Если Фронт оказался фронт

13 июля президент России Владимир Путин приехал в национальный центр «Россия» и выступил перед участниками форума «Общероссийского народного фронта» (ОНФ) «Всё для победы!». Однако специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников посчитал, что все самое главное произошло до этого — за кулисами, на выставке достижений ОНФ.

В фойе национального центра «Россия», как всегда в таких праздничных случаях, пели песни, танцевали. Продавали футболку «Баллистическая ракета "Орешник"» и одноименный свитшот. Если впечатляет поражающая сила «Орешника», то поражающая сила воображения авторов футболки, которые не дали возможности принять на грудь даже фото ракеты, а дали только ее, так сказать, техническое описание, не впечатляла.

Зато перед приходом президента прозвучал оглушительный залп сразу из нескольких песен Дениса Майданова. У кого-то безотказно работает баллистика, а у кого-то акустика, что в данном случае, если иметь в виду не поражающую даже, а поразительную (я уж не говорю — пронзительную) силу применения, примерно одно и то же.

А до этого ОНФ провел серию награждений, в которых были задействованы многие члены ОНФ и сторонних организаций. Следует отметить ведущую Юлию Барановскую, которая, когда наградили незрячего парня, сказала ему, когда он уже начинал спускаться в зал, что он должен знать: этот зал сейчас встал. Что ж, это замечание стоило всей премии, которую ему вручили.

Владимир Путин, приехав в национальный центр «Россия», сначала пришел на выставку «Все для победы!».

— В Курской области,— рассказывала ему девушка, работающая на скорой помощи,— враг показал просто свое истинное лицо. Убивали женщин, детей, стариков... Мы работали на пределе своих возможностей. По нам стреляли, по машинам с красными крестами, чего не делали даже нацисты. Мы прятались в кустах, в полях... Где придется... Мы выстояли, мы смогли... Атаки продолжаются, несмотря на то что в 2025 году наш регион был освобожден... Очень много машин было выведено из строя. Пополнить их парк частично нам помог именно ОНФ... Машины приходили с бронежилетами и бронеодеялами, которые нам уже не раз спасали жизни. Мы девочки, тяжелое обмундирование тяжело носить... Сейчас по нам бьют дроны с искусственным интеллектом. Но ничего страшного! Мы не боимся! Мы привыкли. Мы и к этому привыкнем.

Нет, она совсем, кажется, и правда уже ничего не боялась. Ей уже не до этого.

— Если в 2022 году кто-то и сомневался... В начале...— уточнила девушка.— Зачем оно было начато... Сейчас понимаем, что это было единственное правильное решение. Это фашисты! Воевать, нарушая все возможные права человека... Я не знаю, кем надо быть!

Это была очень искренняя девушка.

— Мы с вами до конца будем стоять под обстрелами, но мы выстоим,— обещала она.

Но до конца не надо.

На следующем стенде парень лет тридцати рассказывал:

— О ситуации в Крыму. Противник ежедневно наносит удары по объектам топливной энергетики... Есть уже ряд ограничений... незначительных… (Тут нашлись бы желающие с ним поспорить.—А. К.) Заливка бензина не до полного бака... Но мы уже ситуацию аналогичную переживали в 2014 году, когда противник, из-за того что крымчане приняли решение воссоединиться с Россией, пытался отрезать от энергетики, от воды... Пережили тогда, переживем и сейчас...

Он все объяснил президенту:

— В некоторых субъектах Российской Федерации тоже встречаются ограничения по топливу, замысел противника не преподнести это как победу, а попытаться поднять недовольство внутри страны... Но мы все понимаем, наша главная задача — дожать противника до конца, чтобы ближайшие несколько веков он не мог нам нанести никакого вреда.

Вот и сформулирована главная задача.

Парень мыслил столетиями.

Как, собственно говоря, и Владимир Путин.

— Есть проблема с нефтепродуктами, и она временная,— сказал ему президент, когда он попытался перейти к характеристикам системы, возле которой стоял.— И по Крыму примем меры. Уже сейчас начинается работа над созданием такой системы снабжения, до которой противнику будет очень сложно добраться. Не буду сейчас в деталях рассказывать.

И не надо, не надо. Чтобы не было легко добраться.

Но и это сама по себе была большая новость.

Парень рассказал о РЛС, которая «видит противника за 20 км»:

— Противник знает, как мы работаем, знает нашу эффективность, поэтому было принято решение о масштабировании макетов, а противник перестал в определенный момент на некоторые макеты обращать внимание ввиду того, что после визуального обнаружения того или иного макета он постоянно с помощью радиотехнических средств пытается запеленговать частоты, на которых должен работать тот же «Панцирь» или те же радиолокационные станции.

А в макетах их ведь нет.

Не стану и я передавать подробности этого разговора, скажу только, что они, видимо, появились. И теперь поражаются макеты, которые стоят миллион рублей, а не миллиард.

— Это макеты, да,— кивнул Верховный главнокомандующий,— но наши ответы всегда будут зеркальными. Куда бы они ни пытались наносить удары по территории Российской Федерации, мы будем отвечать зеркально, только в несколько раз мощнее. И противник будет это чувствовать. Уже чувствует, надеюсь. И будет чувствовать это в дальнейшем.

Парень-то хотел еще-то добавить, но ведь Владимир Путин недоговорил:

— С нарастающим масштабом!

Вот это он обязательно, надо понимать, хотел сказать.

— Наша задача — самые первые беспилотники на дальних рубежах поразить максимально дешевыми средствами,— настаивал на своем разработчик на стенде.— Первый рубеж — это у нас беспилотники-перехватчики, которые способны поражать...

Тут Верховный главнокомандующий снова перебил его, теперь уже на всякий случай:

— А это что у вас?

— Это у нас перехватчик от фирмы «Скворец», называется «Заступник»... Способен развивать скорость 280 км в час, не очень много, но этого хватает, чтобы догнать беспилотники, идущие на скоростях 220–240 км в час... Второй эшелон...— продолжал собеседник Владимира Путина.— «Кочующие» — они работают в свободной охоте, не привязаны к объекту... Их задача — просто уничтожить как можно больше беспилотников в зоне их ответственности.

Последовали подробности, о которых я даже не хотел бы знать. Как, уверен, и вы.

Затем Владимиру Путину показали грузовик на базе ГАЗ-66 для «закручивания свай по периметру защищаемой дороги».

— Оператор сидит в защищенной кабине, мы бережем наших парней,— рассказывал разработчик.— Материал легкий, недорогой, конструкция модульная... Стоимость меньше 4 млн руб.

Очередной стенд и очередной собеседник:

— В 2022 году, по мере наступления армии России, украинские власти добровольно-принудительно эвакуировали целые семьи поглубже в тыл, а старшее поколение, отказавшееся куда-то ехать, оставалось на произвол судьбы...— рассказывали Владимиру Путину.— А их родные и близкие остались, по сути, в заложниках на новом месте. Так родилась идея создания места, где люди одинокие получали бы помощь и кров. Большая часть людей не имеет никаких документов, Некоторые жили до сих пор с советским паспортом. Поэтому, конечно, у всех почти проблемы со здоровьем.

— Жили с советским паспортом, когда входили в Украину?! — переспросил Владимир Путин.

— Да, и все время на Украине жили! Есть такие! Поэтому мы с врачами-волонтерами и ЦРБ помогаем с лечением, с медикаментами, сотрудничаем с госорганами, чтобы помочь с документами, с выплатами...

В селе Камышино им передали двухэтажное здание, как рассказал собеседник Верховного главнокомандующего.

— И место, по сути, уникальное, есть свой сад, спортзал...— говорили ему.— Большой телевизор... И там же можно сделать импровизированную сцену для выступления творческих коллективов, для людей... А вторая половина помещения — это храм. Храм, в котором есть копия алтаря из приюта Иоанна Шанхайского в Сан-Франциско. Там наша епархия помогает нам проводить литургии и духовно окормлять всех желающих.

Окормив Владимира Путина новой информацией, волонтер доклад закончил.

Еще один волонтер, Анатолий Корниенко, рассказал, что «сами мы родом из Дзержинска Донецкой народной республики».

— И я отчетливо помню,— продолжал он,— как в 2014 году, когда началась война в Донбассе, к нам приходили люди в украинской форме и настраивали нас против России. А те, кто открыто не поддерживал их, часто пропадали. Или потом, если их находили, они были сильно покалечены. Сегодня мы делаем все для нашей страны. Наша гуманитарная миссия работает уже пятый год. Мы помогаем от Брянска до Херсона. И особое внимание мы уделяем освобожденным городам. Вот представленная гуманитарная помощь, которую мы доставляем в Селидово, в Курахово, в Красноармейск и многие другие... Там мы работаем в плотной связке со сложными структурами. Это у нас генераторы, тепловые пушки, аптечки, газовые плиты для приготовления пищи и наши гумнаборы, продуктовые и гигиенические... Там, где у нас не получается доставлять помощь самим, нам помогают мужики из военной комендатуры!..

Он заверил Владимира Путина:

— Проблемы, которые сейчас случаются тут, в тыловых городах, например, как очереди на заправках или в одни руки по 20 литров топлива, абсолютно несопоставимы с тем, как живут люди там, вблизи передовой!

— Лейтенант Белянкин,— отрекомендовался следующий собеседник.— Попал по распределению в учебно-научный центр, пробыл там две недели, понял, что хочу на фронт, могу приносить больше пользы и в целом заниматься полезным делом для нашей страны. Был прикомандирован в батальон БПС, уже два месяца выполняю специальные задачи, и по сей день. Мы с ребятами с «Народного фронта» начали применять ударные дроны в виде доставщиков гуманитарных грузов. Это рационы питания, средства личной гигиены.

— Сколько сюда получается килограмм? — переспросил президент.

— Шесть килограмм можем загрузить! — мгновенно пояснил лейтенант.

Ответ был засчитан.

— Меня зовут Сергей Бильченко, я из Донецка,— рассказал еще один волонтер.— Когда начались события в Дагестане, мы с командой отправились туда. На протяжении 35 дней мы оказывали помощь братскому народу. Мы эвакуировали людей, также мы откачивали воду, убирали ил, а также засылали продукты питания...

— Там и сейчас непростая ситуация,— прокомментировал Владимир Путин.

— Да, там очень непросто,— согласился Сергей Бильченко.— И мы никогда не стоим в стороне. У нас большой опыт за плечами, и мы всегда окажемся там, где нужна наша помощь. Мы одна страна, мы обязаны помогать друг другу! К примеру, когда начались события в Курске в 2024 году, на следующий день мы с командой отправились туда. Мы эвакуировали мирных граждан, работали на складе, а также помогали беженцам. К сожалению, там во время эвакуации погибли наши донецкие парни... В 2025 году наши парни были в Анапе, помогали, убирали пляжи и помогали населению... В этом году Дагестан. Но, вы знаете, Владимир Владимирович, когда мы оказались в Дагестане, когда-то начали съезжаться волонтеры со всей страны, с разных регионов, разных национальностей и вероисповеданий, на самом деле это... я понял одно... что это на самом деле настоящее народное единство, когда страна объединяется ради достижения единой цели... И когда ты смотришь на этих ребят, на молодых волонтеров, у которых глаза горят, они полны патриотизмом, ты понимаешь одно, что у нас одно впереди — это великое будущее, которое мы строим и будем строить. И только вместе с вами, Владимир Владимирович! Спасибо вам большое!

Так президенту встретился еще один искренний человек.

— Я Ирина Куксенкова, военный корреспондент «Первого канала» и мама грудничка, поэтому расскажу вам сегодня о детях. «Народный фронт» совместно с Банком России строит детские комнаты в больницах и поликлиниках на наших исторических территориях. Здесь обозначены такие моменты, которыми мы гордимся в нашей стране. Это и Арктика, и атом, и космос, и вот такие вот доски, которые развивают мелкую моторику, и все это с нашими народными героями и с тем, что мы можем гордиться. Я экспертно говорю, что это очень нравится детям, потому что все испытываю на собственном ребенке.

— И сколько ему? — спрашивал Владимир Путин.

— Годик,— рассказывала Ирина Куксенкова.

— Он родился 12 июня, в День России.

— Двойной праздник для вас,— кивал президент.

— Да, абсолютно,— соглашалась корреспондентка.— Кроме того, я хотела еще по своей теме сказать. Дело в том, что противник борется не только за умы наших детей, но и за умы всех россиян. Сейчас ведется активная фаза информационной войны. Я, как человек, который большую часть своей жизни в военной журналистике, я вижу механизм этой информационной войны, которую они применяют. Это новые практики, новые методики, которые похожи на то, как ведут себя мошенники, звонящие из колл-центров. Когда старушки добровольно относят все свои сбережения и потом не понимают, как они это сделали самостоятельно... Да что старушки!.. Люди с научной степенью, с критическим мышлением делают это, а потом не понимают как. А здесь другое... Здесь не наши сбережения, здесь наша страна... Куда выше цена... Это...

— Ну конечно, тут наши ценности моральные, нравственные...— согласился Владимир Путин.

— Абсолютно! Мы должны быть начеку, мы должны быть собранны, мы должны быть внимательны, чтобы не стать жертвами вот этого влияния, чтобы не стать невольно агентом ЦИПсО (центров информационно-психологических операций ВСУ. —А. К.), чтобы не разносить вот эту ложь. Это очень важно! Я еще раз повторю, на кону наша страна, наша Россия! И очень важно сейчас к этому отнестись со всей ответственностью.

— То, что вы говорите... попытка повлиять на умы... это современное оружие,— добавил Владимир Путин.— Такое же, как и современные беспилотники! Это все то же самое! Оно применяется давно. Мы с вами хорошо знаем, Геббельс еще говорил, что чем невероятнее ложь, тем быстрее в нее поверят. Просто все это совершенствуется на новом технологическом уровне. И результат может оказаться для нас очень серьезным, если профессионально и своевременно на это не реагировать, имея таких, как вы. Вам спасибо большое!

Владимиру Путину показали и полевой стоматологический кабинет, который легко разместить в блиндаже:

— Вот у них сейчас даже есть такая штука. Они идут на рекорд. Они смогли у одного пострадавшего, можно сказать, у военнослужащего 16 зубов заменить за один день и вернуть его обратно в строй! Для этого у них есть специальные 3D-принтеры, на котором они все это делают, есть сканер, печать зубных протезов... Возвращают человеку не просто радость улыбки, а даже возможность самоспасения! А знаете почему?!

Нет, Владимир Путин не знал.

— Потому что мы потом, на следующем стенде, учим пользоваться жгутом, который они будут держать этими зубами!.. Это благодаря вам, за ваши деньги!..

— Это не мои деньги,— поправлял президент.— Народные. Моя задача выделить приоритеты. А это приоритет.

— Меня зовут Бояркин Роман... Разрешите о себе расскажу вкратце. В 2024 году пошел на СВО добровольцем. В 2025-м при освобождении Курской области получил тяжелое ранение, и получилось так, что у меня ампутированы теперь обе ноги.

Так получилось.

— Начал проходить курс реабилитации, адаптации... Вместе с семьей проходили. На самом деле это такой очень тяжелый путь, потому что потеря конечностей...— показал Роман Бояркин.— И потом вообще понимание, как жить дальше, очень тяжело дается...

На ногах-то он стоял твердо.

— Плюс еще эхо войны, так называемое ПТСР, очень сильно влияло на меня. Но прошел через это... И реабилитировался... Работаю сейчас инструктором по БПЛА. И соответственно, как доброволец езжу постоянно по госпиталям, ребятам показываю, рассказываю вообще, как им жить дальше.

— А это уже по линии?..— замялся президент.

— По линии собственной инициативы, Владимир Владимирович,— пояснил Роман Бояркин.— Просто прорываюсь... Стараюсь как-то прорваться разными путями в госпиталя, потому что не пускают!.. Ребята мне пишут, я стараюсь выкладывать видео о том, как можно продолжать жить без ног, при этом ничуть не хуже, заниматься спортом, водить машину... Абсолютно делать все, что и человек с двумя ногами...

Он разговорился:

— И когда я начал этим заниматься, я уже начал понимать, что я не ко всем подход вообще могу найти. То есть некоторые меня сторонятся, некоторые боятся, некоторые вообще в принципе не общаются со мной, замыкаются в себе и не хотят...

— Они не только с вами не общаются, они ни с кем не хотят общаться,— сказал Владимир Путин.

— Ну да, закрыты от мира,— согласился парень.— Прям видно, тяжелая психологическая проблема. Иногда там даже уже психиатрия страдает... И я не знал, как подойти, то есть назвать его пациентом, или другом, или еще как-то... Мне не хватало компетенции и знаний определенных. И через ОНФ познакомился с Александрой Долгих, руководителем проекта (она сейчас стояла рядом.— А. К.). Она мне предложила, я, правда, уже не с начала начал, а начал с середины курса... Весь вот этот вот поток проходит в онлайн-формате... То есть я прошел его в конце концов до конца, то есть вот сейчас буквально через два дня у нас уже выпускные экзамены. И благодаря этому вообще понял, как к ребятам подходить, как с ними общаться, как их реабилитировать правильно, как донести то, что нужно... Зачастую надо не на стакан налегать либо там не ходить по соседям и рассказывать, как жить тяжело и как на войне страшно... Ну, это вот правда жизни, она такая...

Владимир Путин хотел что-то сказать, но потом только кивнул.

Роман Бояркин попросил президента помочь войти в программу «Время героев» («Я знаю, что потоки сейчас приостановлены и что трудно туда пробиться...»).

— У нас с вами большие связи, все решим,— пообещал Владимир Путин.

— Так, если честно, вот так вот от себя еще момент хотел добавить по поводу...— не удержался Роман Бояркин.— Так как я только что оттуда вернулся, я видел, с кем мы воюем, особенно в Курской области. Мы там встречались с самыми свирепыми противниками из этих вот стран НАТО безжалостных. Весь ужас я видел собственными глазами. И у меня такая, знаете, внутренняя просьба не останавливаться, идти до конца, чтобы эту цель добить до конца. Если мы остановимся на этом моменте, не знаю... Очень много всего там оставлено, потеряно... Я считаю, что надо нам идти в бой до конца.

— Спасибо за вашу позицию,— сказал ему Владимир Путин.

— У меня протезы с 1 сентября,— рассказал ему еще один собеседник, показывая свой катамаран.— Смотрите, какая ситуация... Прошло немного времени. Научились! Я уже был на регате. Жена — матрос. Я рулевой. В городе Сочи на регате мы взяли четыре золотые медали! Кто управляет парусами, управляет своей жизнью!

А разве не так?

Владимир Тараненко из ОНФ продолжил неиссякаемую тему БПЛА (на этот раз речь шла про обучение) и в конце концов представил Владимиру Путину телеведущего Михаила Галустяна и проект студенческой медиалиги (далеко зашло).

— Здравствуйте! Как нам с вами известно, все, что сегодня происходит в стране на линии фронта, в большей степени связано с беспилотниками,— сообщил Михаил Галустян, щедро поделившись с президентом монополией на это знание.— Шоу-битва дронов, которое мы придумали,— это возможность раскрыть эту тему, сделать ее понятной, интересной, популярной...

Похоже, скоро на экране.

— Планируем съемки проводить в самых красивых местах нашей Родины. Участники — студенты, блогеры, звезды — будут соревноваться в одной команде. Это очень хорошая возможность проявить себя, показать свои навыки для всех желающих. Когда мне предложили стать ведущим этого шоу, я расстроился, потому что я хотел быть участником, управлять этим всем...

Видимо, дронами.

— Но мне сказали: «Миша, доверь это дело профессионалам, а ты как профессионал будешь ведущим». Поэтому ведущим этого шоу будет... я надеюсь, ведущим... заслуженный артист Российской Федерации Михаил Галустян...

А кто же еще-то теперь-то?

Это и называется: сказал все, что мог. Все, что успел.

А, нет, еще и канал назвал, и время начала шоу.

Мы имели дело с профессионалом.

Что ж, выставка оказалась информативной.

В зале Национального центра «Россия» Владимира Путина тоже ждали.

— 15 лет назад было принято не ситуативное решение, что «Народный фронт»,— а мы сегодня, в эти дни, отмечаем юбилей, 15 лет,— полностью себя оправдал. Полностью! — сказал президент залу.— Потому что, во-первых, удалось собрать сюда таких людей, как вы... Ведь, насколько мне известно, сейчас у вас на контроле 552 поручения президента. Это не болтовня какая-то — ведь откуда берутся эти поручения президента, главы государства? — обратил на себя внимание Владимир Путин.— Они же берутся после «Прямой линии» с гражданами. Это ясно: эти «линии» готовятся, ясно, что работают целые команды, но все равно, как бы там ни было,— это живая связь с людьми. И эти поручения, они же возникают не с потолка, не с неба — они возникают от людей, от их проблем, от того, с чем они сталкиваются и что пытаются преодолеть в жизни. Эти поручения возникают отсюда! И вы, собственно говоря, над чем работаете? Вы работаете над тем, чтобы людям помочь напрямую.

Тут такое дело: это все так и есть. ОНФ — одна из немногих организаций, которая так и работает.

— Даже, так скажем, наказы, облекаемые в поручения главы государства, не так просто исполняются в рамках огромной административной машины,— добавил он.— И здесь, вы знаете, это не беда России — это проблемы любой государственной структуры на планете Земля... Везде одно и то же... Но нигде нет такой структуры, как ваша, как «Общероссийский народный фронт»!

Владимир Путин тем временем с микрофоном в руке ходил по сцене и рассуждал:

— Знаете, часто задаются вопросом: а как же так получается, что вся русофобская так называемая агрессивная часть так называемого коллективного Запада борется с нами, а мы развиваем свою экономику, укрепляем свои финансы, совершенствуем вооруженные силы, добиваемся новых результатов в сфере оборонно-промышленного комплекса и идем вперед... Ребята, наши бойцы, идут вперед!.. Как же так получается?

Эта тема для него сейчас, так получается, главная. Идут же. Константиновку же скорее взяли, чем не взяли.

И он делился соображениями:

— А получается это в том числе и благодаря вашим усилиям! Вы объединили вокруг себя более 20 миллионов человек, граждан Российской Федерации, и собрали — не от государства, а граждане добровольно, доверяя вам, направили на цели СВО — почти 70 миллиардов рублей! Вот так и получается. Вот поэтому нас и ждет, безусловно, победа.

Член семьи Пожярскас, организовавшей волонтерскую группу для помощи бойцам на фронте, заверил президента:

— Мы знаем: у противника на поле боя нет шансов, потому что за нами наши семьи, дети, матери и отцы. А то, что враг ежедневно пытается нанести удар по нашей инфраструктуре,— это всего лишь попытка сломить наш дух. И у них ничего не получится.

То есть он высказался еще на одну тему, которая всех, как бы сказать, беспокоит.

— Я сейчас у одного из лауреатов, который 23 человека спас из воды (во время наводнения в Дагестане.— А. К.),— представляете, нырял в эту пучину и доставал людей,— я у него спрашиваю: «Страшно было?» — рассказывал президент напоследок.— Вот сейчас на ушко спросил... (Владимир Путин обернулся к Шамилю Устарбекову.— А. К.) Не обидишься? — мне говорит: «Чуть-чуть»... Но когда люди совершают такие подвиги, когда люди воюют на фронте, когда люди добиваются удивительных результатов в тылу, не жалея часто себя, конечно, бывает страшно. Это нормальная реакция нормального человека.

В этот раз в зале таких было много.

Андрей Колесников