Жалобы после допросов
Свидетели в деле гендиректора АО «Колхоз им. Мясникяна» заявили о давлении
Азовский городской суд приступил к допросу свидетелей со стороны обвинения по делу генерального директора АО «Колхоз им. Мясникяна» Матеоса Хатламаджияна, обвиняемого в мошенничестве. Первые допрошенные подтвердили проведение общих собраний, на которых решались вопросы внесения дополнительных земельных паев и реорганизации СПК в АО, а также рассказали участникам процесса о давлении со стороны правоохранительных органов во время обысков и допросов.
Фото: из архива АО «Колхоз им. Мясникяна»
Фото: из архива АО «Колхоз им. Мясникяна»
Уголовное дело в отношении генерального директора АО «Колхоз им. Мясникяна» Матеоса Хатламаджияна и неустановленных лиц было возбуждено в 2023 году. Позже их обвинили в мошенничестве (ч.4 ст.159 УК РФ) и, в частности, в том, что фигуранты завладении акциями АО на сумму более 876,6 млн руб. Потерпевшими по делу признаны 89 акционеров из 300.
На первом этапе слушания дела показания дали 84 потерпевших. Большинство из них не смогло объяснить, каким образом и в каком объеме им был причинен ущерб. 10 акционеров АО «Колхоз им. Мясникяна» так и не были признаны потерпевшими. Судья обосновала такое решение тем, что в описании преступления органами предварительного расследования не указывается способ хищения средств у этих заявителей.
Первой на допрос была вызвана секретарь общих собраний и заседаний правления колхоза Вера Карапетян. Она сообщила суду, что информация о проведении собраний членов колхоза публиковалась в газете «Заря», расклеивалась на территории предприятия и дублировалась в письмах, направляемых по почте каждому ассоциированному члену за месяц до собрания. На всех ключевых собраниях присутствовали 50-60 членов колхоза.
«Вопрос реорганизации рассматривался на заседании правления. После он был вынесен на общее собрание, а затем на общее собрание членов и ассоциированных членов колхоза. Решение о реорганизации СПК в АО было принято единогласно, на основании заключения ревизионного союза “Агроревизор”», — пояснила Вера Карапетян.
На вопросы адвокатов подсудимого о проведении собраний секретарь ответила, что присутствовала на всех, начиная с 2010 года, регистрировала на них количество участников и была знакома с вынесенными на повестку дня вопросами, включая изменения в уставе, внесение дополнительных паев и реорганизацию, поскольку вносила их в протоколы.
Вопросы защитников несколько раз за время заседания подвергались критике со стороны представителей потерпевших, поддержанных судьей. По их мнению, вопросы якобы намерено составлены так, чтобы свидетель подтверждал нужную информацию.
Следующий блок вопросов адвокатов защиты касался проведения обысков в начале расследования дела. По этому поводу секретарь колхоза пояснила суду, что 23 января 2024 года около 06:00 к ней домой пришли два представителя ОБЭП и один ранее ей неизвестный понятой.
«Перевернули в доме все вверх дном. Перепугали родных. Отец в шоке был. Смотрел на меня и не понимал, в чем моя вина. Я еле родных успокоила», — сообщила секретарь.
Во время обыска у свидетеля изъяли два мобильных телефона, которые вернули только через полгода.
После обысков всех свидетелей, включая Веру Карапетян, без повесток доставили в Главное следственное управление (ГСУ) ГУ МВД России по Ростовской области. Необходимость этих действий им объяснили тем, что директор и неустановленные лица похитили 75% акций АО.
Следующий допрошенный свидетель — юрист АО «Колхоз им. Мясникяна» Дзерон Айдинян сообщил суду о психологическом давлении, оказанном во время допросов.
«Там было человек 20-25 в коридоре, ждали допроса. С утра до вечера без воды, без еды. Оказывали давление. Конкретно в моем случае после допроса сотрудники посовещались и заявили, что их не устраивают ответы и начали допрос заново. Мою информацию о проведении собраний назвали ложью потому, что, по их мнению, собраний не было вообще», — рассказал юрист.
Дзерон Айдинян попросил суд дать правовую оценку действиям сотрудников ГСУ. На что судья поинтересовалась, обжаловал ли свидетель действия правоохранителей. Получив положительный ответ, председательствующий потеряла интерес к свидетелю.
Подобную историю о допросе в ГСУ рассказал и бывший председатель наблюдательного совета колхоза, ныне пенсионер Саак Багаджиян. Он отметил, что никакого ущерба не понес — размеры земельного участка и акций остались прежними. На это гособвинитель вынесла ходатайство о противоречивых показаниях, данных в судебном заседании и во время предварительного следствия, указав, что во время допроса свидетель сообщил, что в результате реорганизации он лишился части имущества.
Разницу в показаниях экс-председатель наблюдательного совета пояснил так: «В ГСУ мне сказали, что директор украл у тебя что-то, и земли твои уменьшились, естественно, я поверил и подтвердил им. Потом вышел из комнаты, а рядом юрист наш стоит. Спросил у него, так ли это. Оказалось, что ничего у меня не уменьшилось. А исправить свои слова уже не мог. Но ущерб мне не причинен».
Задавая вопросы свидетелям по поводу обысков и допросов, гособвинитель акцентировала внимание на отсутствии физического давления и необжаловании обысков в судебном порядке. Задавать вопросы по поводу психологического давления она не стала. Помощника прокурора больше интересовали тонкости проведения собраний. Вопросы свидетелям она задавала по подсказке адвокатов обвинения.
В тоже время, по мнению адвоката подсудимого Людмилы Лопаткиной, психологическое давление на свидетелей было оказано, суд обязан проверить это, «дать правовую оценку действиям сотрудников правоохранительных органов и законности проведения допросов данных свидетелей, которые все были участниками общих собраний СПК, а также заседаний правления и наблюдательного совета».
Еще Людмила Лопаткина обратила внимание суда на зеркальность показаний свидетелей, будто они все составлены под копирку, и еще на ряд грубых нарушений со стороны сотрудников ГСУ.
«Свидетели были допрошены без предъявления повесток, протоколов, повесток собрания, чтобы напомнить, о каких собраниях идет речь спустя 4 года как минимум. Даты в допросах не соответствуют датам событий. Например, всем на допросах задавался вопрос о том, участвовали ли они в собрании от 22 декабря 2020 года. В то время, как в эту дату никакого собрания не было. Это дата регистрации АО в налоговом органе. Почему их признали свидетелями обвинения, ни людям, ни защитникам непонятно. Видимо только потому, что у них провели массовые обыска, затем принудительно доставили в ГСУ, где держали от 4 до 12 часов. Большая часть так называемых свидетелей действующие сотрудники, члены правления и наблюдательного совета и они подтверждают свое участие в принятии решений и отрицают причинение ущерба. Их повторно вызывали в августе 2024 года в школы Чалтыря, убеждали что они потерпевшие, но бланки заготовленных заявлений в правоохранительные органы они не подписали», — перечислила адвокат основные нарушения.
На новом этапе судебного разбирательства у председательствующего и стороны обвинения появилось много замечаний к стороне защиты. Адвокатам подсудимого судья не давала задавать вопросы в их редакции, часто отводила их. В то же время председательствующий не обращала внимания на оскорбительные выпады стороны обвинения, потерпевших и их представителей по отношению к подсудимому. К их громким комментариям процесса со стороны потерпевших также замечаний не было.
В течение процесса защитники подсудимого внесли четыре письменных возражения на незаконные действия судьи, прямо обвинив ее в том, что она стала на сторону обвинения, нарушая принципы состязательности и равенства сторон.
Рассмотрение дела продолжается.