Защитник не дождался компенсации
Известный адвокат рассчитывал потратить миллионы долларов на очистку Чукотки
Как стало известно “Ъ”, вслед за отказом в прекращении тянущегося 18 лет уголовного преследования проживающему в Испании и находящемуся в международном розыске известному адвокату Борису Кузнецову (признан иноагентом) Мосгорсуд отказал и в выплате $21 млн за несоблюдение разумных сроков предварительного расследования. Компенсацию защитник собирался направить на Чукотку для «очистки территории от металлического мусора, рекультивации земли в местах, где добывали золото, олово, ртуть».
Борис Кузнецов (признан иноагентом)
Фото: Павел Кассин, Коммерсантъ
Борис Кузнецов (признан иноагентом)
Фото: Павел Кассин, Коммерсантъ
Признанный иноагентом адвокат Борис Кузнецов намерен обжаловать вступившее в законную силу в середине января нынешнего года решение Мосгорсуда об отказе в выплате ему денежной компенсации за несоблюдение разумных сроков предварительного расследования. Защитник не согласен с доводами ответчиков в лице Минфина, Следственного комитета России (СКР) и поддержавшей их позицию судьей Региной Михайловой о том, что единственной причиной тянущегося почти 18 лет в отношении него предварительного следствия является он сам.
Как уже рассказывал “Ъ”, под уголовное преследование 81-летний Борис Кузнецов (признан иноагентом), до прихода в адвокатуру работавший в питерском и магаданском угрозыске, а потом уже как защитник участвовавший в целом ряде резонансных дел, попал еще 13 июля 2007 года.
Тогда прокуратура Москвы возбудила в отношении него уголовное дело по факту разглашения гостайны, за что ему грозило до четырех лет лишения свободы. По мнению ФСБ, представляя интересы арестованного члена Совета федерации Левона Чахмахчяна, адвокат передал в Конституционный суд, не имеющий доступа к гостайне, справку-меморандум ФСБ с грифом «секретно» из уголовного дела. В ней содержалась стенограмма телефонных разговоров задержанного 2 июня 2006 года при получении взятки в $300 тыс. сенатора Чахмахчяна с другими фигурантами расследования.
Из России в США, где получил политическое убежище, адвокат уехал за два дня до возбуждения в отношении него уголовного дела. Обвинение ему было предъявлено почти через полтора года заочно уже ГСУ СКР. Так же заочно в 2013 году защитника арестовал Пресненский райсуд столицы.
С тех пор предварительное следствие в отношении фигуранта в связи с розыском многократно возобновлялось и вновь приостанавливалось. Все эти решения защитник безуспешно обжаловал как в судебных инстанциях, так и в органах прокуратуры и следствия. В частности, последние всякий раз уведомляли заявителя, что без его участия дальнейшие «необходимые следственные и процессуальные действия по уголовному делу» невозможны.
В итоге в конце прошлого года иноагент Кузнецов обратился в Мосгорсуд с административным иском, затребовав с Минфина и СКР компенсацию в размере $21 млн за нарушение права на досудебное производство по уголовному делу в разумный срок.
«Я не хочу обогащаться за счет российского бюджета. Если мне присудят $21 млн, то 99% суммы я намерен направить на Чукотку для очистки территории от металлического мусора, рекультивации земли в местах, где добывали золото, олово, ртуть»,— заявил тогда “Ъ” истец. Впрочем, в удовлетворении заявленных требований ему было отказано.
Суд пришел к выводу, что «длительность проведения предварительного следствия, составляющая 17 лет 7 месяцев и 21 день, в настоящем случае вызвана исключительно поведением самого заявителя, которое объективно препятствует оперативно и в полной мере проводить необходимые процессуальные и следственные действия по уголовному делу».
Отклонив аргументы истца, судья Регина Михайлова пришла к выводу, что «в ситуации, когда обвиняемый Борис Кузнецов (признан иноагентом. — „Ъ“) находится за пределами Российской Федерации весь период осуществления в отношении него уголовного преследования, длительность досудебного производства по данному уголовному делу является допустимой».
В ноябре прошлого года СКР отклонил и ходатайства иноагента Бориса Кузнецова о прекращении его уголовного преследования в связи с отсутствием состава преступления, а также об отмене меры пресечения и прекращении розыска.
«У меня есть намерение вернуться в Россию... Я старый человек и хочу умереть в стране, где родился...» — говорилось в обращении фигуранта к руководству ГСУ СКР по Москве.