По странам и прецедентам

Признание российских решений

В исследовании АЛРУД отмечается, что чисто «пророссийской» или «антироссийской» модели исполнения решений российских судов за рубежом не существует. Результат обычно зависит от того, есть ли между странами договор, касающийся правовой помощи или непосредственно исполнения судебных решений, присутствует ли в споре санкционный элемент, имеется ли противоречие публичному порядку и процессуальные нарушения.

Решения по санкционным спорам, перенесенным в российскую юрисдикцию на основании «закона Лугового» (ст. 248.1–248.2 Арбитражного процессуального кодекса РФ; АПК), исполнить за рубежом крайне затруднительно. Практика их исполнения либо полностью отсутствует, либо идет по пути повышенного контроля со стороны иностранных госсудов. А в странах ЕС признание решений, вынесенных по этим правилам, прямо запрещено 15-м пакетом санкций от декабря 2024 года.

Континентальный Китай — одна из наиболее перспективных юрисдикций, поскольку между Россией и КНР действует договор о правовой помощи. При этом есть и положительный, и отрицательный опыт принятия решений российских судов. Авторы путеводителя отмечают, что даже решения с санкционным элементом, в том числе вынесенные в России по «закону Лугового», в КНР потенциально могут признаваться, если они не нарушают компетенцию китайских судов и не затрагивают публичный порядок. Но реальных случаев пока нет.

Признание решений в Казахстане идет на основе Кишиневской конвенции и Киевского соглашения с РФ, заявление рассматривается быстро, в течение 15 дней, решение выносится вместе с исполнительным листом и может исполняться немедленно. Это делает Казахстан одним из наиболее удобных направлений для взыскания. Однако есть случай отказа в признании российского решения по ст. 248.1 АПК. Таким образом, для обычных коммерческих споров Казахстан остается благоприятной юрисдикцией, а для санкционных дел — скорее нет, делают вывод авторы гайда.

Узбекистан в этом году впервые привлек внимание юристов АЛРУД и оказался в числе наиболее перспективных юрисдикций для российского бизнеса. В обзоре говорится, что случаи признания российских решений в этой стране уже встречались несколько лет назад. На данный момент для целей несанкционного коммерческого взыскания Узбекистан рассматривается как одна из самых предсказуемых площадок.

В Гонконге и Сингапуре российские решения могут признаваться по общему (прецедентному) праву без требования взаимности (когда суды разных стран взаимно признают решения друг друга без международного договора.— “Ъ”), но местный суд будет отдельно оценивать компетенцию иностранного суда. В гонконгской практике нет прямых отказов, но есть примеры критического отношения к исключительной компетенции судов РФ по «закону Лугового». В Сингапуре признание российских решений считается возможным, хотя о конкретных кейсах информации нет. В спорах с санкционным элементом прогнозировать исход в обеих юрисдикциях сложно.

В Индии признание российских решений возможно, так как имеется двусторонний договор с Россией. Но поскольку Россия не относится к «территориям взаимности», российскому взыскателю нужно подать заявление на исполнение в индийский суд, которое могут рассматривать один-два года. Примеров прямого признания российских решений не обнаружено, но есть обнадеживающие решения по компетенции. Так, в январе 2026 года в деле по заявлению «Еврохим Северо-Запад-2» Высокий суд Бомбея принял временные обеспечительные меры в рамках процедуры признания решения российского суда, вынесенного по ст. 248.1 АПК РФ. Это дает основания полагать, что Индия может стать одной из немногих площадок, где такие решения смогут исполняться на практике.

Для исполнения российских решений в ОАЭ большое значение имеет выбор площадки. Практика судов основной территории ОАЭ считается более нейтральной, тогда как в судах свободных зон Дубая (Dubai International Financial Centre, DIFC) и Абу-Даби (Abu Dhabi Global Market, ADGM) риски отказа могут быть выше из-за их близости к прецедентному праву. Авторы обзора предупреждают, что после кейса с Wintershall Dea признание решений российских судов в DIFC затруднено. Напомним, в ноябре 2025 года суд DIFC вынес России предупреждение, пригрозив санкциями за продолжение разбирательства в арбитражном суде Москвы и попытки взыскать с Wintershall штраф. Вскоре после этого московский арбитражный суд удовлетворил иск Генпрокуратуры РФ и наложил €7,5 млрд штрафа на Wintershall, ее юрфирму Aurelius Cotta и двух арбитров, рассматривающих инвестиционный иск компании к РФ в Гаагском арбитраже.

Турция относится к группе государств, где признание решений судов РФ возможно, но исход сильно зависит от деталей спора. Четкой позитивной или негативной линии пока не прослеживается. Решения судов РФ в Израиле признаются по принципу взаимности, есть положительная практика 2025 года. Причем израильскому суду не нужно видеть серию признанных кейсов, достаточно показать потенциал признания российских решений — через доктрину, экспертные заключения или прецеденты.

Признание иностранных решений в РФ

Статистика свидетельствует о существенном увеличении сумм взыскания по иностранным решениям, за признанием которых стороны обращаются в арбитражные суды РФ. Так, в 2022–2023 годах общая сумма по всем заявлениям исчислялась десятками миллионов рублей, то в 2024 году она составила почти 2 млрд руб., а только за первую половину 2025 года (данных за год пока нет) достигла 1,7 млрд руб.

По шансам на исполнение судебных решений в России изученные юрисдикции условно можно разделить на три группы.

• В первую группу входят страны с более или менее сложившейся практикой — Китай, Казахстан, Узбекистан.
• Во вторую — государства, решения судов которых теоретически могут быть признаны, но российской практики нет или ее мало. К ним можно отнести Индию, Израиль, Турцию и ОАЭ.
• Наконец, в третьей группе — юрисдикции повышенного риска из-за малопредсказуемого исхода (Гонконг) или недружественности страны (Сингапур).

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Решения судов континентального Китая, а также Казахстана и Узбекистана в России признаются, это подтверждается актуальной практикой. Но здесь важно отсутствие процессуальных нарушений — при их наличии отказа не избежать. По решениям судов Индии однозначно сложившейся в России практики нет, но есть намеки на положительный исход обращения за признанием. По Израилю российская практика немногочисленна и в основном негативна, однако в обзоре подчеркивается, что только на основании этих кейсов пока рано говорить о невозможности исполнения израильских решений в России. По решениям из ОАЭ единый подход в судах РФ, по оценке исследователей, еще не сформировался. Это касается и решений госсудов Дубая, и решений судов свободных зон. Российские суды открыты к взаимодействию и с судами Турции, признание турецких решений возможно и подтверждается актуальной практикой, даже несмотря на наличие ряда отказов.

Практика признаний гонконгских решений в РФ имеется, но она ограничена и непредсказуема. Авторы предупреждают, что в случае признания неисполнимыми оговорок на Гонконгский арбитраж возможность исполнения его решений в РФ будет зависеть от обстоятельств конкретного дела и наличия в нем санкционного элемента. Похожая ситуация и с Сингапуром: практика признания решений его судов в России на данный момент не сформирована. При этом российские суды могут запрещать продолжать разбирательства в этой стране из-за включения ее в перечень недружественных.

Уклон на дружественность

Партнер Denuo Андрей Панов указывает, что судебные и арбитражные решения из недружественных стран почти невозможно признать и исполнить в РФ. По его словам, почти вся положительная статистика по таким делам — это решения судов и арбитражей дружественных стран. «Продолжается слом принципа взаимности с недружественными странами»,— добавляет руководитель практики коммерческих споров и международного арбитража МЭФ Legal Николай Строев: российские суды со ссылкой на противоречие публичному порядку перестали признавать судебные и арбитражные решения из этих юрисдикций. Существенное значение стало придаваться и тому, отмечает старший юрисконсульт Jingsh Law Firm Денис Аулов, с какой юрисдикцией связан арбитр,— если он происходит из недружественного по отношению к России государства, предполагается его необъективность, в связи с чем его решение суды РФ признавать отказываются.

Подтверждением «укрепления курса на процессуальный суверенитет» может служить определение Конституционного суда (КС) РФ по жалобе OWH SE (бывшая европейская «дочка» ВТБ), добавляет господин Аулов. Вместе с тем, уточняет он, КС призвал суды не применять нормы «закона Лугового» автоматически ко всем подсанкционным лицам, а устанавливать реальные препятствия для их доступа к правосудию за рубежом.

Высокорисковыми для российского бизнеса из-за санкционного контура остаются юрисдикции ЕС, США и Великобритании, уточняет Денис Аулов.

Впрочем, Андрей Панов указывает на случаи признания решений Международного коммерческого арбитражного суда (МКАС) при Торгово-промышленной палате РФ в ЕС и решений российских госсудов в США, но все они касались споров, не связанных с санкциями. В целом поток дел сместился в дружественные юрисдикции (страны СНГ, Китай, ОАЭ, Турция), которые формируют до 93% статистики признаний российских решений, констатирует Николай Строев.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Управляющий партнер VERBA Legal Татьяна Невеева выделяет как перспективные юрисдикции ОАЭ, Узбекистан и Казахстан, уточняя, что больше всего шансов на признание там имеют решения российских коммерческих арбитражей и в меньшей степени — российских госсудов. Но есть и примеры, когда казахстанские суды сослались на невозможность приведения в исполнение решения по местонахождению имущества ответчика. Суды сочли, что исполнять решение нужно по месту регистрации оппонента, а это невозможно для российских подсанкционных лиц в спорах с компаниями из недружественных стран, рассказывает госпожа Невеева. По ее мнению, такой подход может подорвать привлекательность Казахстана и потенциально Узбекистана, процессуальное законодательство которого содержит аналогичные положения.

Проверка доступности

Российский бизнес сейчас «тестирует» различные юрисдикции на предмет доступных механизмов признания и исполнения решений — от США до КНР и ЮАР, рассказывает партнер практики разрешения споров АЛРУД Дмитрий Купцов. По словам Дениса Аулова, в 2025 году признание и приведение в исполнение судебных актов превратилось в «инструмент санкционной и юрисдикционной политики». Возможность и перспективность признания российских решений имеет прямую взаимосвязь с геополитической ситуацией в целом и наличием или отсутствием санкционного элемента в споре, по которому вынесено решение, в частности, поясняет господин Купцов.

По мнению опрошенных “Ъ” юристов, ОАЭ — одна из наиболее перспективных и предсказуемых юрисдикций для признания российских решений.

Николай Строев отмечает стабильный рост признания российских решений в ОАЭ на основе принципа взаимности, подкрепленного новыми инвестиционными соглашениями. Татьяна Невеева также считает, что в ОАЭ ситуация с приведением в исполнение решений госсудов РФ выглядит более оптимистично, чем раньше.

Шансы на исполнение решения напрямую связаны также с наличием в стране активов контрагента, против которого вынесено решение. По этому критерию, указывает Дмитрий Купцов, наиболее перспективными являются страны с крупными экономиками — КНР, Индия. По мнению господина Аулова, в 2026 году Азия может стать одним из главных центров инвестиционного арбитража за счет сочетания договорной базы, усиления Китая и Гонконга как арбитражной инфраструктуры и общего увеличения объема азиатских трансграничных инвестиций.

Господин Купцов отмечает важный тактический поворот в судебной практике КНР: «Высший народный суд Шанхая допустил обращение российских лиц с заявлениями о признании решений напрямую в суды КНР вне зависимости от их места жительства или пребывания. Ранее подобное толкование ставилось под сомнение». В то же время пока что для исполнения решений госсудов РФ Китай остается сложной юрисдикцией, говорит господин Строев: практика ограничена, а требования к процедуре формальны. Татьяна Невеева отмечает также невысокую скорость рассмотрения таких заявлений.

Кроме того, все более перспективным и востребованным у россиян становится рассмотрение споров в Гонконгском и Сингапурском арбитражах, отмечает старший юрист Denuo Мария Винокурова. Среди преимуществ этих центров госпожа Винокурова указывает на наличие русскоязычных специалистов, назначение арбитров из РФ, ведение разбирательств на русском языке. Шансы признания решений этих арбитражей в России Андрей Панов оценивает как неплохие.

Руководитель группы международного налогового планирования Amond & Smith Кирилл Бондаренко особо выделяет Гонконг как место, где наработано большое количество практики по признанию решений российских арбитражей (прежде всего МКАС при ТПП РФ). По его словам, эта юрисдикция удобна для исполнения арбитражных решений по спорам с китайскими торговыми партнерами, а процедура признания в гонконгских судах прозрачна и занимает всего два-три месяца.

Мнение эксперта

Присужденное кроется в деталях

Старший юрист практики разрешения споров АЛРУД Полина Перова об исполнении судебных решений за рубежом

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Как известно, положительное решение российского суда или арбитража лишь первый шаг на пути к фактическому получению присужденного. Особенно это касается ситуаций, когда исполнение решения планируется за рубежом. Несмотря на особенности исполнения в каждой из стран, можно выделить общие аспекты и основные ошибки, которые допускают российские истцы.

Главный камень преткновения — надлежащее извещение.

К соблюдению этого условия строго относятся все юрисдикции. Хотя формально надлежащим является извещение иностранного ответчика судом РФ в порядке, предусмотренном международными конвенциями (и на этом следует настаивать), содействие российского истца в извещении другой стороны крайне важно. Еще на стадии инициирования разбирательства в России необходимо занять проактивную позицию и постараться уведомить иностранных лиц всеми доступными способами: направить документацию «Почтой России», курьерской доставкой и электронной почтой. Также можно отправить материалы не только самим иностранным лицам, но и их представителям, представительствам и филиалам.

Необходимо собрать все доказательства такой отправки. Также должна быть уверенность в том, что прошло достаточное время между извещением и судебным заседанием. К сожалению, этими вопросами задаются далеко не все российские истцы, что приводит к неутешительным результатам: неизвещение ответчика является самым распространенным основанием для отказа в признании решений.

Другим проблемным аспектом является обоснование компетенции суда РФ.

Установление российской юрисдикции исключительно на основании «закона Лугового» может стать главным доводом против признания решения за границей. Для минимизации данного риска можно развивать логику о тесной связи спора с Россией, в том числе по правилам о месте исполнения договора или возникновения вреда.

Следует также заранее выбрать юрисдикцию для исполнения там российского решения и проверить наличие международного договора с РФ о признании судебных актов либо соблюдение принципа взаимности. За время разбирательства ситуация может кардинальным образом поменяться, поэтому стоит постоянно отслеживать практику. Определившись с юрисдикцией, нужно проверить сроки на подачу заявления о признании. Многие ошибочно ориентируются на российские процессуальные сроки, но местные суды будут принимать во внимание срок, установленный в государстве вынесения решения. В других странах сроки могут быть как короче, чем в России (например, в Китае — два года), так и длиннее либо вообще отсутствовать (например, в Турции), но в таком случае учитывается срок в стране вынесения решения.

Как в РФ и других юрисдикциях признают и исполняют иностранные судебные решения

Даже после этого не стоит торопиться подавать заявление о признании и исполнении российского решения. Важно дождаться его окончательности. Подходы местных судов к содержанию этого понятия необходимо изучать применительно к конкретной стране: иногда это ситуация, когда решение вступило в законную силу в смысле, который придается российским законодательством (решение поддержано судом апелляционной инстанции или не обжаловано по истечении законного срока), в других случаях это может быть исчерпание любых способов обжалования.

Наилучшим выводом будет поговорка «Тише едешь — дальше будешь». Лучше неоднократно перепроверить все проблемные моменты, чем затем столкнуться с отказом в признании решения российского суда, а значит, лишить себя шансов на взыскание долга.

Полина Перова, старший юрист практики разрешения споров АЛРУД