HyperТекст

06.06.2026, 19:03

«В сердце будет всегда оставаться "свой" заповедник»

Биолог Елена Книжникова про медведей и людей

5 июня, во Всемирный день окружающей среды, в России также отмечался День эколога. В 2026-м он проходил под знаком подготовки к еще более важной дате — 110-летию заповедной системы России, которое будет праздноваться в январе 2027-го. О том, что у заповедных территорий есть не только сотрудники, но и друзья, откуда эти друзья берутся и чем помогают, “Ъ” рассказала Елена Книжникова, председатель межрегионального общественного движения «Друзья заповедных островов».

— Расскажите для начала, что это за острова?

— Это образное название заповедных территорий. Если взглянуть на карту нашей страны, то заметно, что заповедные территории в каждом регионе — как островки живой природы.

Наше движение было создано экоцентром «Заповедники» — это общественная организация, которая появилась 30 лет назад, чтобы обучать сотрудников отделов экопросвещения на заповедных территориях. Мы создали профессию экопросветителя на заповедных территориях — до этого ее в нашей стране не было. Она появилась после издания федерального закона №33 «Об особо охраняемых природных территориях» в 1995 году. В нем было впервые сформулировано, что заповедные территории — это не только научные и природоохранные учреждения, но и эколого-просветительские, и с этого момента мы отсчитываем историю экологического просвещения.

Шесть лет назад мы создали благотворительный просветительский фонд «Заповедное посольство», и он стал связующим звеном между заповедными территориями и бизнес-компаниями, местными жителями, туристами. Фонд находит ресурсы для восстановления видов, научно-просветительских проектов, помогает сотрудникам природных территорий в трудных ситуациях и в профессиональном развитии, сотрудничает со многими странами, изучает их опыт, собирает лучшие практики мира, продвигает достижения нашей заповедной системы.

— Вы видите результаты такой работы?

— Есть три варианта эффекта от работы экопросветителя. Первый вариант — моментальный, когда ребенок или взрослый заинтересовался, ему понравилось, он что-то узнал. Это, как правило, «знаниевый» эффект. Второй эффект — «отношенческий» и более долгосрочный: например, люди, посетили заповедник и полюбили его. А дальше может возникнуть «поведенческий» эффект: узнав о проблемах заповедной территории, они решили помогать ей, реализовывать проекты, создали клуб друзей. Есть еще четвертый долгосрочный эффект, о котором мы мечтаем: чтобы эти люди потом приходили работать на заповедные территории или становились их друзьями и партнерами.

— То есть чтобы все шли в вашу профессию?

— Это совсем необязательно.

Можно пойти в любую профессию, но при этом в их сердце будет всегда оставаться «свой» заповедник.

За 30 лет нашей работы — из них движению друзей заповедных островов уже 25 — мы видим несколько поколений ребят, которые приходят работать в заповедники, а иногда говорят: «Мы были на ваших слетах и фестивалях 10, 20 лет назад, мы друзья такого-то заповедника». Они уже взрослые, сформировавшиеся люди, у них есть дети, и они продолжают мыслить экологично и помогать природе.

— Мы беседуем с вами во время фестиваля «Вдох» в Пицунде, где находится Пицунда-Мюссерский заповедник.

— Да, совершенно верно, и в нашей программе участвует директор этого заповедника Сабина Лобода. Это очень красивый заповедник, охраняющий в том числе и реликтовые пицундские сосны, которые сегодня занесены в Красные книги Международного союза охраны природы и России. Наша общая идея очень проста: чтобы сохранить природную территорию, нужно, чтобы местные жители ее любили и становились ее друзьями.

— Что такое друзья применительно к природе?

— В любом отношении друзья — это навсегда. Если, например, человек однажды пришел помочь на субботнике, он волонтер. А если он что-то делает для природы каждый день, то он ее друг.

Забота о природе, как о своем доме, становится образом жизни.

Дружба наполняет нашу жизнь любовью, теплом, сотворчеством. К нашему движению присоединяются клубы друзей заповедных территорий разных направлений деятельности и разного возраста участников по всей стране. Это могут быть детские клубы, школьные команды, семейные, корпоративные команды, «серебряные» волонтеры…

— Что такое «серебряные» волонтеры? Люди в возрасте?

— Да. Это такое объединение людей, которые уже вышли на пенсию, но молоды душой, активны и хотят помогать. У нас, например, есть очень активная команда таких волонтеров — друзей заповедника Утриш.

— В том же Утришском заповеднике мне рассказывали, что очень активны и дети. Они говорят родителям: «Ты зачем это сорвал? Ты зачем взял черепаху? Положи на место». И родителям становится стыдно.

Что известно науке о косолапых и кого они едят

— Да, просвещая с юных лет, мы формируем экологическую культуру и мышление и в то же время через детей влияем на взрослых. Наша мечта — чтобы каждый гражданин у нас в стране стал другом природы. У нас есть слоган: «Узнай, полюби, сохрани». Человек должен быть осведомлен, что рядом с ним есть природные территории, нуждающиеся в охране, посетить их, почувствовать, полюбить — и захотеть сохранять их. В мировой практике национальные парки часто являются предметом гордости у людей.

Очень важно объяснять, как жить в гармонии с природой, как ее беречь и как не причинять ей так называемое добро.

— Что вы имеете в виду?

— Например, если обнаружил слетка, птенца, который встает на крыло, не надо его брать в руки, пытаться спасти. Он подрос, мать выпихнула его из гнезда, и тут прибегают люди, уносят его от родителей. Не надо так делать.

Или, например, сейчас на Черном море происходит активный выброс дельфинов на берег. Нельзя их толкать обратно в воду. Важно сразу вызвать специалистов — обратиться в центр спасения «Дельфа» в Краснодарском крае или в «Безмятежное море» в Крыму. Они проконсультируют, что делать, и сами окажут первую помощь животным.

В районе Анапы туристы очень часто забирают домой краснокнижных черепах Никольского, думая, что они будут хорошими домашними питомцами. К сожалению, черепахи заболевают и гибнут в неволе, поскольку дома нельзя обеспечить им нужные условия жизни — и так с большинством диких животных.

Еще один важный момент, о котором не стоит забывать, находясь на природе: ходить лучше по оборудованным экотропам, чтобы не нарушить хрупкие экосистемы. А взятую с собой еду носить в вакуумных контейнерах, чтобы не привлекать запахами пищи диких животных.

— А ведь некоторые специально их подкармливают…

— Это самое печальное, что сейчас приходит с развитием внутреннего туризма в России. В результате дикие животные приучаются: где человек — там еда. И приходят к людям в деревни и даже в города.

Дикая природа должна оставаться дикой, животные не должны приучаться к использованию того, что дает человек, потому что они разучатся добывать пищу естественным образом.

Вот турист пришел, оставил еду, а дальше животное придет снова и будет требовать продолжения банкета уже у местных жителей, которые не собирались его кормить. Это очень опасно. В мировой практике категорически запрещен допуск в природу органических продуктов, будь то мусор или пища. Например, в Йеллоустонском парке все мусорные контейнеры металлические, с тяжелыми крышками с замком, чтобы медведь не смог его открыть, никакой огрызок нельзя в лесу выкинуть, хоть это и органика,— получите штраф.

— Как люди об этих правилах узнают?

— У них постоянная, системная просветительская деятельность в школах и в национальных парках. Плюс там на природу выходят с гидами, которые обо всем информируют и отвечают за поведение людей.

— Вы профессиональный биолог?

— Да, биолог-охотовед. Училась в Университете народного хозяйства, параллельно работала в Печоро-Илычском заповеднике на Северном Урале, в девственных лесах Коми. Второе мое образование — по специальности «экология мегаполиса», РХТУ им. Д. И. Менделеева.

— Не раз слышала от профессиональных ученых-биологов, что «зеленые» не всегда действуют во благо, нередко они плохо понимают, что творят.

Иркутских медведей готовят к отстрелам

— К сожалению, такое тоже бывает. В любом деле важно опираться на экспертов, в заповедниках и национальных парках они есть. Мы часто соединяем клубы друзей с такими экспертами в регионах.

— В следующем году грядет 110-летие заповедной системы России. Вы будете его как-то отмечать?

— Обязательно. Первым в нашей стране был создан Баргузинский заповедник, это произошло 29 декабря 1916 года по старому стилю, 11 января 1917 года — по новому, и это стало точкой отсчета для всей нашей заповедной системы. Для нас это повод больше рассказывать о природе, о том, почему важно ее сохранять. Мечта — запустить юбилейную пиар-кампанию по всей стране, рассказать всем, что такое заповедные территории, как их сохранять, зачем они нужны, как жить с ними рядом, не нанося вреда ни им, ни людям. Ведь заповедные территории ограничивают местных жителей: там нельзя ни охотиться, ни рыбачить, ни рубить лес, ни собирать грибы и ягоды.

Собрание узаконений и распоряжений правительства, издаваемое при Правительствующем Сенате : [Издание официальное]. – СПб., 1917. – № 18. Отдел первый. – 20 января 1917. Ст. 107. Об установлении Баргузинского, Забайкальской области, охотничьего заповедника

Фото: Русское географическое общество

1 / 2

Фото: Русское географическое общество

Собрание узаконений и распоряжений правительства, издаваемое при Правительствующем Сенате : [Издание официальное]. – СПб., 1917. – № 18. Отдел первый. – 20 января 1917. Ст. 107. Об установлении Баргузинского, Забайкальской области, охотничьего заповедника

Фото: Русское географическое общество

Местные жители зачастую становятся нашими главными противниками. И наша задача — объяснить им, что для них главная альтернатива заработка — это экологический туризм. Но для этого нужно быть просветителем, знать правила развития туризма, уметь оценивать рекреационную нагрузку, создавать экологические тропы, чтобы потоки туристов бережно перенаправлять. Это целая наука, и наши заповедные территории могут этому обучать.

Беседовала Наталия Лескова