«Фактор экономического сдерживания»

Речная система Инда включает шесть крупных рек (Инд, Чинаб, Джелам, Рави, Биас и Сатледж), проходящих по территориям Индии и Пакистана. После раздела Британской Индии в 1947 году была разделена и эта система. Индия, как верхнее прибрежное государство, контролировала истоки большинства рек, тогда как сельскохозяйственные районы Пакистана, прежде всего Пенджаб, зависели от водных потоков с востока. Несмотря на собственные потребности, 19 сентября 1960 года Индия заключила с Пакистаном Договор о водах Инда при содействии Всемирного банка.

Переговоры с самого начала проходили в условиях асимметрии. Индия занимала конструктивную позицию, тогда как Пакистан выдвигал максималистские требования и затягивал процесс. Предложение Всемирного банка от 5 февраля 1954 года уже предусматривало значительные уступки Индии, включая отказ от ряда проектов на верховьях Инда и Чинаба. Индия почти сразу приняла его, стремясь к быстрому урегулированию, но Пакистан откладывал согласие почти пять лет, до 22 декабря 1958 года. В результате основные ограничения были возложены на Индию, тогда как Пакистан продолжал осваивать западные реки без сопоставимых обязательств.

По условиям Договора Индия получила права на три восточные реки: Сатледж, Биас и Рави, а Пакистан — на три западные реки: Инд, Чинаб и Джелам. Западные реки составляют около 135 млн акр-футов годового стока, восточные — около 33 млн акр-футов. Пакистан получил примерно 80% вод системы, а Индия — около 20%. Индии были разрешены лишь ограниченные нерасходные виды использования западных рек, главным образом для русловой гидроэнергетики, при строгих технических условиях. Фактически Индия получила не новый ресурс, а признание доступа к потокам, которыми уже пользовалась, в обмен на отказ от претензий на гораздо большую западную часть системы.

Финансовая часть соглашения также показательна. Индия согласилась выплатить около 62 млн фунтов стерлингов, что в современных оценках составляет приблизительно $2,5 млрд, для строительства водной инфраструктуры в интересах Пакистана. Тем самым Индия, уже уступившая большую часть водной системы, дополнительно профинансировала инфраструктуру нижнего прибрежного государства и фактически субсидировала соглашение, и без того крайне выгодное Пакистану.

Структурная несправедливость Договора проявляется в односторонних ограничениях. Индия сталкивается с лимитами на площади орошения, объемы хранения воды и параметры гидроэнергетических объектов на западных реках. Эти требования действуют только в отношении Индии и не сопровождаются сопоставимыми обязательствами Пакистана. В результате Договор ограничивает верхнее прибрежное государство, тогда как нижнее получает гарантированные водные потоки.

Пакистан систематически использовал механизмы разрешения споров как инструмент задержки индийских проектов. Почти каждый значимый гидроэнергетический проект Индии на западных реках, включая Баглихар, Кишенгангу, Пакал-Дул и Тулбул, сталкивался с возражениями, техническими претензиями или арбитражем. При этом Пакистан иногда признавал пользу таких проектов для регулирования стока, но все равно им противодействовал. Это показывает, что речь идет не столько о соблюдении Договора, сколько о сдерживании развития Джамму и Кашмира. Одновременно Пакистан продвигал на международной арене нарратив о якобы возможной «водной агрессии» Индии, хотя Индия строго соблюдала Договор во время войн 1965 и 1971 годов, Каргильского конфликта 1999 года и в последующие периоды.

Последствия для Индии значительны. Районы Раджастхана и части Пенджаба, которые могли бы получить орошение, остались засушливыми или зависимыми от более дорогих источников воды. Особенно серьезно пострадал Джамму и Кашмир, обладающий огромным, но во многом неиспользованным гидроэнергетическим потенциалом. Его развитие ограничивается положениями Договора, возражениями Пакистана и риском длительных процедур урегулирования споров. Поэтому Договор все чаще воспринимается не как механизм взаимной выгоды, а как фактор экономического сдерживания.

Договор задумывался как инструмент наиболее полного использования вод системы Инда в духе доброй воли и дружбы. Однако этот контекст более не существует. Пакистан не может нарушать базовые нормы межгосударственного поведения и одновременно требовать от Индии безусловного соблюдения соглашения, которое непропорционально выгодно именно ему.

Договор о водах Инда часто называют достижением международной дипломатии, однако такая оценка игнорирует его реальное содержание. Индия уступила около 80% водной системы, выплатила значительную компенсацию, согласилась на односторонние ограничения и соблюдала Договор в течение шестидесяти пяти лет. В ответ она получила механизм, используемый Пакистаном для блокирования развития, и международный нарратив о «водной угрозе» без фактических оснований. Действия Индии направлены на защиту ее законных интересов в бассейне Инда.

Генеральное консульство Индии в Санкт-Петербурге