Коротко


Подробно

Борис Макаренко

первый замгендиректора Центра политических технологий

цена вопроса


Рискуя обидеть другие народы Центральной Азии, повторю фразу из старого рекламного клипа: "Я узбеков люблю!" С узбекским трудолюбием всегда уживалась и мудрость, позволявшая узбекам общаться и жить вместе с самыми разными народами — от русских и таджиков до китайцев и индийцев.

Нет ничего обиднее, когда у такого народа не получаются отношения с внешним миром. Узбекистан всегда старался быть не просто "особым" в Центральной Азии, но лидером в регионе. Но, вспомним, со всеми остальными центральноазиатскими соседями у России отношения были ровными и поступательными. Киргизия и Таджикистан слишком нуждались в России, а потому не испытывали комплексов от роли "ведомых" в таком партнерстве. Казахстан мог чувствовать себя уверенней хотя бы по причинам своих нефтяных богатств и достаточно успешной модернизации. У Туркмении минеральные богатства сочетались с намеренным изоляционизмом и холодным расчетом. Узбекистан же долгое время не мог найти себя. С одной стороны, формальное участие в интеграционных структурах — ШОС, СНГ, с другой — флирт с "конкурирующей группировкой" — ГУУАМ. Страна пережила краткий период эйфории после вступления в антитеррористический альянс и размещения американской военно-воздушной базы: думали, что это надолго спишет все проблемы с авторитарным режимом. Зря думали — и резкая реакция Запада на события в Андижане это подтвердила. Только после этого Узбекистан возвращается в ШОС и в систему коллективной безопасности ОДКБ, выходит из ГУУАМ, лишая сию аббревиатуру одного из "У", вступает в ЕврАзЭС, активно ищет пути интеграции в нефтегазовые сети и структуры региона. Еще позже начинается осознание необходимости возвращения и на Запад тоже. Ташкент пытается провести выборы, хотя бы внешне кажущиеся конкурентными, лоббирует отмену европейских санкций, введенных после андижанских событий, принимает у себя высокопоставленных американских эмиссаров, выпускает из заключения правозащитников.

Что в этой ситуации делать России? Первое: помнить историю — и более давнюю, когда узбекская земля дала кров многим тысячам эвакуированных в Великую Отечественную, и когда вся страна поднимала Ташкент из руин, оставленных землетрясением. Помнить историю последних лет и виражи узбекской внешней политики. Ислам Каримов — один из двух последних глав постсоветских государств, занявших свой пост еще в Советском Союзе. И если с ним отношения выстраивались не так ровно, как с другим "долгожителем" — Нурсултаном Назарбаевым, то это не повод не попытаться задать долгосрочный вектор российско-узбекским связям именно сейчас.

Второе: принимать своего соседа таким, какой он есть. Не один Узбекистан пытается играть на двух, а то и трех досках. Просто нужно реализовать свои конкурентные преимущества в отношениях с соседом. А их у нас много: и нефтегазовая политика, и авиастроение, и стратегическое партнерство. Надежные и прагматичные отношения с Узбекистаном завершат картину интеграционных процессов России и Центральноазиатского региона.



Тэги:

Обсудить: (0)

Газета "Коммерсантъ" №18 от 06.02.2008, стр. 9

Наглядно

все спецпроекты

актуальные темы

все темы
все проекты

обсуждение