Исландские воды отторгли Евросоюз
Большинство жителей страны выступили против продолжения переговоров о вступлении в ЕС
Жители Исландии проголосовали против возобновления переговоров о вступлении страны в ЕС. Против высказались 53% участников референдума, а за продолжение переговоров проголосовали 47%. При этом интрига сохранялась до последнего: финальный результат голосования смогли зафиксировать только после пересчета голосов в Юго-Западном избирательном округе — ключевом пригороде Рейкьявика.
Сторонники вступления Исландии в ЕС, Рейкьявик, 30 августа
Фото: Leonhard Foeger / Reuters
Сторонники вступления Исландии в ЕС, Рейкьявик, 30 августа
Фото: Leonhard Foeger / Reuters
Для спокойной и невозмутимой Исландии явка на референдум, состоявшейся 29 августа, оказалась колоссальной: свое мнение пришли высказать 82,5% жителей. Правительство страны вынесло на голосование лишь один вопрос: должна ли Исландия возобновить переговоры о вступлении в Евросоюз?
Голосование проходило на фоне повторяющихся угроз президента США Дональда Трампа вторгнуться в соседнюю Гренландию или «купить» ее.
Хотя Исландия является членом НАТО, сторонники вступления в ЕС утверждали, что европейская солидарность обеспечила бы большую защиту, если бы Трамп когда-либо выступил с подобными угрозами в адрес Исландии.
Тема Гренландии и притязания на нее Трампа отражаются в Исландии прямым и очень болезненным образом, поскольку для исландцев риторика президента США по поводу Гренландии — это не просто геополитическое шоу, а напоминание об их собственной экзистенциальной уязвимости.
Гренландия — это ближайший сосед Исландии через Датский пролив, партнер по Западно-Северному совету, и любое сотрясание воздуха вокруг Нуука отдается эхом в Рейкьявике. Когда Трамп публично рассуждает о покупке Гренландии как об объекте на рынке недвижимости, в Исландии это вызывает глубинное отторжение, ведь эта страна сама веками была датской колонией и добивалась своей независимости с огромным трудом.
Премьер-министр Исландии Криструн Фростадоттир на пресс-конференции по итогам голосования призвала уважать взгляды тех, кто высказался за евроинтеграцию, но добавила: «Совершенно ясно, что при нынешнем правительстве этот вопрос не больше будет продвигаться».
Отношения Исландии с ЕС всегда складывались довольно сложно. В 2008 году в результате мирового финансового кризиса исландская финансовая система рухнула за считанные дни. Разорились три крупнейших банка Исландии: Glitnir, Landsbanki и Kaupthing, долг превысил ВВП страны в десять раз, исландская крона обвалилась, и началась гиперинфляция.
Тогда на фоне массовых протестов населения, которые потом назвали «кастрюльной революцией», к власти пришла левоцентристская коалиция социал-демократов. Их логика была проста: государство тонет, собственная валюта больше не котируется, спасти страну может только переход на евро, а для этого нужно вступить в ЕС. В итоге в июле 2009 года Исландия подала заявку на вступление в Евросоюз.
Однако, когда начались предметные переговоры о евроинтеграции, процесс встал намертво.
Главным камнем преткновения стала единая рыболовная политика ЕС.
Брюссель требовал распределения квот и доступа европейских рыболовецких судов в исландские воды. Но для Исландии, которая, отстаивая свой суверенитет, пережила четыре так называемые тресковые войны с Великобританией, получив контроль над шельфом 200 миль и рыболовством, делиться квотами на рыбную ловлю с материком оказалось равноценно национальному предательству.
Исландия боролась за свою 200-мильную зону рыболовства на шельфе яростно, начиная с начала 1950-х годов. Тогда она расширила свою зону на шельфе с трех до четырех миль, но британцы в ответ ввели эмбарго на исландскую рыбу. Закончилась торговая война в 1956 году, и, кстати, тогда Исландию выручил СССР, начав скупать ее сельдь. В итоге Лондон уступил под давлением Организации экономического сотрудничества и развития.
В 1958 году Исландия пошла дальше и впервые ввела 12-мильную зону на своем шельфе, а Лондон в ответ прислал военные корабли для охраны своих траулеров. Однако в 1961 году Лондон признал 12-мильную зону.
В начале 1970-х Рейкьявик расширил границу шельфа до 50 миль.
Исландия использовала в этой новой «тресковой войне» так называемые траловые резаки — технологию траления морских мин, которую они приспособили для срезания чужих сетей, и таранила судна противника, что позволило ей выиграть очередную тресковую войну без единого боевого корабля.
В 1975–1976 годах, наконец, Исландия установила 200-мильную зону своего рыболовства на шельфе. За этим последовал разрыв дипломатических отношений с Великобританией, а также со стороны Рейкьявика — угроза закрытия базы НАТО в Кеблавике. Великобритания тогда полностью капитулировала, а дипотношения с Лондоном через три месяца были восстановлены.
Таким образом, для Рейкьявика контроль над шельфом едва ли не сакрален. И очень чувствителен для внутренней политики страны.
В 2013 году девальвация исландской кроны неожиданно оживила реальный сектор экономики: экспорт рыбы стал сверхприбыльным, и страна пережила грандиозный туристический бум. Тогда на выборах победили правоцентристы — Партия независимости и Прогрессивная партия. Их базовый электорат — как раз рыбопромышленники, судовладельцы и фермеры.
Новое правительство заморозило переговоры с ЕС, распустило переговорные группы, а в марте 2015 года министр иностранных дел Гуннар Браги Свенссон официально уведомил Брюссель письмом, что Исландия больше не считает себя страной-кандидатом.
По мнению правых политиков в Исландии, статус члена Европейской экономической зоны и Шенгенского соглашения и так дает Исландии доступ к единому европейскому рынку и свободу передвижения, но оставляет за бортом диктат Брюсселя по рыбе, сельскому хозяйству и налогам. Менять этот баланс ради призрачного евро никто не захотел.
Теперь же, начиная с 2024 года, у власти в Исландии левоцентристы. В исландских СМИ их прозвали «правительством валькирий»: в коалицию входят три партии «Социал-демократический альянс», «Возрождение» и Народная партия — и все эти партии возглавляют женщины.
Именно под руководством премьера Фростадоттир, возглавляющей «Социал-демократический альянс», они решились вынести вопрос о переговорах с ЕС на референдум. И вот теперь считается, что премьер фактически потерпела поражение в голосовании на референдуме.
Между тем разрыв всего лишь 6% между сторонниками евроинтеграции и евроскептиками показал, что страна фактически расколота по линии «столица против регионов» и «потребители против сырьевых лоббистов». Аргументы обеих сторон бьют по самым болезненным точкам: либо по суверенитету страны, либо по кошельку.
Против переговоров с ЕС — крупные рыбопромышленные компании, и жители рыболовецких поселков, например, в Вестфирдире, Восточных фьордах. Для них общая рыболовная политика ЕС — по сути смертный приговор.
Против также выступили и фермеры: исландское сельское хозяйство живет в условиях жесткого протекционизма и гигантских пошлин на импортное мясо и молочную продукцию. Вход в ЕС и открытие рынка для дешевой европейской агропродукции просто уничтожит их бизнес.
За продолжение переговоров с ЕС выступила прежде всего молодежь и жители Рейкьявика. Они хотят свободного рынка труда, программ академической мобильности и интеграции с Европой без визово-бюрократических барьеров.
Таким образом, обычный житель Исландии оказался перед дилеммой: либо гордый суверенитет, либо отказ от права быть хозяином в собственных водах. Избиратели выбрали первое.