Надежда для «Надежды»

Насте сейчас 24 года. Она работает мойщицей в детском саду и периодически ездит на подработки в другом конце города. Девушка живет с друзьями и своим котом. Она сама готовит, стирает, убирается. Казалось бы, что тут необычного? Но так было не всегда. Еще три года назад Настя была заперта в четырех стенах детского дома интерната, не могла приготовить себе завтрак, самостоятельно доехать на автобусе, а вся ее жизнь проходила в ожидании дня, когда она покинет детское учреждение. Случай Насти иллюстрирует результаты изменения подхода к закрытым учреждениям. Для масштабирования таких практик этой весной запускается курс «Нормализация жизни в ПНИ и ДДИ» от межсекторальной программы «Институт советников по социальным изменениям».

Межсекторальная программа «Институт советников по социальным изменениям» — это формат подготовки лидеров в социальной сфере, который реализует социальный проект Народного фронта «Регионы заботы» совместно с Корпоративным университетом правительства Нижегородской области при поддержке регионального кабинета министров. Сам курс предполагает повышение квалификации команд из ПНИ, ДДИ и других секторов, таких как бизнес, НКО и государственные структуры. Обучение строится на выездах в разные города страны для знакомства с лучшими социальными практиками.

Программный директор проекта Анастасия Гулявина отмечает: «В массе своей жизнь в закрытых учреждениях пока очень далека от нормальной. Там скрыто много тяжелых судеб. Если нам удастся показать успешные примеры человечного подхода хотя бы в двадцати организациях по всей России, это запустит настоящую волну трансформаций».

В качестве показательного примера таких изменений Анастасия Гулявина приводит опыт нижегородского дома социального обслуживания «Надежда», где с приходом нового руководства, обучавшегося на предыдущих программах «Института советников», изменился подход к подопечным.

Журналисты «Ъ» отправились в ДСО «Надежда», чтобы показать, о каких изменениях идет речь.

Курс на «взрослую» жизнь

Вход на территорию ДСО мы заметили по ожидающим около него людям. Сам дом детей, как и КПП, снаружи скорее тусклый и непримечательный. Это особенно заметно на фоне светло-желтой церкви Пантелеимона Целителя, расположенной прямо через забор.

По пути в нашу первую локацию на территории дома детей мы знакомимся с нашими провожатыми. Директор ДСО «Надежда» Сергей Горшков, его заместитель Михаил Кучеров и PR-специалист дома-интерната Ольга Туршатова рассказывают нам о том, как устроена новая система жизни в этом месте.

«С самого начала мы задались вопросом о будущем наших воспитанников. Обычно считается, что у таких ребят нет иного пути, кроме перевода во взрослый психоневрологический интернат. Эта перспектива казалась нам абсолютно утопичной и несправедливой», — рассказывает директор.

Ольга Туршатова объясняет, что жителям ДСО необходимо было предложить альтернативу стационарному жизнеустройству, показать радости самостоятельности. Новое руководство взяло курс на подготовку ребят к «взрослой» жизни, чтобы ни один человек из «Надежды» не попал в ПНИ.

«Когда мы только пришли сюда, самой большой мечтой большинства ребят был переезд в ПНИ. Просто потому, что там находились их друзья, а другой альтернативы они не знали. Их кругозор был искусственно сужен, путевка в интернат казалась им путевкой в санаторий», — отмечает Сергей Горшков.

Его мысль дополняет замдиректора, подчеркивая, что в такой искаженной картине мира виновата система: «К сожалению, система сама диктует беспомощность, ей это выгодно. Человек привыкает к такому состоянию. Когда мы взялись за перестройку и посмотрели в сторону сопровождаемого проживания, у ребят случались откаты. Представьте ситуацию, когда человек двадцать лет живет на всем готовом: ему приносят завтрак, обед и ужин. И вдруг он должен сам работать, покупать продукты и стоять у плиты».

Так мы постепенно подходим к небольшому двухэтажному дому, стоящему в отдалении от основного здания ДСО. Узкая лестничка приводит нас в большую квартиру: три спальные комнаты, по 2-3 человека в каждой, туалеты, душ, кухня — все как положено. На первый взгляд можно подумать, что это просто обычная квартира большой семьи. В общем-то, так оно и есть.

«Глобальная задача состоит в постепенном снижении уровня поддержки. Мы создали уютную атмосферу, но в конечном итоге должны научить ребят жить самостоятельно, без нашей постоянной опеки. Безусловно, мы останемся близкими людьми. Мы дружим, вместе отмечаем праздники», — объясняет Ольга Туршатова.

На кухне обедает девушка. Она и Ольга рассказывают нам, как выращивают рассаду, но вот кошка Дашка недавно ее поела, и теперь ребята вынуждены прятать ее повыше.

Кстати о кошках: их в общежитии четыре. Каждое животное принадлежит кому-то из ребят. «Они ухаживают за ними, покупают игрушки и мисочки. У нас живут разные животные. Одной из кошек владеет Тамара, ей ее подарили. Муся и большая пушистая Даша были спасены с улицы около года назад, а Машу подарили Максиму», — рассказывают сотрудники ДСО.

Пока мы пьем чай на кухне, в дом заходят новые люди. Сергей Горшков рассказывает: «Часть ребят работает прямо здесь, на территории интерната. Кто-то уже вернулся со смены, а Макс, например, приходил только пообедать и ушел обратно. Юля и Настя каждое утро самостоятельно ездят на работу в детский сад в микрорайон Мещерское озеро. А Настя еще два-три раза в неделю ездит на подработку: добирается с Мещеры на площадь Горького, отрабатывает там и только потом едет домой».

Вдоль стены большой стеллаж с полками, заполненными крупами, печеньем, макаронами и разными баночками. Как объясняют наши сопровождающие, ребята живут полностью автономно. Они не едят в общей столовой, а сами покупают продукты и готовят еду. Ребята ходят на работу, зарабатывают деньги и живут на них полноценной жизнью. Все как у обычных людей: заработал и потратил.

«Жизнь не должна замыкаться в четырех стенах. Мы социальные существа, нам нужны выставки, кино, друзья. Наши ребята тоже имеют возможность жить полной жизнью, они учатся самостоятельно ориентироваться в городе. Для нас невероятно ценно, что они приходят сюда как к себе домой», — рассказывает директор.

Кроме комнат ребят, в доме есть, так скажем, гостиная. В центре — большой стол, около которого стоит шкаф с книгами и настольными играми. Каждый вечер ребята собираются здесь и вместе с наставником составляют себе расписание на завтрашний день. Для людей с ментальными особенностями важно планировать свой быт, расписание помогает им сосредоточиться. Напротив — диван, на котором Ольга ждет, пока мы закончим разговаривать с Сергеем и Михаилом, чтобы продолжить экскурсию. Она замечает, что в ДСО бывает чаще, чем дома, и в принципе может уже оставаться тут жить.

В «Доме» у студентов

Пока мы идем к следующей локации — основному зданию ДСО, видим, как навстречу идет девушка с проводными наушниками в ушах и сдвинутой немного вбок шапкой. Ее взгляд падает на нас, и она, заулыбавшись, машет руками и подбегает к Михаилу, хватает его за руку и начинает трясти в приветствии. Замдиректора здоровается с Надей в ответ, и девушка, довольная, уходит по своим делам.

«Сейчас мы идем в Дом студента. Это подготовительный этап перед тренировочным общежитием. Важно сформировать определенный образ будущего с учетом принципа постепенности. Когда ребята попадают в проект, они начинают жить по правилам, которые сами предлагают и принимают на общем совете путем голосования», — рассказывает Сергей Горшков.

Дом студента — это отделение ДСО с привычным, думаю, для всех расположением комнат. Само здание интерната типичное. Такие буквы «Е» раньше строились по всему Союзу. Такое же расположение кабинетов было и у нас в школе: длинный коридор, в середине — площадка, где стоит стол, за которым молодые люди играют, рисуют, общаются. По длине коридора двери — за каждой из них комната девушек или мужчин, живут по 4 человека.

«Быть студентом престижно, и эту культуру важно формировать. Проживание здесь воспринимается как серьезное достижение», — объясняет директор, пока мы проходим по коридору.

В дальней части отделения находится кухня — небольшая комната с плитой, духовкой и холодильником. На ней несколько ребят готовят кашу. В углу стола стоит странная книжечка: внутри не только рецепты, но и фотографии продуктов, колбасы и сыра известной фирмы: «Чтобы ребята запоминали, как они выглядят», — объясняет мне наставница, с которой студенты вместе готовят.

«Мы полностью перевели ребят на самостоятельные завтраки. Обед пока централизован, поскольку они возвращаются с работы уставшими, и еда должна быть готова заранее. В вопросах социального ориентирования тоже наблюдается огромный прогресс. Почти все ребята могут без сопровождения сходить в ближайший магазин. Процесс строится на их личном запросе. Например, закончилась еда или пришла зарплата. Воспитанник составляет список покупок, а мы вместе проверяем его на предмет финансовой грамотности. Затем он идет за продуктами», — рассказывает наставница.

Профилактика социального сиротства

В ДСО «Надежда» живут люди с ментальными особенностями и ОВЗ в возрасте от 4 до 35 лет. Диагнозы у всех разные, чаще всего это умственная отсталость разной степени тяжести. Большинство подопечных остались без попечения родителей. На момент нашего знакомства в учреждении проживало 170 человек.

«ДСО, профильные некоммерческие и государственные организации начали активно работать над предотвращением попадания детей в систему. В любой семье можно найти ресурс для воспитания ребенка, вне зависимости от наличия у него инвалидности», — объясняет Сергей Горшков.

Ситуацию с профилактикой сиротства в Нижегородской области прокомментировала руководитель АНО Ресурсный центр «Дети в семье» Светлана Меллер: «Мамы и папы редко хотят добровольно отказываться от детей. Чаще всего у взрослых просто заканчиваются внутренние ресурсы, им требуется время на восстановление или поддержка».

Как рассказала Светлана Меллер, в Нижегородской области разработана и утверждена правительством концепция единой модели помощи детям. Ее основная задача состоит в полной перестройке системы профилактики социального сиротства, уходе от размещения подопечных в специализированных учреждениях и переходе к внестационарной поддержке.

«Главная цель преобразований заключается в оказании комплексной помощи семьям в кризисной ситуации. Мы предлагаем юридическую, психологическую и адресную поддержку без разлучения детей с родителями, однако для реализации такого подхода требуется полная модернизация всех профильных учреждений. Особое внимание уделяется развитию Автозаводского интерната, на который в текущем году выделен 21 миллион рублей для организации работы отделений паллиативной помощи, тренировочного проживания и центра дневного пребывания», — отмечает руководитель АНО Ресурсный центр «Дети в семье».

«Дом на колесах»

На первом этаже «Надежды» расположено отделение под названием «Дом на колесах», в котором живут ребята с нарушениями работы опорно-двигательного аппарата.

У входа Сергей просит нас вести себя тише. Совсем недавно в отделение доставили пятилетнюю девочку, паллиативную, лежачую. Мы заглядываем в приоткрытую дверь ее комнаты. На большой высокой кровати на боку лежит маленькая девочка. Рядом с ней в коляске сидит девушка и держит ее за руку. Вокруг несколько других ребят молча наблюдают. Директор рассказывает, что это первый паллиативный ребенок в интернате: «Дети от нее не отходят уже второй день». В будущем планируется открыть специальное отделение.

Несмотря на название, не все дети здесь «на колесах». Есть дети, которые могут самостоятельно ходить, но для них это очень трудно, есть, как поясняет Михаил, те, кто какое-то время может, потом опять садится в коляску.

Специализированные коляски могут стоить от ста тридцати тысяч до полумиллиона рублей. Государство обеспечивает ребят техническими средствами реабилитации. У каждого воспитанника есть индивидуальная программа с прописанными гарантиями на корсеты, коляски, ходунки и расходные материалы.

«Как законный представитель, я имею право получить их в натуральном виде через Фонд социального страхования или воспользоваться электронным сертификатом. Стандартные изделия по госзакупкам нам чаще всего не подходят. Поэтому мы выбираем сертификат и индивидуально подбираем коляску под нужды конкретного ребенка. Эти средства реабилитации являются личной собственностью воспитанника, а не учреждения», — объясняет систему директор.

Он рассказал, что сторонние организации также помогают с колясками для детей. «Иногда нужная коляска стоит около полумиллиона рублей, а номинал электронного сертификата покрывает только сто тридцать тысяч. В таких случаях мы обращаемся к благотворителям и заключаем трехсторонний договор», — делится Сергей Горшков. Объединяются государственные средства и спонсорская помощь для покупки коляски. «Одному из наших мальчиков профильный благотворительный фонд подарил коляску, которая идеально подходит под особенности строения его тела», — приводит в пример руководитель ДСО.

Большинство ребят из «Дома на колесах» получают образование внутри ДСО, они на домашнем обучении. В то время как большая часть остальных детей обучается вне учреждения. Как отмечает Сергей Горшков, до смены руководства все дети обучались внутри. Сейчас же каждое утро начинается с приезда автобуса, который отвозит ребят на занятия.

Прошлое «Надежды»

Пока мы рассматриваем табличку отделения для самых маленьких, директор рассказывает, что раньше у них были длинные канцелярские названия, которые ассоциировались скорее с больницей, а не с местом, где ты живешь. Сейчас же это «дома».

«Раньше все двери в отделениях запирались на ключ. Дети передвигались строго по расписанию. Социализация ограничивалась узкой группой в двадцать человек. Руководство оправдывало такую изоляцию порядком и дисциплиной. Считалось, что дети могут стать триггером друг для друга или передать инфекцию. Мальчикам запрещалось пересекаться с девочками. Существовало огромное количество нелепых домыслов», — делится директор.

Михаил продолжает мысль коллеги: «В прошлую эпоху доступ в учреждение был жестко ограничен. С детьми взаимодействовали только штатные сотрудники. Благотворительные фонды, имеющие профессиональную экспертизу, и волонтерские движения на территорию не допускались. Подопечные жили в вечном дефиците общения. Не шло и речи о значимых взрослых, друзьях или личных гостях».

Помощники «Надежды»

Со сменой администрации «Надежды» пришел и новый подход к распределению задач. Теперь во многом учреждению помогают волонтеры. Как рассказывает Ольга Туршатова, участие неравнодушных людей не только помогает разгрузить сотрудников, но и положительно влияет на социализацию ребят.

«К нам приезжают волонтеры „Сбера“, в том числе сегодня ждем их к ребятам из „Дома на колесах“. В прошлом году к нам большим волонтерским корпусом приехал „Газпром“. „Лукойл“ сотрудничает с нами уже второй год подряд. Они взялись курировать двадцать четыре человека и ежегодно делают им подарки на Новый год. Причем это не случайные вещи: волонтеры приходят, пишут с ребятами письма Деду Морозу, а затем они исполняют эти желания. Это очень крутая практика», — рассказывает Ольга.

Директор продолжает мысль коллеги: «Большинство корпоративных историй мы начинаем именно через волонтерство. Грубо говоря, чтобы помогать деньгами или делом, нужно четко понимать, кому именно ты помогаешь. У благотворительности должно быть человеческое лицо, а пожертвованные средства должны реально менять ситуацию».

Также учреждению помогает и местный малый бизнес, индивидуальные предприниматели и небольшие компании. Как рассказывают в ДСО, компания из города Бор оплатила часть специализированной коляски для девочки, которая стоила более полумиллиона рублей.

Как подчеркивает Светлана Меллер, у бизнеса нет прямой финансовой выгоды от участия в благотворительности. Такую деятельность он может использовать во внешнем пиаре компаний.

«Нам очень хочется видеть больше организаций, готовых к сопровождаемому трудоустройству. В детских интернатах значительная часть воспитанников уже достигла совершеннолетия. Они постепенно переходят на сопровождаемое проживание, но вопрос получения ими работы стоит достаточно остро. Далеко не каждый бизнес готов брать к себе ребят с инвалидностью под влиянием страха перед возможными рисками и нестандартными ситуациями, однако нам критически важно двигаться в этом направлении», — отмечает руководитель АНО «Дети в семье».

Также программный директор Института советников Анастасия Гулявина, оценивая текущую активность коммерческого сектора, отмечает: «Меня очень радует заметный в последние годы тренд, когда бизнес все больше интегрирует возможность помощи в свой основной продукт. Например, сервис недвижимости выстраивает поиск подходящих квартир для людей с инвалидностью, чего раньше не было. Банковский сектор запускает масштабные информационные кампании, рассказывая обществу о существующих проблемах, а не просто собирает пожертвования. Технологические корпорации внедряют социальное такси и округление чеков в пользу фондов. Социальное воздействие становится неотъемлемой частью самого продукта, и это очень круто».

В конце встречи нас проводят по ремонтирующейся части здания. На нее у администрации большие надежды: сделать паллиативное отделение, общежитие самостоятельного проживания для ребят на колясках и много чего еще.

«Ремонт помещений под центр дневного пребывания уже начался, по остальным объектам идет стадия заключения контрактов. Мы рассчитываем завершить все работы к концу текущего года. На реализацию данных направлений и общее улучшение работы учреждения выделено порядка двадцати одного миллиона рублей. После сдачи объектов мы сможем грамотно распределить потоки воспитанников и сделать их жизнь комфортнее», — рассказывает Михаил.

Директор завершает тему: «Сделано действительно много, но впереди еще колоссальный объем работы. Будут новые ошибки и проблемы. Это сложный путь, который невозможен без остановок, пауз и возвращений к уже пройденному материалу. Главное правило здесь заключается в том, чтобы никогда не останавливаться».

Вероника Ткаченко