«Мы верим! Есть шанс»
Корреспондент “Ъ” поговорила с жителями Еревана о предстоящих выборах
До парламентских выборов в Армении остаются считаные дни. Премьер-министр Никол Пашинян завершает предвыборную кампанию, а главная оппозиционная сила — блок «Сильная Армения» Самвела Карапетяна — провела митинг, главный посыл которого: перемены могут прийти в страну уже совсем скоро, надо только сделать правильный выбор. Корреспондент “Ъ” Лусине Баласян прогулялась по предвыборному Еревану и поговорила с его жителями о том, чего они ждут от предстоящих выборов.
Фото: Олеся Курпяева, Коммерсантъ
Фото: Олеся Курпяева, Коммерсантъ
Ереван живет в эти дни привычной для себя жизнью, но и признаков приближающегося дня голосования не заметить просто нельзя: это пестрящие повсюду баннеры с фотографиями кандидатов, громкие политические споры за столиками в кафе и эпатажные акции политических активистов. Люди находятся в ожидании того, как изменится их жизнь после парламентских выборов 7 июня, и изменится ли она вообще. Впрочем, перемены, похоже, нужны не всем.
Мнения на этот счет звучат самые разные. Жизнерадостный и улыбчивый Вазген, работающий в отеле The Alexander, где совсем недавно принимали главу Еврокомиссии Урсулу фон дер Ляйен, с гордостью рассказывает, как она фотографировала ковер на пешеходном переходе на улице Абовяна.
Эту историю он привел в доказательство того, как с Николом Пашиняном жизнь в Армении стала лучше. Никто, повторяет он несколько раз, никто «из них» не смог добиться таких отношений с Западом, экономического роста, увеличения рабочих мест, как Пашинян.
Под «ними» он, конечно, имеет в виду в первую очередь Роберта Кочаряна — бывшего президента Армении, который занимал этот пост с 1998 по 2008 год, но по сей день возглавляет блок «Армения» и продолжает неустанно бороться за возвращение к управлению страной. Он ездит с предвыборной кампанией по городам Армении, собирает митинги в поддержку своего блока и очень много общается с журналистами. Правда, антирейтинг Кочаряна столь высок, что остальная оппозиция не хочет с ним объединяться.
Впрочем, на этот счет имеются и другие мнения. «Кочарян тоже подойдет»,— бросил в разговоре какой-то мужчина на митинге блока «Сильная Армения», видимо имея в виду возможность объединения Карапетяна с экс-президентом.
Сторонники Самвела Карапетяна организовали 4 июня масштабное шествие от проспекта Комитаса до центральной площади Республики — то есть через главные улицы города. Примечательно, что акцию организовали спустя почти год после того, как бизнесмена арестовали по обвинению в публичных призывах к захвату власти, и тогда еще не сформированное в политическую партию движение «По-нашему» провело первое шествие. Именно тогда стало понятно, что у Карапетяна возникли серьезные политические амбиции и он готов включиться в борьбу за пост премьера.
«Он — нормальный армянин»,— говорит про него участник шествия. И в таком уважительном, но лаконичном ключе о нем высказываются многие. Еще, например, звучала формулировка «настоящий армянин». Оставалось только понять, что же это значит на самом деле — быть нормальным и настоящим.
«По поступкам и по характеру видно,— объясняют его сторонники.— Он про Армению думает. Про будущее».
«С нуля начал. И потом вернулся в Армению, для Армении все сделал. Разве это плохо?» — размахивая руками, говорит женщина, которая пришла на шествие с соседкой. Та улыбается и кивает. В толпе они встречают еще одного соседа — священника Гегама, служащего в одном из храмов Армянской апостольской церкви в Ереване. Он показывает записанное на смартфон видео со службы, рассказывает, что дружит в Facebook (принадлежит экстремистской и запрещенной в РФ Meta) с Нареком Карапетяном — племянником Самвела Карапетяна, первым кандидатом в предвыборном списке «Сильной Армении». Пройдя немного в колонне демонстрантов, Гегам решает пойти выпить кофе.
Фото: Коммерсантъ / Олеся Курпяева / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Олеся Курпяева / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Олеся Курпяева / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Олеся Курпяева / купить фото
«Вот такое тут часто»,— осуждающе шепчет молодая девушка по имени Диана, косо поглядывая на Гегама. Армянка с корнями из Карабаха, она прожила 20 лет из 29 в Ставрополе, где изучала политологию и социологию, а два года назад решила уехать из России, вернуться в Армению и заняться фотографией: иногда она ходит на политические мероприятия, в другие дни — ездит в приграничные районы и снимает жизнь простых людей. Сначала подумалось, что в Армении ей просто больше нравится. Или она надеется на то, что будет иначе. Но пока мы шли через центральные улицы и пытались друг друга услышать сквозь громкие лозунги и гудение машин, чьи водители выражали солидарность с митингующими, стало понятно: ей мало что вообще здесь нравится.
«В регионах часто мне говорят: все у нас будет хорошо, мы верим. Но я же вижу, что они не верят. Я фотографировала одного дедушку в Горисе (город в Сюникской области Армении, граничащей с Азербайджаном.— “Ъ”). Он мне сказал: "Молодец, что все фотографируешь. Мы скоро все потеряем, хотя бы на фотографии будет видно, что мы здесь жили"»,— рассказывает Диана, размышляя о том, что не так с действующей властью и ее решениями. И при этом добавляет: «Но я не понимаю, что оппозиция вообще предлагает».
Девушка долго рассуждала о программах других партий, о политической ситуации в целом и затем со смирением в голосе и, кажется, почти без эмоций заметила: «Возможно, здесь никогда не получится что-то изменить».
Так считают не все. Кто-то, например, уверенно заявляет, что Самвел Карапетян на выборах победит, несмотря на то что в опросах он хоть и остается лидером среди остальных оппозиционных сил, но все равно уступает правящей партии «Гражданский договор».
«Мы верим! Есть шанс»,— с надеждой говорят четыре молодые девушки, оценивая вероятность победы Самвела Карапетяна и наступления перемен. Им нравится в Армении, но «не всё», признались подруги. Потеря Карабаха — это больнее всего, говорит одна из них. «Я здесь живу. И хотела бы жить дальше. Но если все останется как есть, то уже не так хочется»,— задумалась Снежана.
«Может, вообще гражданская война будет»,— пожимает плечами Армен, пришедший на митинг один. В черном спортивном костюме он выделяется среди тысяч людей, в том числе семейных пар с детьми самого разного возраста, одетых в белые футболки с названием блока «Сильная Армения».
Но ведь говорят, что жизнь стала лучше, говорю я. Армен с этим даже не спорит: «Да, может быть. Но вот с Азербайджаном-то как получается: все уступают, все отдают. Так ведь нельзя». Лицо его потускнело, и он замолчал.
Перемены наступят, убеждал людей Самвел Карапетян. Когда демонстранты добрались до площади Республики, на большом экране появился лидер «Сильной Армении»: он вышел в прямой эфир прямо с порога своего дома, где находится под домашним арестом. Бизнесмен и опальный политик заверил, что после выборов могут начаться реальные изменения в жизни людей. «7 июня останется в истории как день, когда армянский народ сделал выбор в пользу жизни в сильной и свободной Армении»,— сказал Карапетян.
На бордюре недалеко от центра митинга сидел уставший после почти четырехчасовой акции немолодой мужчина, тревожно перебиравший четки. Он неотрывно глядел на сцену, глаза его как будто блестели от подступающих слез, и он громко аплодировал, когда звучали обещания, что скоро Армения будет жить иначе.
В конце митинга остающиеся на площади люди — их, по моим оценкам, было около 16–17 тыс.— включили фонарики на телефонах и начали скандировать: «Сильная Армения!» И это было не вполне про ту политическую силу, которую они поддерживают, а про что-то гораздо большее.