Прощальный уполномоченный

Уполномоченный по правам человека в России Татьяна Москалькова 4 марта в последний раз отчиталась перед Советом федерации: в конце апреля она покинет пост, поскольку отработала уже два срока и претендовать на третий не может. Омбудсмен подвела итоги своей деятельности в 2025 году, акцентировав внимание на усилиях по возвращению из украинского плена участников специальной военной операции (СВО), а сенаторы, в свою очередь, подвели итоги всех десяти лет пребывания госпожи Москальковой в должности.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

В 2025 году в аппарат уполномоченного поступило 128,7 тыс. обращений, из которых 56% касались проблем участников СВО и членов их семей, напомнила госпожа Москалькова ключевые положения своего доклада (омбудсмен традиционно знакомит с ним сначала обе палаты парламента, а затем направляет президенту). Помощь получили почти 5 тыс. ветеранов. Из украинского плена удалось вызволить 155 жителей Курской области, хотя десять человек все еще находятся в заложниках, подчеркнула госпожа Москалькова.

Вопросы у сенаторов оказались сплошь военной направленности. Екатерина Алтабаева поинтересовалась, какие проблемы волнуют бойцов и их семьи в первую очередь. «Освобождение из плена, поиск без вести пропавших и вопрос о социальных мерах»,— перечислила Татьяна Москалькова, добавив, что благодаря диалогу с уполномоченным Верховной рады есть возможность обмениваться списками пропавших. «Удалось найти сотни людей, которые оказались живыми: слава богу, они в плену»,— подчеркнула омбудсмен.

По словам госпожи Москальковой, сами бойцы чаще всего обращаются по поводу военно-врачебных комиссий или в поисках медпомощи, но есть вопросы, «связанные со справедливыми решениями». В качестве примера общественница привела историю военного, который после смерти супруги вернулся к малолетним детям и был признан дезертиром. Отменить возбуждение уголовного дела о самовольном оставлении части удалось после вмешательства омбудсмена. Под патронажем региональных уполномоченных находится порядка 12 тыс. семей участников СВО, еще около 30 тыс. получают помощь от федерального аппарата, добавила чиновница.

Дарья Лантратова обратила внимание Татьяны Москальковой на проблемы в трудоустройстве, с которыми сталкиваются участники СВО. В ответ омбудсмен рассказала, что сейчас в соответствующем фонде зарегистрировались порядка 200 тыс. человек, которые «выполнили боевую задачу» и стараются встроиться в мирную жизнь: «Мы видим эту проблему на упреждение». В качестве примера госпожа Москалькова привела Луганск, где на учете стоят 3 тыс. ветеранов. «А свободно 12 тыс. рабочих мест… Нужно разобраться, почему не устраивают ребят предложения»,— на ходу озадачилась уполномоченная.

Александра Кондратьева взволновала проблема несоблюдения положений Женевской конвенции в отношении российских военнопленных, которые в украинском плену испытывают нечеловеческие страдания: «Это если не забьют, не изрежут, не застрелят». Госпожа Москалькова в ответ пояснила, что в минувшем году она направила по этому поводу 400 обращений в адрес верховного комиссара ООН по правам человека, президента Международного Красного Креста и других международных органов и «реакция есть».

Наталья Никонорова спросила, в каких государствах соотечественники чувствуют себя наименее защищенными. «Во всех государствах кроме России русский человек чувствует себя несколько уязвимо»,— ответила омбудсмен, напомнив, что в прошлом году она получила свыше 500 обращений от людей, которые подверглись репрессиям на Украине, и более 100 из них удалось обменять в Россию. Она обратила внимание на «беспрецедентное нарушение прав и свобод человека» в Прибалтике, а также констатировала, что россияне подвергаются преследованию во всех странах глобального и недружественного Запада.

Завершая дискуссию, спикер верхней палаты Валентина Матвиенко напомнила, что в апреле госпожа Москалькова покинет должность уполномоченного по правам человека, поскольку не может занимать ее более двух сроков: «Так устроено законодательство». Она предположила, что сенаторы «двумя руками» поддержали бы пролонгацию полномочий действующего омбудсмена, но «так устроен наш закон». «Авторитет уполномоченного по правам человека в России один из самых высоких среди различных структур и органов. Это надо было заслужить. Вы — заслужили»,— констатировала она.

Андрей Прах