По всей строгости Джоконды

Министерство культуры Франции назвало победителей конкурса на реконструкцию Лувра. Среди участвовавших в соревновании архитектурных бюро выбор пал на не столь известные Studios Architecture Paris и Selldorf Architects. Рассказывает корреспондент “Ъ” во Франции Алексей Тарханов.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Для подготовки проекта «Лувр — новое возрождение», в январе 2025 года запущенного Эмманюэлем Макроном, выбрали совместную работу Studios Architecture Paris, Selldorf Architects и ландшафтных архитекторов BASE. Им предстоит перестроить самый посещаемый музей мира, придумать ему новый вход, вернуть связь с городом и одновременно решить проблему 9 млн посетителей, которые давно перестали помещаться под стеклянной пирамидой Йо Мин Пэя, рассчитанной когда-то на 4 млн.

Французское Министерство культуры подвело итог только сейчас, на три месяца позже обещанного, жюри заседало долго и в обстановке полной секретности. Первоначально намеченное на февраль заседание конкурсного жюри было перенесено, и заговорили даже о том, что конкурс может быть отменен, да и весь проект подвешен. Многие обстоятельства затруднили продвижение проекта. Работу задержали отставка президента музея Лоранс де Кар и назначение на ее место Кристофа Лерибо.

Незадолго до объявления победителей Счетная палата Франции опубликовала доклад, где стоимость проекта оценивается уже более чем в миллиард евро. Причем речь идет только о новой инфраструктуре и реконструкции.

Репутационный удар нанесло и ограбление 19 октября 2025 года. После него крупные частные меценаты, на которых рассчитывали организаторы проекта, заметно охладели к идее финансировать новый Лувр. Еще год назад прежний директор музея Лоранс де Кар говорила о возможной поддержке со стороны Лувра Абу-Даби и американских коллекционеров. Теперь таких заявлений почти не слышно.

Архитекторы-победители обнародовали лишь несколько видов проекта, планы и документация пока закрыты для публики. Главная перспектива показывает, как музей продолжит городскую ось, направленную через пирамиду Пэя и арку Каррузель к Триумфальной арке. Предстоит открыть новый вход со стороны церкви Сен-Жермен-л’Осерруа напротив восточного фасада Лувра. Это место долгие годы существовало почти как задворки музея, хотя колоннада Клода Перро — один из важнейших памятников французского классицизма XVII века.

Посетители будут спускаться в музей по двум пологим рампам вроде тех, что венчают сад Тюильри у площади Согласия. Архитекторы обещают больше открытого пространства, зелени и света. Под землей разместятся музейные магазины, рестораны и новое пространство проекта — отдельный зал площадью 3 тыс. кв. м специально для экспонирования «Джоконды».

«Джоконда» давно стала благословением и проклятием Лувра. 95% посетителей приходят сюда только ради нее, а сама картина давно из произведения искусства превратилась в объект паломничества.

Новый проект фактически создает для нее собственный музей внутри музея. Во Франции это обсуждают почти как капитуляцию перед массовым туризмом, но другого решения, похоже, уже нет.

Studios Architecture — международное бюро с офисами в Париже, Нью-Йорке, Сан-Франциско и Торонто, известное скорее корпоративной архитектурой и кампусами, чем музеями. Но именно они работали вместе с Фрэнком Гери над Fondation Louis Vuitton в Париже и зданием фонда LUMA в Арле. Их соавтор Аннабель Селлдорф — одна из самых влиятельных музейных архитекторов последних лет. Немка, давно работающая в Нью-Йорке, прославилась почти аскетической элегантностью своих реконструкций. Бюро Селлдорф обновляло Frick Collection, расширяло Clark Art Institute и проектировало новое крыло Национальной галереи в Лондоне. Она умеет делать архитектуру, которая не кричит, а убеждает.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Именно это, похоже, и понравилось жюри. В официальной формулировке хвалят «качество архитектурного предложения и его интеграцию в исторический, городской и ландшафтный контекст». Сегодня это главный комплимент, который можно сделать архитектору во Франции. После десятилетий архитектурного эго и музеев-скульптур здесь снова ценят осторожность, уважение к городу и почти музейную скромность.

Среди проигравших оказались настоящие звезды: нью-йоркское бюро Diller Scofidio + Renfro, британка Аманда Левете, японские бюро SANAA и Sou Fujimoto, японец Со Фудзимото. Однако победил не эффектный жест, а архитектура почти невидимая. Возможно, эпоха музейных зданий, которые хотят быть знаменитее своих коллекций, действительно заканчивается.

Эмманюэль Макрон явно надеется оставить после себя культурное наследие такого же масштаба, каким для Жоржа Помпиду и Валери Жискар д’Эстена стал Центр Помпиду, для Франсуа Миттерана — пирамида Лувра или Национальная библиотека, а для Жака Ширака — музей на набережной Бранли.

Он, вероятно, еще успеет заложить первый камень, но, если не произойдет серьезных срывов, работы начнутся в 2029 году при его преемнике. Завершение проекта намечено на 2033 год.

Вокруг нового Лувра споры только начинаются. Во Франции говорят о «мегаломании» Макрона, о слишком дорогом проекте в эпоху кризисов и войн, о превращении музея в «туристическую машину». Но именно такие конфликты всегда сопровождали большие французские стройки. Когда в 1980-е Йо Мин Пэй предложил стеклянную пирамиду посреди старого дворца, французы были в ужасе. Сегодня без нее невозможно представить ни Лувр, ни Париж.

Фотогалерея

Что украли из Лувра

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Предыдущая фотография

Следующая фотография

1 / 7

Диадема и ожерелье из парюры королевы Гортензии
Парюра, для которой были использованы цейлонские сапфиры природной окраски, была создана неизвестным мастером в 1-й трети XIX века, предположительно для дочери императрицы Жозефины, королевы Голландии Гортензии Богарне. Диадема украшена 24 сапфирами (10 мелких и 14 крупных) и 1083 бриллиантами. Ожерелье состоит из 8 подвижно закрепленных сапфиров разного размера и 631 бриллианта

Фото: STEPHANE DE SAKUTIN / AFP

Серьга (одна из пары) из парюры королевы Гортензии (на фото: слева и справа)
Украшена двумя сапфирами (круглым и каплевидным) и 59 бриллиантами

Фото: Department of Decorative Arts of the Louvre

Корона императрицы Евгении, супруги Наполеона III.
Была найдена сломанной рядом с музеем после ограбления. Корона изготовлена в XIX веке, украшена золотыми орлами, 1354 бриллиантами и 56 изумрудами

Фото: Maeva Destombes / Hans Lucas / AFP

Брошь-реликварий императрицы Евгении
Создана ювелиром Полем-Альфредом Бапстом в 1855 году. Изделие из золота украшено 92 бриллиантами, включая два солитера «Мазарини» с камзола Людовика XIV

Фото: Department of Decorative Arts of the Louvre

Ожерелье и серьги из парюры императрицы Марии-ЛуизыИзумрудная парюра, состоящая из диадемы, ожерелья, пары серег и гребня для волос, была изготовлена ювелиром Франсуа-Реньо Нито (1779–1853) по заказу Наполеона. Преподнесена императором своей невесте Марие-Луизе Австрийской в марте 1810 года, незадолго до свадьбы. В отличие от других украшений, бывших собственностью короны, парюра была личной собственностью императрицы. Ожерелье состоит из 32 изумрудов, включая 10 грушевидных, и 1138 бриллиантов, из которых 874 бриллиантовой огранки и 264 огранки «роза». Центральный изумруд овальной формы весом в 13,75 карата имеет восьмигранную огранку

Фото: STEPHANE DE SAKUTIN / AFP

Тиара императрицы Евгении
Создана в Париже вскоре после женитьбы Наполеона III на Евгении Монтихо в 1853 году. Сделана из позолоченного серебра и украшена 212 жемчужинами, включая 17 грушевидных, 1998 бриллиантами и 992 алмазами

Фото: Maeva Destombes / Hans Lucas / AFP

Большой бант для корсажа императрицы Евгении
Брошь в виде банта с двумя длинными кисточками украшают 2438 бриллиантов и 196 камней огранки «роза». Около 1864 года брошь была переделана из пояса, созданного ювелиром Франсуа Крамером в 1855 году. Этот пояс императрица надевала 25 августа 1855 года в Версале, на приеме в честь визита королевы Виктории

Фото: Department of Decorative Arts of the Louvre

Смотреть