«Пик глупости» и «долина отчаяния»
Экономисты НИУ ВШЭ предложили объяснение эффекта Даннинга — Крюгера
Эффект Даннинга — Крюгера, который описывает резкий всплеск уверенности в своих силах у новичков и такое же стремительное ее падение при наборе опыта, объясняется особенностями процесса обучения и набора новых знаний. К такому выводу пришел сотрудник факультета экономических наук НИУ ВШЭ Андрей Ворчик вместе с независимым исследователем Муратом Мамышевым.
Фото: iStock
Фото: iStock
Они разработали математическую модель процесса обучения и показали, как формируется и изменяется субъективная уверенность по мере накопления знаний и как преподаватель может уменьшить «долину отчаяния» для ученика.
В 1999 году американские психологи Дэвид Даннинг и Джастин Крюгер показали, что малокомпетентные люди часто переоценивают свои способности. Новички, только осваивающие какую-либо область знаний, могут выносить поспешные суждения из-за самоуверенности. Они быстро достигают так называемого пика глупости. Все мы хорошо знаем диванных аналитиков, отлично разбирающихся в футболе.
Со временем человек осознает собственную некомпетентность, его уверенность резко снижается, и он оказывается в «долине отчаяния». Лишь по мере накопления опыта субъективная оценка знаний начинает соответствовать реальному уровню. Эксперименты показывают, что этот эффект действительно наблюдается в ряде областей, например в политике, но слабее проявляется в сферах, связанных с креативностью.
Ранее психологи выдвигали различные гипотезы о причинах этого эффекта, в том числе связывали его с эмоциями. Сотрудник лаборатории поведенческой экономики и финансов факультета экономических наук НИУ ВШЭ Андрей Ворчик вместе с независимым исследователем Муратом Мамышевым предложили другой подход. Они разработали формальную модель, которая объясняет механизм обучения и показывает, как меняется отношение человека к полноте своих знаний.
Согласно разработанной теоретической модели, каждая область знаний — это ограниченный набор фактов. А ключевым параметром становится осведомленность, то есть количество фактов, о существовании которых человек вообще не знает. Каждый факт характеризуется двумя измерениями: знает ли человек о его существовании и усвоил ли его, то есть может ли самостоятельно его сформулировать. В результате можно выделить четыре типа знания о факте: «неизвестный неизвестный», «известный неизвестный», «известный известный» и «неизвестный известный».
Авторы модели противопоставляют объективную компетентность и субъективную уверенность. Компетентность — это доля усвоенных фактов из всех, относящихся к данной области знания. Уверенность же зависит от осведомленности и рассчитывается как доля «известных известных» среди именно той информации, о которой человек в курсе. Пока человек не знает, насколько велика изучаемая сфера, он основывается на субъективных ощущениях. Например, начинающий игрок в футбол может не знать об офсайдах, поскольку еще не сталкивался с ними, и потому его осведомленность будет ниже. Для него офсайды будут «неизвестными неизвестными».
«В формальном образовании есть оценки и экзамены, которые помогают показать самому студенту, его преподавателю и всем причастным, каков реальный уровень знаний человека. А вот в самообразовании чрезмерная уверенность почти неизбежна просто потому, что рядом нет человека, который мог бы вам объяснить, насколько правильно вы поняли предмет»,— рассказывает Андрей Ворчик, сотрудник факультета экономических наук НИУ ВШЭ.
Ключевой результат применения предложенной модели заключается в том, что авторы показали, как формируется и изменяется уверенность в своих знаниях. На ранних этапах обучения осведомленность низкая. Из-за этого людям кажется, что они быстро изучили главные аспекты нового дела. Например, человек только учится готовить и выучил несколько рецептов. Он считает, что во многом уже разобрался. Но многие важные вещи, например работа с температурой, ему еще не встречались. Для него они остаются «неизвестными неизвестными». Это естественным образом приводит к «пику глупости». Но затем обучающийся начинает замечать множество ранее неизвестных аспектов. Его осведомленность резко расширяется, а из-за оставшегося примерно на одном уровне количества знаний уверенность резко падает. В обучении кулинарии, например, человек понимает, что приготовленное им мясо слишком жесткое, но не знает, как это контролировать. Факты об этом становятся «известными неизвестными». Так он приходит в «долину отчаяния». А на высоких уровнях компетентности субъективная оценка постепенно приближается к реальной.
Избежать эффекта Даннинга — Крюгера непросто.
«Дело в том, что эффект — это когнитивное искажение, и во многих вопросах мы все равно будем испытывать чрезмерную уверенность. Но если вы знаете, что эффект Даннинга — Крюгера существует, и можете в нужный момент о нем вспомнить, то ваши шансы выбраться из ловушки чрезмерной уверенности будут выше. А лучше “смотреть по сторонам” и самому искать встречи с тем, чего пока не знаешь»,— считает Андрей Ворчик.
Модель также показывает, что люди могут попадать в ловушки самоуверенности. Если человек ориентируется на субъективную уверенность как на критерий успеха, он может прекратить обучение на раннем этапе, избегая ситуаций, где его уверенность снижается. Это объясняет, почему в наш век доступности информации по-прежнему так распространено поверхностное знание.
Таким образом, работа показывает, что эффект Даннинга — Крюгера может возникать как естественное следствие процесса обучения, без привлечения дополнительных психологических механизмов. Это открывает возможности для проектирования образовательных программ и инструментов обучения.
«Чрезмерной уверенности можно избежать, если всегда идти чуть дальше и находить что-то непонятное. На мой взгляд, преподавателям не следует слишком сильно упрощать сложные вещи. Стоит говорить о связях между фактами внутри сферы и между разными дисциплинами. Рассказывать о парадоксах и заблуждениях, задавать сложные и, я бы даже сказал, интригующие вопросы. И, конечно, указывать на ошибки. Все для того, чтобы создать у человека ощущение озадаченности, которое так сильно способствует прогрессу в науке и в обучении»,— заключает Андрей Ворчик.