«Таро — это не просто объект веры или игры»
Дмитрий Буткевич — о выставке в библиотеке и музее Моргана
Фото: The Morgan Library Museum
Фото: The Morgan Library Museum
С июня по октябрь в Нью-Йорке библиотека и музей Моргана представляет любопытнейшую экспозицию: «Таро! Символы Возрождения, современные видения», которая прослеживает историю, собственно, карт таро от их изобретения в Италии эпохи Возрождения до совриска. Разделенная на две секции, расположенные в двух галереях, выставка исследует как истоки этой карточной игры, так и ее превращение в инструмент для гадания, символического размышления и художественного творчества.
Первая часть под названием «Символы Возрождения» посвящена самым древним сохранившимся колодам таро, созданным в XV веке для княжеских дворов Ломбардии. В то время таро было прежде всего утонченной стратегией, а не инструментом эзотерики. Карты выделяются своей сложной иконографией, сочетающей аллегории, фигуры власти и религиозные или мифологические мотивы.
Выставка впервые в Северной Америке объединяет почти все фигуративные карты из одной из самых известных колод коллекции Моргана, дополненные экземплярами, хранящимися в Академии Каррара в Бергамо.
Вторая часть логично носит название «Современные видения» и начинается с колоды Райдер-Уэйт-Смит, появившейся в 1909 году. Она была задумана британским мистиком Артуром Уэйтом и иллюстрирована художницей Памелой Смит. Эта колода, ставшая одной из самых широко распространенных в мире, сыграла важную роль в ассоциации таро с оккультными практиками, гаданием и психологическими исследованиями.
Экспозиция подчеркивает переход таро от элитарной придворной игры к широко распространенному набору символов, переосмысленных в популярной культуре, кино и литературе. Видеомонтаж дополняет маршрут, показывая повторяющееся присутствие таро в фильмах разных эпох и то, как определенные карты («Дурак», «Башня», «Смерть») стали знакомыми архетипами за пределами посвященных кругов.
Объединяя около 380 работ, выставка демонстрируя, что таро — это не просто объект веры или игры, а мощный катализатор образов, визуальный язык, который позволил поколениям художников исследовать другие миры и ставить под вопрос границы между рациональным и иррациональным.