Проходной вариант

Ормуз преткновения

До февраля этого года между Вашингтоном и Тегераном было множество спорных вопросов, включая иранские ядерную и ракетную программы, поддержку Ираном радикальных региональных группировок, права человека. Но с тех пор, как США и Израиль 28 февраля вновь начали бомбить Иран, а он в ответ впервые полностью перекрыл Ормузский пролив, контроль над этой водной артерией превратился в один из главных раздражителей между сторонами конфликта. Подписанный ими 17 июня меморандум о взаимопонимании был сорван после того, как 7 июля Иран обстрелял шедшие по Ормузскому проливу коммерческие суда, обвинив их в попытке несогласованного прохода по нему. США, заявившие, что эти суда ничего и не должны были согласовывать с иранской стороной, возобновили обстрелы Ирана, и это вызвало его ответные атаки. Ормузский пролив после непродолжительного и неполного возобновления судоходства оказался вновь закрыт.

Иран и прежде уже пытался перекрыть Ормузский пролив или грозился перекрыть его (в последний раз в ходе противостояния с США и Евросоюзом из-за санкций на экспорт иранской нефти в 2011–2012 годах), однако до полной блокады дело никогда не доходило.

С конца февраля этого года он закрывает и приоткрывает его в зависимости от хода противостояния с США и Израилем, превратив одну из главных мировых логистических артерий в эффективный инструмент давления на своих оппонентов и их союзников в регионе и за его пределами.

С продолжающимся повторным закрытием Ормуза многие страны мира начали вновь нести колоссальные издержки, ведь через этот пролив проходит пятая часть всех мировых поставок нефти и газа, а также значимая доля продовольствия, удобрений и других критически важных товаров. Вопрос о том, каким будет режим судоходства в этом регионе, волнует всех — и непосредственных участников нынешнего конфликта, и тех, чьи экономики страдают от его продолжения.

Мировая практика

«Океан лишь кажется необъятным, но в реальности морская торговля сжимается в нескольких стратегически важных районах. Это прежде всего проливы — Малаккский, Тайваньский, Ормузский, Баб-эль-Мандебский, балтийские и черноморские, Гибралтар и Ла-Манш, а также два межокеанских канала — Суэцкий и Панамский. Обойти их без огромных потерь во времени и деньгах невозможно,— поясняет в беседе с “Ъ” Константин Монасенко, глава Центра морских исследований РГГУ, созданного по инициативе помощника президента РФ, председателя Морской коллегии Николая Патрушева.— Само собой разумеется, что эти коммуникации должны быть открыты для всех желающих, собственно говоря, на этой мысли и сформирован краеугольный принцип свободы судоходства, на который опирается вся современная транспортно-логистическая система. Но нынешние тенденции таковы, что каждая страна пытается перетянуть одеяло на себя в рамках возможностей контроля судоходства в близлежащих проливах».

Проходы через проливы и каналы регламентируются международными конвенциями и нормами, устанавливаемыми странами или структурами, контролирующими прилегающие к ним территории.

Баб-эль-Мандебский пролив находится под контролем поддерживаемых Ираном йеменских хуситов, которым платят за «безопасный проход». Официальных данных с прейскурантом за проход нет, при этом в СМИ звучала средняя цифра — $500 тыс. По этому маршруту в среднем проходит 30–35 судов в день.

Турция с 2022 года ввела официальный сбор с проходящих Босфор и Дарданеллы судов. Турецкие власти берут $6,7 за тонну чистого тоннажа судна. Периодически они проводят индексацию цен в зависимости от инфляции. Через эту транспортно-логистическую цепочку ежедневно проходит минимум 130 судов разного типа.

Каналы — это рукотворные сооружения, поэтому плата за их использование не вызывает вопросов. Через Панамский канал в среднем проходит 33 судна в день, из них около 3/4 — американские.

С 1912 года и вплоть до 1999 года США были освобождены от уплаты тарифов. Но с 2000 года Панама начала взимать плату со всех стран. Соединенные Штаты пытаются изменить ситуацию, но пока безуспешно.

Египет взимает плату за проход по Суэцкому каналу — около $12 за тонну груза с коммерческих судов. Для военных судов проход бесплатный, но они должны заранее уведомлять египетские власти и выполнять ряд других требований. В среднем по этому каналу проходит от 50 до 100 судов в день. На Суэцкий канал приходится около 10–12% мировой торговли.

Ла-Манш и Малаккский пролив открыты для судоходства, и плата за проход по ним не взимается, но прибрежные страны имеют право предлагать платные услуги навигации, буксировки и т. д.

Новое ядерное оружие

До 28 февраля проход по Ормузскому проливу, подпадающему под действие Конвенции ООН по морскому праву (UNCLOS), был беспрепятственным и бесплатным. В среднем по нему проходило 110–130 судов в день. Иран начал неофициально взимать плату за проход по нему вскоре после начала военных действий — в СМИ называлась цифра $2 млн,— пропуская избранные торговые суда в интересах ряда дружественных государств. Американские санкции и отключение от системы SWIFT вынудили Тегеран строго регламентировать валюту расчетов за проход через пролив. Заказчики обязаны переводить средства в китайских юанях, иранских риалах или криптовалютах, включая биткойн. Использование последних ускоряет трансакции до нескольких секунд и лишает западные финансовые институты возможности отследить или конфисковать платеж. Будущие доходы иранского бюджета могут составить, по наиболее оптимистичным оценкам, от $40 млрд до $100 млрд в год, поэтому Тегеран стремится упорядочить и зафиксировать нынешнюю схему на будущее.

«Иран демонстрирует намерение превратить концепцию транзитных пошлин в постоянно работающий коммерческий механизм. С этой целью иранские парламентарии уже подготовили масштабный законопроект «О судоходстве в Ормузском проливе», вводящий внедрение многоуровневой системы тарифов и делегирующий мониторинг морского трафика Корпусу стражей исламской революции»,— пояснил “Ъ” декан факультета международных экономических отношений Финансового университета при правительстве РФ Павел Селезнев.

В тексте соответствующего документа детально записаны правила досмотра кораблей, процедуры выставления счетов и штрафы за неуплату. Законопроект также предполагает введение классификации государств, использующих воды Ормузского пролива в транзитных целях. Иранские власти планируют ввести пятиуровневую шкалу оценки политической лояльности стран, которая напрямую влияет на формирование итогового счета за проход и регулирует допуск в пролив. «Китай и другие страны первой категории должны получить привилегированный статус, что означает, что в их отношении будут действовать минимальные тарифы и право пользования наиболее удобными и безопасными выделенными коридорами»,— продолжает Павел Селезнев.

Оман, чье побережье прилегает к Ормузскому проливу с юга, готов обсуждать с Ираном будущий режим судоходства на этом пути. Стороны уже провели несколько непубличных раундов консультаций на эту тему. При этом, по сообщениям СМИ, Оман в целом склоняется к тому, чтобы сделать плату за проход одинаковым для всех добровольным взносом, в то время как Иран стремится сделать ее обязательной и дифференцированной. При этом стороны, как утверждается, сходятся в том, что вместо «тарифа за проход» лучше говорить об «оплате услуг навигации и обеспечения безопасности».

На позиции Омана пытаются влиять США, изначально объявившие, что пролив должен, как и прежде, оставаться свободным и доступным для всех. На днях президент Дональд Трамп внезапно объявил, что впредь сами США будут взимать 20% от стоимости провозимых через Ормузский пролив грузов за покровительство в целях обеспечения безопасности. Однако после череды звонков от возмущенных представителей стран Персидского залива он передумал.

По словам Павла Селезнева, арабские государства Персидского залива оказались в крайне уязвимом положении. «Саудовская Аравия, Объединенные Арабские Эмираты и Кувейт экспортируют основные объемы своей нефти именно через этот морской коридор. Введение обязательных сборов резко снижает маржинальность ближневосточного сырья и заставляет монархии залива прорабатывать запасные сухопутные маршруты. Однако пропускная способность трубопроводов остается сильно ограниченной, что лишает арабские страны маневра»,— отметил он в беседе с “Ъ”.

США и страны Персидского залива за минувшие месяцы предприняли несколько попыток оспорить притязания Ирана на пролив, в том числе в Совбезе ООН, куда они внесли ряд резолюций о свободе судоходства в регионе, но пока все решает силовое соотношение на местах.

На какие договоренности стороны бы ни вышли в будущем, уже сейчас ясно, что нападением на Иран США создали как для себя, так и для многих своих союзников серьезную проблему, которой раньше просто не существовало. Также не вызывает сомнения, что Иран, увидев, насколько мощное «географическое оружие» имеется у него под боком, теперь так просто не откажется от него. Побывавший недавно в Тегеране зампред Совбеза РФ Дмитрий Медведев даже заявил, что Ормуз стал для Ирана приоритетнее ядерной программы. «Иран вместо настоящего ядерного оружия обнаружил у себя другое оружие, которое не слабее ядерного, а именно Ормузский пролив»,— отметил он.

При этом Дмитрий Медведев предупредил, что у Ирана есть и другие инструменты давления на своих оппонентов. «У Ирана есть в запасе еще не только вот это “ядерное оружие”, но и “термоядерное оружие”, а это Баб-эль-Мандебский пролив, который может использоваться в случае возникновения военных конфликтов, создав такую ситуацию, когда вообще все перевозки нефти и иные перевозки будут заперты».