны вышел фильм «Надежда» южнокорейского режиссера На Хон-джина — участник основного конкурса Каннского кинофестиваля этого года. Юлию Шагельман укачало от этой смеси наивной фантастики, разнузданного боевика и специфически корейской комедии с эпичным хронометражем 2 часа 36 минут.
Обитатели Гавани Надежды в силу ее местоположения так и ждут враждебных действий, о которых надо сообщать куда следует
Фото: World Pictures
Обитатели Гавани Надежды в силу ее местоположения так и ждут враждебных действий, о которых надо сообщать куда следует
Фото: World Pictures
На Хон-джин снимает редко, но метко — в его резюме до «Надежды» всего три полных метра, последний из которых вышел десять лет назад. Все они приезжали в Канн: детективный триллер «Преследователь» (2008) участвовал во внеконкурсной секции «Полуночные показы», гангстерская драма «Желтое море» (2010) — во втором по значимости конкурсе «Особый взгляд», хоррор «Вопль» (2016) снова был показан вне конкурса. В этом году режиссер наконец дорос до основного конкурса, хотя его картина радикально отличается от того, что там привыкли видеть.
Городок с издевательским названием Гавань Надежды расположился у самой границы демилитаризованной зоны между Южной и Северной Кореей. От заминированной нейтральной полосы его отделяет местами провисшая колючая проволока, а на каждом столбе висят плакаты с текстами вроде «Ни пяди врагу!» и телефонами, по которым надо звонить в случае обнаружения шпионов. Никаких шпионов в Надежде нет, зато в чистом поле обнаруживается труп коровы, растерзанный чьими-то большими и острыми зубами и когтями.
Бом-сок (Хван Джон-мин), шеф местной полиции, состоящей из него и одной помощницы, и группа охотников во главе с его кузеном Сон-ги (Чо Ин-сон) приходят к выводу, что корову убил тигр, иногда заходящий в окрестности Надежды «с севера».
Охотники решают прочесать лес, а Бом-сок возвращается в город и застает там апокалиптическую картину: улицы пусты, здания превратились в руины, издалека слышны звуки то ли грома, то ли взрывов, то ли тяжелой поступи какого-то чудовища. Взяв ружье, бравый коп отправляется на разведку, но пройдет совсем немного времени, как он начнет без разбору палить во все стороны.
Почти целый час На Хон-Джин не показывает, кто же (или что же) не оставляет от Надежды камня на камне. Зато на экран врываются обезумевшие местные жители, которые под оглушительную музыку носятся, орут, стреляют, размахивают ножами и устраивают погони на своих пикапах. В какой-то момент появляется та самая вторая полицейская Сон Аэ (Чон Хо-ен) за рулем патрульной машины. В лесу тем временем разворачивается своя высокооктановая драма.
Или комедия — герои то и дело попадают в смешные, по замыслу автора, ситуации, обзывают друг друга придурками, пучат глаза и раззявливают рты. Кто-то случайно подстреливает своего же соседа и глупо суетится вокруг него. Кому-то отрывает ногу. Старый охотник долго и подробно рассказывает, как его прихватил понос. Все это утомляет едва ли не больше, чем бесконечная суматошная погоня всех за всеми.
По словам режиссера (он же автор сценария), идея фильма пришла к нему еще в 2017 году во время обеда в ресторане. Съемки, начатые в 2023 году, продолжались почти год, еще три занял постпродакшен.
Бюджет разросся до $46 млн, что сделало «Надежду» самым дорогим фильмом в истории южнокорейского кино. Однако, глядя на довольно примитивные компьютерные эффекты и экстерьер инопланетян (конечно же, это они навели суету), не совсем понимаешь, на что ушли этакие деньжищи.
Если на пару секунд сделать паузу (хотя автор вам этого не позволит), в этой непрерывной, но довольно однообразной движухе даже можно накопать глубокие смыслы. Например, для страны, уже 70 с лишним лет живущей в ожидании возможного нападения, тема столкновения с Другим всегда актуальна и болезненна. Шпионская паранойя приводит к тому, что жители Надежды сначала стреляют, а потом думают. Никто не хочет остановиться и разобраться, а сразу переходит в нападение. И не случайно, наверное, что пришельцев играют (точнее, подарили свои голоса CGI-творениям) западные актеры, по определению чужие для корейцев — Майкл Фассбендер, Алисия Викандер и Тейлор Рассел.
С другой стороны, инопланетяне, к которым автор в завершающей части фильма натужно пытается вызвать сочувствие, первые начали. И судя по открытому финалу, совсем не собираются останавливаться.