Кредитора вычислили по IP

Обанкротившийся владелец крупного дорожного предприятия в Тамбовской области Анатолий Струков избежал включения в реестр кредиторов требований от своего столичного контрагента Алексея Соловьева на 1,72 млрд руб. Эпизод банкротства выделился неординарным подходом к доказанию аффилированности лиц. Суд признал фиктивной сделку по продаже векселей, которая послужила предметом спора. В частности, арбитраж установил связь господ Струкова и Соловьева при помощи анализа метаданных документов поданных их представителями. Юристы предполагают, что речь шла о попытке установить контроль над процедурой банкротства за счет «дружественного кредитора», и указывают на редкую для подобных споров активную позицию суда

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Арбитражный суд Тамбовской области не включил в реестр требований кредиторов обанкротившегося владельца местного дорожного предприятия ООО «Автодор-Тамбов» Анатолия Струкова требования столичного бизнесмена Алексея Соловьева на 1,72 млрд руб. Производство по заявлению господина Соловьева было прекращено после того, как тот отказался от включения своих требований в реестр. При этом сделка, послужившая предметом спора, была признана судом ничтожной. Это следует из картотеки арбитражных дел.

Претензии господина Соловьева к бизнесмену возникли по договору купли-продажи векселей ЗАО «Китон 21 век», заключенного в ноябре 2022 года. Кредитор указал в заявлении, что передал господину Струкову ценные бумаги на 1,64 млрд руб., после чего дорожник якобы их не оплатил. Оставшуюся часть требований составила неустойка. Однако финансовый управляющий банкрота заявил, что сделка носила фиктивный характер и была создана искусственно чтобы сформировать подконтрольного кредитора.

«Заявленное требование Алексея Соловьева представляет собой не самостоятельное притязание кредитора, а спланированный элемент единого плана, инициированного и контролируемого представителем Анатолия Струкова в его интересах

Это является злоупотреблением правом и грубым нарушением принципов конкурсного права»,— отмечал финансовый управляющий.

Как указал финансовый управляющий, на торгах ранее уже пытались продавать векселя «Китон 21 век» номиналом 10,9 млн руб., но их никто не купил. При этом господин Соловьев утверждал, что ценные бумаги обеспечены активами стоимостью 500 трлн руб. Речь шла о залежах фосфоритов и техногенных отходах.

Тамбовский арбитраж отметил, что уставный капитал «Китон 21 век» составляет всего 8,4 тыс. руб. и что общество фактически не вело хозяйственной деятельности. Также векселя были датированы 2007 годом, в то время как компания, которой они были выданы, появилась позже — в 2009-м.

Кроме того, суд установил признаки аффилированности между господами Струковым и Соловьевым: процессуальные документы от имени их представителей, по данным суда, изготавливал один и тот же человек — Альбина Прокошина, а метаданные файлов совпадали.

В результате арбитраж признал договор купли-продажи ценных бумаг, на котором основывались требования Алексея Соловьева, недействительным как фиктивную сделку.

Анатолий Струков не пожелал комментировать «Ъ-Черноземье» решение суда.

«Промсвязьбанк» потребовал признать Анатолия Струкова банкротом в августе 2024 года. В начале марта 2025 года в отношении бизнесмена была введена процедура реструктуризации долгов. В середине июня должника признали банкротом и ввели процедуру реализации имущества. Ближайшее заседание по делу назначено на 12 мая.

Также в октябре прошлого года банкротом признали компанию господина Струкова — ООО «Автодор-Тамбов» по иску тамбовского ООО «Сервисагро». Конкурсное производство в отношении фирмы в марте продлили до 29 сентября 2026 года.

Управляющий партнер юридической компании Nerra Руслан Губайдулин отмечает, что поведение кредитора в ходе процесса не является «классическим»: «В данном случае финансовый управляющий и другие кредиторы начали активно проверять, что собой представляет кредитор и его требование. В тексте определения суд упоминает проверку метаданных документов и IP-адресов. Иными словами, отказ кредитора от требования в судебном порядке — это тактическое отступление чтобы выйти из процесса, который принял опасный оборот»,— пояснил эксперт.

Арбитражный управляющий Виталий Нерезов считает, что случай с требованиями к тамбовскому дорожнику «является примером того, как суды сегодня пресекают попытки установления контроля над процедурой банкротства с использованием фиктивных вексельных схем»:

«Несмотря на то, что кредитор отказался от требования на сумму свыше 1,7 млрд руб., суд не остановился и признал саму сделку купли-продажи ценных бумаг недействительной, защитив тем самым интересы других кредиторов.

Заявление кредитора о включении в реестр требования на сумму свыше 1,7 млрд руб. — явление нечастое, а последующий отказ от него на фоне активной проверки суда — тем более».

Адвокат Данил Бухарин предполагает, что жесткая позиция суда фактически и подтолкнула столичного предпринимателя отказаться от своих требований.

«Это дело вполне можно рассматривать как показательный пример попытки получить контроль над банкротством через "дружественного" кредитора, которая не была реализована именно благодаря активной процессуальной позиции суда и возражениям других участников процедуры»,— сказал юрист.

Партнер фирмы «Рустам Курмаев и партнеры» Олег Пермяков добавляет, что в юридической практике крупные требования нередко используются для того, чтобы перехватить контроль над банкротством: «В последние годы суды особенно внимательно проверяют так называемую "контролируемую задолженность". Суды оценивают не только формальную документацию, но и реальное экономическое содержание отношений между сторонами».

Егор Якимов