До иноагентства не считается
Уже изданную «нежелательную» литературу пытаются легализовать для библиотек и магазинов
Как стало известно “Ъ”, Минцифры ищет возможность сохранить на рынке и в библиотечном фонде те книги авторов-иноагентов и нежелательных организаций, что были изданы до присвоения этих статусов. В противном случае муниципальным библиотекам нужно будет исключить из доступа от 50% до 70% своего фонда, говорится в докладе ведомства. Опрошенные “Ъ” эксперты указывают, что действующие законодательные запреты «создают проблемы для развития образовательной и просветительской деятельности». Источник “Ъ” в администрации президента сообщил, что инициатива Минцифры находится на стадии межведомственного обсуждения и «готового решения пока нет».
Фото: Анатолий Жданов / Коммерсантъ
Фото: Анатолий Жданов / Коммерсантъ
Минцифры обсуждает с Минюстом, МВД и администрацией президента варианты юридической легализации книг нежелательных организаций и иноагентов, которые были изданы еще до получения этих статусов. Об этом сообщил “Ъ” директор департамента господдержки периодической печати и книжной индустрии министерства Владимир Григорьев.
«Нежелательными организациями у нас, допустим, признаны Фонд Сороса и Всемирный фонд дикой природы, которые в 1990-х годах финансировали издание русской классики, а также лучшие образцы краеведческой литературы,— сказал “Ъ” господин Григорьев.— Также нежелательными объявлены ведущие университеты, включая Йельский, Беркли и Стэнфорд, которые выпускают учебники по физике, астрономии и математике. Таким образом, при прямом исполнении действующего закона они должны быть запрещены и изъяты из библиотек и книжных магазинов». Более того, в последнее время правоохранительные органы считают нарушающими закон даже те книги, что были выпущены при финансовой поддержке либо содействии нежелательных организаций, отметил в беседе с “Ъ” господин Григорьев. «Поэтому мы выступаем за необходимость обсуждения правоприменения или изменения действующего законодательства»,— добавил он.
“Ъ” направил запрос в Минюст. Знакомый с ситуацией источник “Ъ” в ведомстве подтвердил участие министерства в обсуждении инициативы.
В МВД, отвечая на запрос “Ъ”, напомнили, что «реализуют исключительно правоохранительную функцию». Источник “Ъ” в администрации президента сообщил, что инициатива находится на стадии межведомственного обсуждения и «готового решения пока нет».
Термин «нежелательная организация» появился в законодательстве в 2015 году. Сейчас таковых 323, и Генпрокуратура по согласованию с МИДом регулярно пополняет список. Среди прочего россиянам под угрозой административной и уголовной ответственности запрещено распространять любые информационные материалы нежелательной организации, независимо от даты их выхода.
Из-за этого при обновлении списка изданные много лет назад книги и журналы внезапно становятся запрещенными. Их хранение, выдача и тем более продажа считаются участием в деятельности нежелательной организации.
Типичный пример: в 2024 году директора Централизованной библиотечной системы Ярославля Светлану Ахметдинову оштрафовали на 20 тыс. руб. после выдачи читателю книг малоизвестной украинской организации «Аллатра», годом ранее признанной нежелательной, экстремистской и запрещенной.
Сложная ситуация и с книгами, чьи авторы, переводчики либо иллюстраторы попали в список иностранных агентов. Во-первых, все они без исключения подпадают под возрастной ценз «18+». Из-за этого под запретом оказалась серия популярных детских книг шведского писателя Свена Нурдквиста: ее переводчица Александра Поливанова в 2025 году была внесена в реестр иноагентов.
Во-вторых, с 1 сентября 2025 года иноагентам запрещено заниматься «образовательной и просветительской деятельностью», а значит, нельзя распространять книги, которые можно считать просветительскими. Наконец, установлены ограничения по выкладке и оформлению. В результате распространение такой продукции является «повышенным риском», говорится на сайте Российского книжного союза (РКС): «В любой момент книги могут быть изъяты и подвергнуться дополнительной экспертизе на предмет присутствия деструктивного контента».
Сама организация не стала официально комментировать “Ъ” эту тему. Но источник “Ъ” в РКС признал, что библиотеки «поставлены в крайне сложное положение»: им приходится убирать из открытого доступа даже те издания, где иноагент или нежелательная организация выполняли сугубо косвенную роль — переводчика, иллюстратора, составителя, автора предисловия.
«Для библиотек это означает риск массового изъятия социально значимых изданий, для граждан — сужение доступа к литературе, для государства — нарастание числа конфликтных случаев, которые будут восприниматься обществом как формальные и несправедливые»,— констатировал собеседник “Ъ”.
В докладе Минцифры по итогам 2025 года также говорится, что действующее законодательство негативно влияет на муниципальные библиотеки. Так, в случае буквального исполнения законов об иноагентах и нежелательных организациях им нужно будет изъять из общего доступа от 50% до 70% своего фонда, а научным библиотекам — от 10% до 15%. «В части научных и научно-популярных изданий контент подлежащих изъятию произведений является уникальным и имеет просветительский характер в сферах, далеких от политики»,— говорится в этом документе, опубликованном в июне.
Президент Ассоциации книгораспространителей Светлана Зорина в разговоре с “Ъ” поддержала инициативу Минцифры: «Книжная отрасль нуждается в установлении понятных и прозрачных правил правоприменения. Эти книги — большая и важная часть российской культуры. Мы не должны лишать российских читателей возможности знакомства с произведениями, созданными в сфере образования, науки и культуры до вступления в силу соответствующих законов». В научных текстах, диссертациях нередко цитируются работы организаций, позже признанных нежелательными, обратила внимание госпожа Зорина, а запрет на знакомство с этими текстами «создает проблемы для развития образовательной и просветительской деятельности».
«Организацию признают нежелательной, потому что в ее деятельности усматривают нечто опасное для России. Однако другая часть ее работы совершенно не учитывается,— говорит председатель Альянса независимых издателей и книгораспространителей, директор книжного магазина “Фаланстер” Борис Куприянов.— Например, Йельский университет знаменит в том числе выпуском монографий художников. Как могут навредить России монографии художников, изданные даже после того, как Йель был признан нежелательной организацией? Однако они останутся недоступными, даже если эта инициатива будет реализована». Поэтому господин Куприянов считает предложение Минцифры «очень хорошей полумерой». Тем не менее если она будет реализована, то библиотеки «смогут выдохнуть», а книжные магазины получат право продавать большой массив книг, которые уже есть на рынке, говорит эксперт.