Коротко

Новости

Подробно

Книги за неделю

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 22

Лиза Ъ-Новикова


Одним из немногих событий только что завершившейся весенней книжной ярмарки стало появление на стенде "Большой Российской энциклопедии" пятого тома биографического словаря "Русские писатели. 1800-1917". Словарь не так просто найти в магазинах, но поохотиться за ним стоит. В профессиональной среде "Русские писатели" уже получили наивысшие "пять звездочек". Однако проект рассчитан не только на профессионалов. Действительно, такой великой русской литературе было уже неприлично не обзавестись энциклопедической ревизией собственного прошлого.

Впрочем, составители впустили к классикам довольно разнородную толпу всевозможных сочинителей. В пяти из шести томов — их уже две с половиной тысячи. Бульварные литераторы и духовные писатели, лубочные обработчики и авторы дневников, газетные публицисты и переводчики — все они делали литературную градацию гораздо замысловатее, чем это представляется в наших смутных школьных воспоминаниях.

Тут важна была именно сортировка. А делили писателей по нескольким "категориям": от классика с парадной статьей и несколькими портретами — до скромнейшего сочинителя. Автор словарной заметки о котором и есть его же единственный на сегодняшний день читатель. Ноу-хау словаря в том, что на изучение биографии того самого скромнейшего "клиента" могло уйти столько же сил и времени, сколько и на классика. А значит, и читать про таких персонажей будет не менее интересно. К примеру — про поэтессу Пучкову, которую Пушкин высмеивал в эпиграммах, или про писателя Ротчева, которого еще один герой пятого тома, Сергей Соболевский, рифмовал с "прочего", но который отнюдь не был такой уж маргинальной фигурой.

В результате под строгим коричневым словарным переплетом обнаруживаем сложный механизм вроде одоевского "городка в табакерке". Чтобы у великой русской литературы получился общий красивый "динь-динь", оказываются нужны и разнокалиберные мальчики-колокольчики с их давно позабытыми развлекательными романами, критическими рецензиями или путевыми заметками, и дядьки-молоточки, и господин Валик, и царевна Пружинка. Кстати, именно в пятом томе алфавитная очередь наконец дошла до этой самой главной "пружины" нашей литературы: авторами пушкинской статьи, наиболее объемной во всем томе, стали Сергей Бочаров и Ирина Сурат. По соседству с "нашим всем" — Александр Полежаев, Василий Розанов, Пантелеймон Романов, Михаил Салтыков-Щедрин, Константин Случевский, Владимир Соловьев.

Как выяснилось, проект не менее хрупок, чем "городок в табакерке". Пятый том вышел лишь спустя восемь лет после четвертого. Пружинку то и дело прижимали: редакцию распускали, обещанные после коллективных писем и телефонных разговоров между Солженицыным и Путиным суммы терялись по дороге. Работу над заключительными томами, которой руководит сейчас филолог и критик Михаил Эдельштейн, тоже нельзя назвать спокойной и размеренной. А ведь в алфавитном "хвосте" еще — Толстые, Тургеневы, Фет и Чехов. Видимо, без помощи не обойтись: "Иначе,— как предупреждал папенька,— все изломается".

Русские писатели. 1800-1917. Биографический словарь. Т. 5 (П-С). М.: БРЭ, 2007


Комментарии
Профиль пользователя