Концы ищут в крипте
Апелляцию просят разобраться с операциями экс-депутата с использованием виртуальной валюты
В конце июля апелляция рассмотрит жалобы Яны Вебер, финансового управляющего экс-депутата законодательного собрания края Михаила Арзуманова. Заявитель пытается оспорить ряд операций должника на сумму почти 3 млн руб. с участниками криптобиржи Binance и обязать их вернуть деньги. Как установила первая инстанция, деньги сначала были переведены в криптосредства, а затем в иностранную валюту и переданы господину Арзуманову. Управляющий настаивает, что из-за непрозрачности криптоторговли факт возврата денег должнику не доказан, поэтому средства были скрыты от кредиторов. Эксперты отмечают, что российским судам получить данные о криптокошельках довольно сложно. Но даже если речь идет о сокрытии средств, то отвечать за это должен инициатор, а не технический посредник с криптобиржи.
Фото: Евгений Разумный, Коммерсантъ
Фото: Евгений Разумный, Коммерсантъ
Спорные сделки, которые пытается оспорить финансовый управляющий, были осуществлены Михаилом Арзумановым в 2023 году. Тогда он перечислил в общей сложности почти 3 млн руб. Татьяне и Ильясу Загитовым, а также Николаю Грушавину. По мнению финансового управляющего, в результате этих сделок Михаил Арзуманов ничего не получил взамен. На тот момент у господина Арзуманова уже имелись подтвержденные судом неисполненные обязательства, а через несколько месяцев в отношении него была введена процедура банкротства. Как считает заявитель, действия должника были направлены на вывод денежных средств и в итоге нанесли ущерб кредиторам. Яна Вебер просила признать сделки недействительными и обязать господ Загитовых и Грушавина вернуть деньги.
Напомним, с заявлением о признании Михаила Арзуманова банкротом обратился действующий депутат законодательного собрания и экс-президент ФК «Амкар» Геннадий Шилов. Ему господин Арзуманов задолжал $4,1 млн и 33,1 млн руб., которые должник обязан вернуть по решению Свердловского райсуда. В эту сумму включен основной долг, проценты и неустойка по трем договорам займа 2017–2018 годов. Михаил Арзуманов — внук первого избранного губернатора Прикамья Геннадия Игумнова, в 2016–2021 годах был депутатом Законодательного собрания Пермского края.
Ответчики по спорам об оспаривании сделок с требованиями финансового управляющего не согласились. Так, Татьяна и Ильяс Загитовы указали, что являются мерчантами на бирже Binance и оказывают услуги по продаже и покупке криптовалюты USDT. В частности, они зарабатывают на этих операциях из-за разницы курсов и получаемой от клиента комиссии. После проведения операций по просьбе Михаила Арзуманова они перечисляли криптовалюту так называемому «обменнику». В свою очередь, тот менял USDT на иностранную валюту и, по данным ответчиков, передавал их господину Арзуманову. Такая сделка, по мнению менеджеров, является легальной, не противоречит законодательству страны и была выгодна всем сторонам. Господа Загитовы считают, что требовать в этой ситуации у них деньги незаконно и несправедливо. Кроме того, на момент совершения операций они не знали о задолженности бывшего депутата перед Геннадием Шиловым.
Михаил Арзуманов сообщил, что наличные деньги для совершения сделок были предоставлены его матерью, она же внесла их через банкомат. Сам он в тот момент находился за рубежом и физически не мог положить на карту наличность. В данном случае, утверждает господин Арзуманов, цели сокрытия средств у него не было. В итоге суд в требованиях финуправляющего отказал.
В апелляционной жалобе управляющий настаивает, что выпуск и оборот криптовалюты фактически децентрализован, а в России нет правовой базы для регулирования платежей с ее помощью. При этом ответчики и Михаил Арзуманов не представили данные о криптокошельках, на которые производились перечисления, а также доказательства о переводе средств от «обменника» должнику. Таким образом, оспариваемые сделки являются недействительными. Рассмотрение жалоб госпожи Вебер Семнадцатый арбитражный апелляционный суд назначил на 29 июля.
Партнер юридической фирмы Omni Legal Ольга Жданова говорит, что исторически оспаривание сделок с криптовалютой в банкротстве сопряжено с высокими доказательственными рисками. Часто такие сделки маскируются под обычные P2P-переводы физическим лицам, без указания на их реальный характер в назначении платежа, или проводятся через анонимные криптообменники в наличном виде. «Даже при выявлении факта списания средств истребование данных о криптокошельках и конечных бенефициарах крайне затруднено из-за юрисдикционных барьеров, поскольку зарубежные платформы (например, Binance) де-факто не исполняют российские судебные запросы. Операции, совершенные в криптообменниках в наличном виде, выявить почти невозможно»,— пояснила эксперт.
По мнению госпожи Ждановой, невозможность отследить весь путь криптографической цепочки не должна приводить к тому, что технический посредник должен отвечать за действия должника по сокрытию активов. «Сокрытие активов в криптовалюте все еще остается „надежным“ способом уйти от исполнения обязательств. Но во всяком случае очевидно, что риск непрослеживаемости криптоактивов должен нести инициатор схемы их вывода»,— убеждена Ольга Жданова.
Руководитель практики разрешения споров консалтинговой группы «Мальгора» Иван Стасюк отмечает, что в судебной практике сформирован подход, при котором криптовалюта является имуществом, включаемым в конкурсную массу должника. «В теории это должно означать, что за ее счет могут происходить расчеты с кредиторами. Однако сложность состоит в получении доступа к криптокошельку: одно дело, когда должник сам сотрудничает с управляющим и предоставляет доступ, другое дело — когда он его не дает. В этом случае, по сути, все сводится к тому, что за сокрытие имущества должник может быть не освобожден от долгов»,— считает эксперт.