Книги бы делать из этих людей

Вояка, лгун, диагноз

Карл Фридрих Иероним фон Мюнхгаузен (1720–1797) — вполне реальный человек. К тому же необыкновенно тесно связанный с Россией.

В 15 лет юноша из хорошей семьи стал пажом герцога Брауншвейгского, а через два года уехал в Россию в свите его сына, принца Антона Ульриха, будущего мужа императрицы Анны Леопольдовны. Тут он почти сразу же оказался на войне с Турцией: принц Антон Ульрих штурмовал Очаков, паж был с ним. После войны Карл записался в кирасирский полк в Риге. Карьера его обещала быть блестящей. Но ситуация поменялась.

В 1741 году «Брауншвейгское семейство» было свергнуто дочерью Петра I Елизаветой. Самого Карла не тронули, но на службе он застрял в звании поручика. В 1750-м умерли его братья, Карл взял отпуск, уехал домой улаживать дела и в Россию не вернулся.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

На родине он стал весьма популярен. Он любил принимать гостей и травил анекдоты о России. Он рассказывал, что волки там такие огромные, что один может съесть целую лошадь с санями, а морозы такие лютые, что слова застывают зимой и оттаивают только весной.

Одним из гостей барона был некий Рудольф Эрих Распэ. Хранитель библиотеки и драгоценностей некоего герцога, он залез в долги, начал воровать то, за чем был приставлен следить, а потом бежал в Англию.

Там, решив подзаработать, он выпустил сборник рассказов барона. Распэ записал то, что запомнил, безбожно все переврав, а то, что не запомнил, придумал. Книгу «Рассказы барона Мюнхгаузена о его невероятных путешествиях и кампаниях в России» он выпустил анонимно, опасаясь возможных исков со стороны барона. Через год в Германии вышел немецкий перевод, еще более невероятный и фантастический. Именно эта книга стала канонической.

Остаток жизни опозоренный барон (у его замка постоянно слонялись зеваки, глазевшие на жилище «самого лживого человека в мире») провел в судах и попытках отыскать автора злосчастной книги. Распэ же так и не узнал, что создал мировой шедевр. Он изучил горное дело в Британии, работал инженером на шахтах и умер в Ирландии в 1794 году, раньше своего героя на три года. Только в середине XIX века его авторство было официально установлено.

А в 1951 году один лондонский психиатр описал заболевание, при котором пациент намеренно имитирует, преувеличивает и даже искусственно вызывает у себя симптомы недугов, часто меняя врачей и соглашаясь на самые болезненные и неприятные обследования и процедуры. Тяжелое психическое отклонение, связанное не с корыстными мотивами, а со стремлением оказаться в центре внимания семьи, друзей, врачей, он назвал «синдромом Мюнхгаузена».

Сапожник и «черный дьявол»

У блестящего, благородного и невообразимо коварного графа Монте-Кристо было сразу два прототипа. Один — блестящий и благородный. Другой — невообразимо коварный.

Первый — это Тома-Александр Дюма, отец автора романа. Дюма-дед родился в 1762 году на острове Гаити. Его отцом был маркиз Александр Антуан Дави де ла Пайтери. Аристократу было 24 года, когда, устав от стычек с родственниками, он бежал на Гаити и заделался там плантатором. Чтобы не позорить родовое имя, он назвался Антуаном Делилем. Молодой человек влюбился в собственную рабыню. Первым ребенком (из четырех) и стал отец будущего писателя — Тома-Александр.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

В 1775 году горячо любимая подруга маркиза и мать его детей умерла. Маркиз решил вернуться во Францию. Чтобы купить билет на родину, он продал своих детей в рабство. С правом выкупа: на родине его ждало крупное наследство. Получив во Франции состояние, он, однако, перевез домой только старшего сына.

Когда тому исполнилось 24 года, маркиз решил жениться на своей экономке. А чтобы ее обеспечить, урезал содержание сына. Последовал страшный скандал.

Юноша взял фамилию матери и записался в гвардейский полк. Больше с отцом они не увидятся.

В армию Дюма-дед попал в 1786 году и за семь лет проделал путь от рядового до генерала. В 31 год он командовал армией. Его прозвали «Черным дьяволом». За цвет кожи и невероятную силу и выносливость. Ростом он был 190 см. Сидя верхом на лошади он, ухватившись за балку, поднимал ее скрещенными ногами (куда уж там барону Мюнхгаузену!).

Он был идеалистом-республиканцем. Когда Бонапарт взялся насаждать диктатуру, то в лице генерала Дюма он встретил яростного критика. И не простил этого. В 1799 году генерал попадает в плен в Италии, и Наполеон ничего не делает, чтобы его спасти.

В 1801 году Дюма-дед возвращается все же на родину на общих для всех военнопленных основаниях — после заключения мирного соглашения. Он ослеп на один глаз, оглох на одно ухо, не может передвигаться самостоятельно. От Наполеона он не получает ни су за два года пленения, к тому же отправлен в отставку без пенсии. Это, кажется, стало главной детской травмой его сына. Герой, томившийся в застенках и наказанный властями. Чем не Эдмон Дантес?

Второго прототипа графа Монте-Кристо звали Франсуа Пико. Он был обычным парижским сапожником, влюбленным в красавицу по имени Маргарита Вигору. У него был друг-трактирщик, также влюбленный в Маргариту. В 1807 году друг с тремя приятелями отправил донос, в котором назвал Франсуа английским шпионом. И тот оказался на семь лет в тюрьме в крепости Фенестрелль.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Дальше все тоже по книге. В крепости он ухаживает за священником, тот перед смертью рассказывает ему о спрятанном богатстве. В 1814 году, после падения империи, Франсуа освобождают. Он находит и прибирает к рукам сокровища и начинает мстить.

Дольше всего он издевается над трактирщиком. Сжигает трактир, дочь доводит до позора, сына — до тюрьмы. Самого его в итоге убивает, как и двух других доносчиков.

Оставшийся в живых доносчик Антуан Аллю понимает, что его друзья — жертвы мести Пико, находит его и убивает. А в 1828 году, на смертном одре, он заставил своего священника записать полное свое признание в преступлении и всю историю самого Пико. Священник отправил ее в парижскую полицию, где она и осела в архиве. Только в 1844 году ее находит Александр Дюма. Он превращает Пико и своего отца в Эдмона Дантеса. Или графа Монте-Кристо.

Хирург, криминалист, поэт

Доктор Джозеф Белл остался в истории лишь прообразом Шерлока Холмса. И это печально, ведь в свое время он был одним из самых известных врачей Британии.

Белл родился в 1837 году в Эдинбурге в семье потомственных врачей. Достаточно сказать, что его прадед Бенджамин Белл был автором учебника «Система хирургии», первого всеобъемлющего труда, собравшего в шести томах все, что к тому времени (книга выходила между 1783 и 1788 годами) было известно хирургам.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Сам Джозеф Белл был профессором Эдинбургского университета (там с ним в 1877 году и познакомился 18-летний студент Артур Конан Дойль). С начала 1880-х и до конца ее царствования в 1901 году, Белл был личным врачом королевы Виктории (не постоянно, а только во время ее ежегодного отдыха в Шотландии). Наконец с середины 1870-х он был научным консультантом полиции. В частности, он помогал Скотланд-Ярду в поисках Джека Потрошителя в 1888 году. Его считают одним из основателей судебной медицины и криминалистики. По мельчайшим следам на месте преступления он много раз помогал полиции установить личность преступника.

Свои лекции в университете профессор Белл превращал в шоу. И не потому, что, как многие коллеги, приглашал на них наглядные пособия — пациентов. А потому, что он о них рассказывал, не будучи с ними знакомым и видя их впервые в жизни. Он, к примеру, мог начать разговор о человеке так: «Джентльмены, перед собой вы видите артиллериста. Он служил на Ямайке. Сейчас он в трауре». И когда его просили объяснить догадки, он указывал, что, войдя в помещение, человек по армейской привычке не снял головной убор, что у него походка, характерная для артиллериста, что цвет его кожи выдает человека, долгое время пробывшего в Вест-Индии и, наконец, на траурную повязку на руке.

Эту театральность, а также внешность доктора Белла и его энергичные, порывистые движения Конан Дойль передал своему персонажу. А вот характер его изменил. В отличие от холодного и сдержанного Холмса Белл был добрым человеком, открытым и с прекрасным чувством юмора, любил поэзию (не музыку). А его дом на Мелвилл-Кресент всегда был полон гостей. Одиночество он не любил, а после смерти жены, с которой состоял в браке девять лет, и вовсе не переносил.

Доктор Белл застал появление Шерлока Холмса. К своей роли прототипа доктор Белл относился почтительно. Ему это невероятно льстило.

Правда, он не уставал говорить, что Холмс у Конан Дойля уж очень сдержан. «Надеюсь, люди, которые меня знают, видят другую, лучшую сторону меня, чем ту, на которую обратил внимание Дойль»,— заметил он как-то в интервью.

То, что Холмс так часто проводит химические опыты,— заслуга доктора Белла. Он настаивал на том, чтобы автор показывал важность химии в криминалистике. Он даже предлагал готовые сюжеты рассказов. Одним Конан Дойль не воспользовался, посчитав слишком запутанным для массового читателя. Другую идею доктора Белла он воплотил. Как-то тот обмолвился, что преступный мир не состоит сплошь из дураков, что Холмсу не помешало бы скрестить шпаги с человеком, равным ему по интеллекту. Так появился профессор Мориарти.

После того как сам Конан Дойль назвал его прообразом великого сыщика, доктор Белл стал знаменитостью. Но он продолжал оперировать и преподавать почти до конца жизни. А свободное время предпочитал проводить за городом, в собственном поместье, где разводил пчел и писал стихи.

Он умер 4 октября 1911 года в возрасте 73 лет. Лучшей эпитафией ему могли бы стать слова Артура Конан Дойля, сказанные о наставнике и друге вскоре после его смерти: «Он был человеком, который открыл мне глаза на то, как много можно увидеть, если просто научиться смотреть».

Моряк, многоженец, пират

Главным и общеизвестным прообразом Робинзона Крузо, англичанина, проведшего долгие годы на необитаемом острове, был шотландец Александр Селькирк.

Родился он в деревушке Нижнее Ларго в графстве Файф в 1676 году. Если бы не взрывной характер, он бы, скорее всего, прожил в ней всю жизнь, мирную, скучную и вполне благополучную. Но после драки в местном кабаке 19-летний кожевенник Александр Селькирк бежал из деревни, спасаясь от суда. И, как это было принято тогда в подобных обстоятельствах, стал моряком. В открытом море вопросов не задавали.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Несколько лет он служил на торговых судах, а потом стал капером, лицензированным пиратом на королевской службе. Он служил штурманом на 130-тонной галере Cinque Ports. Шел 1703 год. Англия участвовала в Войне за испанское наследство. Пирату и мореплавателю Уильяму Дэмпиру приказали идти к испанским колониям в Южной Америке и заняться тем, что он хорошо умел,— грабежами и убийствами. А еще нападать на галеоны, перевозившие из колоний в Испанию золото. Одним из кораблей Дэмпира в этой экспедиции как раз и была Cinque Ports. А Селькирк был там занозой для командира корабля — некоего Томаса Страдлинга. Он постоянно с ним спорил при младших чинах, а самое главное — он везде и всегда рассказывал о том, как капитан Страдлинг довел корабль до состояния, когда он может в любой момент пойти ко дну.

Во время стоянки у необитаемого острова Мас-а-Тьерра в 1704 году Селькирк решил, что больше он не собирается ждать, когда утонет вместе со всеми, и потребовал, чтобы его высадили на берег.

Капитан с радостью согласился. На берег штурмана высадили с некоторым запасом питания, фунтом пороха, мушкетом, ножом, небольшим количеством табаку, Библией и котелком. Да, были еще гамак и топор.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

О своем решении Селькирк пожалел немедленно. Говорят, он умолял матросов отплывающей шлюпки вернуться. Но капитан, довольный тем, что ему удалось избавиться от строптивого штурмана, запретил это делать. Кстати, Селькирк был прав: корабль действительно вскоре пошел ко дну, а те из моряков, которым удалось спастись, в том числе и капитан, оказались на долгие годы в испанском плену.

Что же до самого Селькирка, то он пробыл на острове четыре года. Первые месяцы он спал прямо на берегу океана, боясь пропустить проходящий мимо корабль. Кроме того, его пугали звуки, раздававшиеся из джунглей. Вглубь острова его загнали морские львы: они вылезли на берег для брачных игр и были уж очень агрессивны.

Он научился охотиться без пороха, добывать огонь без спичек, сносно готовить то, что ловил (а ловил он в основном коз на суше и лангустов в море). 2 февраля 1709 года к острову подошли два английских каперских корабля. С них заметили огни на берегу — Селькирк так привлекал их внимание.

Высадившихся моряков встретил полубезумный человек в козьих шкурах. Он почти разучился говорить, махал им каким-то грязным белым флагом и все время приплясывал. К его счастью, на борту был тот, кто знал его лично,— Уильям Дэмпир. Он сильно сдал, его первая экспедиция закончилась провалом, так что в этот раз он был уже просто штурманом. Дэмпир поручился за островитянина, и того приняли на борт.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

На родину Селькирк вернулся в 1711 году знаменитым. Его историю передавали из уст в уста. Не удивительно, что ею заинтересовался журналист Даниэль Дефо. Его карьера шла на спад, ему нужны были деньги. Кроме того, ему было что сказать и в защиту британского колониализма, и о силе человеческого разума, и о вере. История Александра Селькирка для этого подходила.

У Робинзона Крузо были и другие прототипы. Например, Роберт Нокс провел более 20 лет в плену на Цейлоне. Не необитаемый остров, но все же.

Дефо знал его лично и передал своему герою его образ человека не опустившегося, сохранившего цивилизованный облик и оставшегося англичанином даже после 20 лет в тропиках.

Были и другие. Тем не менее Селькирка признают главным. Тот остров, на котором он пробыл в одиночестве четыре года, теперь называется островом Робинзона Крузо. Сам же Селькирк так и не смог адаптироваться к обычной жизни, хотя и добрался с острова на родину богатым человеком — по пути он участвовал в пиратских операциях спасших его каперов, и его доля составила £800 (примерно £160 тыс. в нынешних деньгах). Некоторое время он жил в Лондоне, потом уехал в Шотландию. У него снова появились проблемы с законом (на этот раз его обвиняли не только в драках, но и в двоеженстве). Он снова записался на флот и умер в море в возрасте 45 лет 13 декабря 1721 года. Его тело было зашито в парусину и сброшено в воду. Впрочем, к этому времени Дефо уже опубликовал свой роман, сделавший Селькирка бессмертным.

Богач, бедняк

Макс фон Герлах в 1920-е был соседом, другом и персональным бутлегером Фрэнсиса Скотта Фитцджеральда. С него Фитцджеральд списал своего Великого Джея Гэтсби.

Макс фон Герлах был известен всему Нью-Йорку. Племянник военачальника генерала Джона Першинга, несметно богатый тусовщик, закатывавший роскошные приемы в своем особняке в Грейт-Нек на Лонг-Айленде. Родственник германской императорской семьи Гогенцоллернов. А еще блестящий выпускник Оксфорда, который поддерживал свое богатство бутлегерством — контрабандой и незаконной продажей алкоголя.

У него, впрочем, была тайна, которую он тщательно скрывал от окружающих, в том числе и своего друга-писателя. Тайна заключалась в том, что все, что говорил о себе фон Герлах, было выдумкой.

Он родился в Германии, переехал в США в возрасте девяти лет. Разумеется, не имел никаких родственных связей ни с Першингом, ни с Гогенцоллернами. Во время Первой мировой он служил в армии и получил звание капитана, которым очень гордился. С введением «сухого закона» он заделался бутлегером и быстро разбогател. Он владел целой сетью нелегальных баров в Нью-Йорке. Богатство и открыло ему двери в высшее общество.

Ничего этого, надо сказать, Фитцджеральд не знал. Тем более удивительно, что в «Великом Гэтсби» он вывел сына бедного фермера из Северной Дакоты, придумавшего себе новую родословную, учебу в престижном университете и описал еще массу черт в герое, о которых, казалось, ничего не мог знать, общаясь с прототипом. Эксперты и исследователи творчества Фитцджеральда до сих пор ломают голову над тем, как ему это удалось.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Предыдущая фотография

Следующая фотография

1 / 2

Фрэнсис Скотт Фитцджеральд оказался настолько прозорлив, что, не зная всей истории, почти в точности рассказал ее в своем романе

Фото: AP / File

Впервые Америка увидела Джея Гэтсби в немом фильме 1926 года

Фото: Paramount Pictures

После выхода «Великого Гэтсби» писатель и прототип главного героя не общались. Но вовсе не потому, что Герлах обиделся. Фитцджеральд переехал в Европу, потом вернулся в США, но уже на западное побережье. Герлах же продолжал жить в Нью-Йорке. Писатель умер в 1940 году, будучи к тому времени уже хроническим алкоголиком. Герлах пережил отмену «сухого закона», но совершенно опустился, пытался даже покончить жизнь самоубийством, остался жив, но потерял зрение. Он пытался привлечь внимание к себе тем, что именно он — настоящий Великий Гэтсби, однако окружающие и даже исследователи творчества Фитцджеральда от него отмахивались. Герлах умер в 1958 году в Нью-Йорке.

О том, что он прототип Джея Гэтсби, в 1940-х годах говорила жена Фитцджеральда Зельда. Она прямо называла его имя. А потом исследователи нашли открытку, которую как-то Герлах отправил другу. В ней он называл писателя Old Sport («старина»). А ведь это едва ли не самая узнаваемая фраза Гэтсби.

При этом Герлах так хорошо скрыл свое прошлое, что исследователи только в XXI веке выяснили его настоящие германские корни и всю его настоящую биографию.