Пролив преткновения

Третий месяц подряд золото теряет позиции на мировом рынке. По итогам мая 2026 года его цена снизилась на 1,8%, а с начала весны — почти на 14%, до $4,54 тыс. за тройскую унцию. Металл остается под давлением из-за перекрытия Ормузского пролива, открыть который не удается, несмотря на прекращение активных боевых действий между США и Ираном. Вместе с тем аналитики и управляющие допускают возобновление роста цен во втором полугодии и возвращение до $6 тыс., если помимо открытия пролива начнут снижаться доходности американских облигаций и восстановится инвестиционный спрос на металл со стороны крупных фондов.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

По итогам мая 2026 года, согласно данным Investing.com, благородный металл подешевел на спот-рынке на 1,8%, до $4,54 тыс. за тройскую унцию. В России его цена впервые за восемь месяцев протестировала уровень 10 тыс. руб. за 1 г. На Московской бирже котировки опускались до 9,93 тыс. руб. за 1 г, минимума с 2 октября 2025 года. По итогам месяца они остановились на отметке 10,36 тыс. руб. за 1 г, что на 6,5% ниже значений закрытия апреля.

За три весенних месяца желтый металл подешевел в мире почти на 14%, а относительного исторического максимума, установленного в конце января,— на 19%. На Московской бирже золото подешевело с начала весны на 20%, а относительного январского максимума — на 24%. Динамика локальных цен зависит не только от движений на мировом рынке золота, но и от колебания курса доллара в России. По итогам весенних месяцев внебиржевой курс американской валюты упал на 8,2%, до 71 руб./$.

В результате продолжительного обесценивания металл растерял почти весь прирост начала года и с результатом 3,1% откатился в рейтинге самых эффективных инвестиций по версии Bank of America на шестое место, хотя ранее удерживал лидерство. Возглавили рейтинг сырьевые товары, которые торгуются на бирже (нефть, газ, металлы, уголь, удобрения, зерно, какао-бобы и др.), они подорожали на 51%. Второе и третье места занимают рынки развивающихся стран (MSCI EM) и фонды недвижимости (Real Estate Investment Trust, REITs), прибавившие с начала года 24,8% и 13,2% соответственно.

На четвертом месте с результатом 10,4% разместился американский индекс S&P 500. Пятерку самых доходных инвестиций замкнули рынки акций развитых стран без США и Канады (MSCI EAFE), подорожавшие на 9,3%. Остальные активы из рейтинга — наличность, высокодоходные облигации, облигации инвестиционного уровня — принесли инвесторам символические 0,3–1,5%. Лишь вложения в US Treasuries (UST) оказались убыточными, хотя потери составили символические 0,1%.

Мир миру рознь

Главным фактором давления на рынок золота в весенние месяцы стал конфликт на Ближнем Востоке. Именно он, как отмечает гендиректор сервиса по покупке драгметаллов Moneymatika Максим Мольдерф, определяет почти всю текущую логику движения драгоценных металлов и одновременно ломает классическую модель поведения защитных активов. Обычно золото растет на фоне геополитических кризисов, а также экономической нестабильности, поскольку является защитным активом. Но весна 2026 года показала обратную картину. «Чем жестче становилась риторика вокруг Ирана и Ормузского пролива, тем сильнее рынок продавал золото»,— вспоминает господин Мольдерф.

Причина такого аномального поведения в том, что для рынка оказался важнее не сам конфликт, а его инфляционные последствия из-за блокировки Ормузского пролива, который является одним из ключевых транспортных коридоров, особенно в сфере энергоносителей. Объявленное в начале апреля президентом США Дональдом Трампом перемирие сняло часть напряжения, но не привело к полной разблокировке пролива. В мае после новых американских ударов по иранским объектам и заявлений господина Трампа о неприемлемости рамочного соглашения по Ормузскому проливу рынок окончательно решил, что кризис затягивается.

«Пролив фактически остается заблокированным, а это бьет по нефтяному рынку. Цены на нефть держатся на высоком уровне, усиливая инфляционные ожидания»,— отмечает Максим Мольдерф.

Согласно майскому докладу ООН «Мировая экономическая ситуация и перспективы по состоянию на середину 2026 года», в 2026 году ожидается рост инфляции в развитых странах до 2,9%, что на 0,3 процентного пункта (п. п.) выше показателя 2025 года и на 0,5 п. п. выше январского прогноза. В развивающихся странах рост будет более существенным: с 4,2% в 2025 году до 5,2% в 2026 году, это на 1,3 п. п. выше последнего прогноза ООН.

В таких условиях центробанки, активно снижавшие процентные ставки в прошлом году, начали их повышать. В мае резервный банк Австралии и ЦБ Норвегии повысили ставки на 0,25 п. п., до 4,35% и 4,25% соответственно. Аналогичное решение не исключается и по итогам июньского заседания ЕЦБ. ФРС США пока не рассматривает такой сценарий, но и дальше снижать ставку тоже не будет. В итоге доходность десятилетнего выпуска US Treasuries выросла в мае до максимального значения с начала 2025 года — 4,7% годовых.

«Для золота высокие доходности гособлигаций — это негатив, потому что металл не дает процентного дохода и начинает проигрывать конкуренцию долларовым облигациям»,— отмечает аналитик Freedom Finance Global Владимир Чернов.

Сдерживающим фактором для золота выступают и накопленные инвесторами позиции в нем. С начала 2025 года по начало февраля 2026 года активы всех мировых золотых ETF выросли более чем на 550 тонн (15%), до 3,13 тыс. тонн. Прирост сопоставим с запасом золота в международных резервах таких стран, как Турция (535 тонн) и Польша (582 тонны). В таких условиях, как отмечает глава инвестиционного офиса Astero Falcon Елена Нефедова, новые риски в лучшем случае ограничивают глубину коррекции, чем автоматически создают новый спрос.

Фьючерсный рынок подтверждает эту картину. «В мае снижение открытого интереса, сокращение длинных позиций и частичный рост коротких указывали скорее на разгрузку риска после ралли, чем на формирование нового устойчивого спроса. Для возобновления роста золоту нужен приток новых покупателей»,— считает Елена Нефедова.

Унция автопрома

Распродажа затронула не только рынок золота, но и других драгоценных металлов. Котировки платины и серебра потеряли за три месяца 18,7% и 19,5%, до $1932 и $75,58 за унцию соответственно. Стоимость палладия обвалилась более чем на 23%, до $1372,1 за унцию. Опережающие темпы падения белых металлов связаны с более высокой долей промышленного спроса, который зависим от состояния мировой экономики. В случае металлов платиновой группы доля неинвестиционного спроса составляет 85–98%, в серебре — 76%.

В апреле Международный валютный фонд (МВФ) ухудшил прогноз роста мирового ВВП на 2026 год с 3,3% до 3,1%. В мае директор по коммуникациям МВФ Джули Козак отметила, что ситуация в мировой экономике развивается по неблагоприятному сценарию из-за затянувшейся напряженности на Ближнем Востоке и проблем с проходом судов через Ормузский пролив.

Энергетический кризис, вызванный ростом цен на нефть и перебоями поставок энергоносителей, сильнее всего повлиял на палладий, основное использование которого — это автокатализаторы для двигателей внутреннего сгорания. «В Европе на фоне текущих сверхвысоких цен на нефть отмечается стремительный рост продаж электромобилей, которым не нужны катализаторы. Это снижает спрос на палладий со стороны автомобильной промышленности, что давит на рыночную цену»,— отмечает аналитик ФГ «Финам» Александр Потавин.

Дело за проливом

Аналитики JP Morgan оценивают текущее состояние рынка как временную паузу, а не разворот тренда. Долгосрочные «бычьи» факторы — обесценивание валюты, снижение покупательной способности, финансовые риски в США и геополитическая напряженность — сохраняют актуальность инвестиции в драгоценные металлы во главе с золотом. Однако влияние данных факторов на цены начнет проявляться лишь после прояснения ситуации вокруг конфликта между США и Ираном.

Ключевым катализатором для рынка может стать повторное и окончательное открытие Ормузского пролива и снижение дефицита нефти на мировом рынке. «Как только эта история начнет постепенно уходить на второй план, инвесторы снова вернутся к более долгосрочным темам вроде долговой нагрузки государств, дефицитов бюджетов и диверсификации резервов. И вот тогда золото сможет снова оказаться под более пристальным вниманием инвесторов»,— отмечает независимый портфельный управляющий по глобальным рынкам Алена Николаева.

Базовый сценарий американского банка предполагает возобновление восходящего тренда во втором полугодии 2026 года. К концу года котировки золота могут достичь отметки $6 тыс. за унцию (рост от текущих уровней на 32,2%), в первом квартале 2027 года они могут достичь отметки $6,2 тыс. (рост на 36,6%) «Временный прорыв ниже 200-дневной скользящей средней (около $4,34 тыс. за унцию) может скорректировать оптимистичные прогнозы, хотя вряд ли вызовет кардинальное изменение рыночного тренда»,— отмечают аналитики банка. При этом рост до $6 тыс., по словам госпожи Николаевой, возможен только при одновременном выполнении нескольких условий, таких как снижение доходностей американских облигаций, ослабление нефтяной инфляционной премии и возвращение инвестиционного спроса со стороны крупных фондов.

В таких условиях интерес к металлу со стороны ЦБ и частных инвесторов останется на повышенном уровне. По данным World Gold Council, в первом квартале центробанки купили 244 тонны золота, что на 17,4% выше покупок в предыдущем квартале и на 3% выше показателя аналогичного периода 2025 года. При этом спрос на слитки и монеты, основными покупателями которых выступают физические лица, вырос на 42%, до 474 тонн, максимума за 13 лет. В денежном выражении спрос составил рекордные $74 млрд. Для сравнения: квартальный спрос за предыдущие пять лет составлял в среднем $23 млрд.

Спрос физлиц на слитки и монеты в ближайшие кварталы сохранится, особенно как элемент диверсификации, считает Алена Николаева. «Такой спрос помогает формировать дно на коррекциях, однако сам по себе не способен вернуть металл в устойчивый восходящий тренд»,— отмечает она. Для полноценного тренда, по мнению эксперта, нужны новые деньги от инвестиционных фондов и институциональных инвесторов. Но пока этот канал спроса остается сдержанным из-за сохраняющихся инфляционных рисков. По данным Emerging Portfolio Fund Research, в мае клиенты золотых ETF вывели в чистом виде $1,2 млрд, а с начала весны — $9,5 млрд.

Дефицит поддержит белые металлы

Сохраняются фундаментальные причины и для роста драгметаллов двойного назначения. К ним ведущий инвестиционный аналитик Go Invest Никита Бредихин относит текущий дефицит металлов, когда спрос превышает объемы добычи и переработки, а также накопленный дефицит с прошлых периодов. По прогнозам World Silver Survey, в 2026 году дефицит добычи серебра составит 4% от совокупного предложения, а накопленный дефицит достигнет 80% от годового предложения.

Похожая ситуация наблюдается и в платиноидах (платина и палладий). По данным Всемирного совета по инвестициям в платину (WPIC), в 2023–2025 годах дефицит платины и палладия составлял 9–12,8% и 6,4–13,2% соответственно от мирового потребления. «Помимо финансового спроса, например, со стороны инвесторов и ETF-фондов, а также ювелирных предприятий, есть значительный промышленный спрос, объемы которого растут со временем и поддерживают дефицит. Из-за того что добыча серебра и палладия осуществляется в большинстве случаев попутным методом при разработке других металлов, например золота, никеля, меди, технически нарастить их добычу сложнее, чем в платине»,— отмечает Никита Бредихин.

Аналитики JP Morgan прогнозируют рост средней цены серебра в четвертом квартале до $90 за унцию, то есть более чем на 19% от текущих уровней. В группе платиноидов эксперты отдают предпочтение платине, в которой они видят больший структурный дефицит. В четвертом квартале JP Morgan допускает рост средней цены платина до уровня $2,4 тыс. (рост на 24,6%).

Ключевую роль в формировании дефицита в краткосрочной перспективе будет играть Китай из-за запуска в ноябре 2025 года торгов металлом на бирже Гуанчжоу, а восполнение нехватки предложения будет обеспечиваться лишь вторичной переработкой металлолома, так как на открытие новых рудников уйдет еще несколько лет. «Рост цен на палладий временно сдерживается снижением цен на российские предложения, но сталкивается с резким снижением спроса на автокатализаторы, поэтому ожидается, что оно будет ниже ($1,6 тыс. за унцию в четвертом квартале 2026 года) и в конечном итоге перейдет к профициту, а макроэкономические шоки станут основным недостатком для обоих»,— отмечают аналитики банка.

Виталий Гайдаев