«Нам нужна поддержка со всех сторон»
Алексей Тарасенко — о выживании пермской обувной фабрики «Трек»
Единственный в Пермском крае производитель обуви и спортивных товаров — фабрика «Трек» столкнулась с финансовыми трудностями и объявила о возможном закрытии. О сложностях и перспективах оздоровления предприятия рассказал генеральный директор «Трек» Алексей Тарасенко.
Алексей Тарасенко
Фото: компания «Трек»
Алексей Тарасенко
Фото: компания «Трек»
— Алексей Викторович, расскажите о ситуации с иском о банкротстве от федеральной налоговой службы.
— Мы действительно столкнулись с рядом трудностей. Нам был предъявлен иск, но арбитражный суд отказал в требованиях ФНС, производство по делу о банкротстве было прекращено. Мы приняли меры по улучшению финансовой ситуации и были вынуждены существенно сократить персонал.
В настоящий момент «нащупываем» новую бизнес-модель, которая позволит нам выйти из кризиса, потому что старая умерла.
— С чем связаны финансовые трудности компании?
— Причин несколько, в том числе из-за совершенных нами ошибок. В первую очередь, на экономике предприятия сказалась ситуация с кредитно-денежной политикой в стране. Повышение ставок и снижение рентабельности бизнеса повлияло на многие компании. Во-вторых, развитие онлайн-торговли. На смену торговым центрам пришли маркетплейсы. Сегодня все вынуждены перестраивать каналы продаж.
Помимо этого, отечественные производители обуви сталкиваются с жесткой конкуренцией со стороны Китая. Например, на российских маркетплейсах условия для представителей КНР намного мягче, чем для российских,— разница в два раза.
Сегодня мы можем конкурировать с Китаем по качеству, но не по цене. Производство и материалы в России дороже. К этому прибавляется поддержка китайских производителей со стороны их государства и снижение стоимости выхода на российский рынок. К тому же, приходится конкурировать не только с производителями из Китая, но и со всего мира. Наши рынки открыты для них, в то время как для российских производителей зарубежные рынки, напротив, закрыты. Это заблуждение, что мы сегодня находимся в рыночных условиях.
К сожалению, рынок стал меняться, и мы вовремя не сориентировались. Это стоило нам денег, репутации и, возможно, самого бизнеса.
— Проблемы возникли только у вашей компании, или это характерно для всей обувной промышленности?
— В целом производство обуви в России находится в кризисе. В отечественной обувной промышленности за последние два года произошли колоссальные перемены. В 2024 году в России закрылись порядка 30% обувных предприятий, а в 2025-м еще 20%. Например, в прошлом году закрылась одна из крупнейших российских фабрик — «Юничел», где трудилось более тысячи рабочих. А ведь некогда они были лидерами рынка.
— Расскажите о вашей компании: сколько лет вы уже производите обувь?
— 33 года назад мы начинали как магазин оптовой и розничной продажи спорттоваров. Сеть «АВТ-Спорт» насчитывала 10 магазинов, на сегодня работает только один. С 2004 года мы начали собственное производство обуви. Изначально открыли собственную линию производства лыжных ботинок. Этот рынок тогда был абсолютно свободен — в России их производством занималась только компания в Ярославле.
— Почему выбрали именно эту нишу?
— Мы увидели дефицит лыжных ботинок, поэтому решили открыть собственное производство. Здесь лыжный край, люди любят кататься на лыжах, на коньках. Мы — в гуще массового спорта. Объем производства ботинок составлял порядка 250 тыс. пар в год. В 2014-м мы начали производить обувь из натуральной кожи и обувь для туризма. Объем производства повседневной обуви составлял порядка 50 тыс. пар в год.
В 2019 году прошли обучение и аудит у немецкого производителя мембранных материалов «Симпатекс». После этого начали выпускать обувь с мембраной. На тот момент с этим материалом в России работало всего три завода, два из которых были связаны с министерством обороны. Помимо этого, на фабрике выпускалось около 30 тыс. пар коньков. Но после ковида ситуация кардинально изменилась. Сегодня компания «Трек» остается единственным производителем футбольных бутс в стране.
Важно отметить, что «Трек» — фабрика полного цикла: у нас есть дизайнеры, модельеры-конструкторы, то есть возможна полная разработка ботинка — от идеи до воплощения.
— Сегодня работа фабрики приостановлена? Есть ли перспективы оздоровления компании?
— Остановки нет, производство работает, но его объемы с прежними не сопоставимы. Если раньше выпускали сотни тысяч пар обуви, а конвейер работал в две смены, то сегодня ситуация другая. Чтобы выжить, фабрика берется за любые заказы. Произошло существенное сокращение штата, до 75 человек. В случае спасения компании с их помощью можно будет расширить фабрику до прежних объемов производства.
Сегодня нам не хватает финансового ресурса. Без этого план оздоровления мы реализовать не сможем.
— Вы готовы переориентировать производство? Подстроиться под современные экономические условия?
— Переориентироваться все равно придется. Какие-то позиции уйдут, что-то добавим. Пытаемся сохранить компетенции и людей, но наши ресурсы на исходе. В текущей ситуации нам осталось не больше года.
— Что нужно для восстановления предприятия?
— Поддержка со всех сторон: со стороны властей, в частности минпромторга, и обычных граждан. Если человек купит что-то из наличия, это положительно повлияет на возможности компании и даст время разобраться с текущими сложностями.
Для исправления ситуации мы ищем дополнительные векторы развития.
У нас есть компетенции, мы готовы брать заказы — производить спортивную, тактическую и рабочую обувь, работать по госконтрактам. Ранее мы уже обращались в минпромторг с предложением по сотрудничеству в рамках проекта «Футбол в школу», так как мы единственные производители футбольных «сороконожек» в России. Наши бутсы превосходят по качеству более дешевые аналоги и сделаны специально для занятий спортом.
— Если ваша компания закроется, то в России не останется подобных заводов?
— Мы 22 года занимаемся производством обуви в крае, где раньше вообще не было подобных технологий. Мы осваивали их с нуля. Обувной школы в России сегодня нет, не осталось и вузов, где обучают обувщиков. Мы восстанавливали обувные технологии с помощью партнеров из Беларуси — возили к соседям наших сотрудников на обучение, привозили их специалистов на пермскую фабрику. Ее закрытие вновь лишит нас технологий, восстановить которые будет почти невозможно.
Когда ввели санкции против России, стало понятно, что многие позиции ранее закупались заграницей. Да, сегодня есть возможность купить что-то дешевле из Китая. Но, как мы знаем, нет гарантии, что подобные поставки будут всегда. Если мы сами ничего не умеем делать, то становимся зависимыми от других государств. Если мы не можем ничего производить для наших спортсменов, то, значит, заведомо проигрываем мировые спортивные соревнования. Если откажемся от российского производства, то будем проигрывать и в политических вопросах.