«Начать войну легче, чем из нее выйти»
Максим Юсин — о перспективах американской кампании против Ирана
Катар и Объединенные Арабские Эмираты настаивают на скорейшем прекращении войны с Ираном. По данным Bloomberg, они в частном порядке пытаются убедить президента США Дональда Трампа перейти к деэскалации. Кроме того, Доха и Абу-Даби якобы ищут союзников в коалицию, чтобы добиться дипломатического завершения конфликта. Обозреватель “Ъ FM” Максим Юсин задумался о стратегии президента Трампа в войне с Ираном.
Фото: Геннадий Гуляев, Коммерсантъ
Фото: Геннадий Гуляев, Коммерсантъ
По мере того, как США втягиваются в боевые действия против Исламской Республики, американские должностные лица, конгрессмены и военные все чаще делают противоречащие друг другу, путаные заявления, что позволяет предположить: многих из них операция застала врасплох и они на ходу пытаются выработать за президента и для президента выигрышную стратегию. При этом сам глава Белого дома с этим, похоже, не спешит.
Президент пока ограничивается хлесткими постами в соцсетях, кичливо-хвастливыми фразами, угрозами и туманными намеками. Но если говорить в целом об администрации, команде Трампа, то не может не броситься в глаза: она все чаще путается в показаниях. В первую очередь это касается целей операции. Вначале Дональд Трамп уверял, что стремится положить конец ядерной и ракетной программам Тегерана. Потом стал говорить о необходимости смены власти в стране и даже сообщил, что у него на примете есть целых три кандидатуры на высший пост в Иране.
Параллельно появилась тема личной мести, это Трамп особенно любит. Будто бы аятолла Хаменеи был убит в отместку за то, что Тегеран дважды пытался организовать покушение на американского лидера. «Но я достал его прежде, чем он достал меня»,— гордо провозгласил хозяин Белого дома в своем неподражаемом стиле 10-летнего мальчишки.
Но тут произошла крайне неприятная вещь: версию шефа стали опровергать его же подчиненные.
Госсекретарь Марко Рубио в беседе с конгрессменами заявил, что США не наносили ударов ни по верховному лидеру, ни по другим руководителям Исламской Республики. Собственно, и без этого было понятно, что аятоллу убили израильтяне, а не американцы, поэтому бахвальство Трампа чужими «достижениями» выглядело странновато. А тут еще и Рубио подлил масла в огонь.
Неожиданно и сам президент стал утверждать, что в принципе готов начать переговоры с уцелевшими иранскими лидерами. А как же тогда объявленная цель сменить власть в Тегеране, свергнуть диктаторский режим? А как же народное восстание, которое Трамп пытался вызвать и которому обещал всеми силами способствовать? Да и с ликвидацией ракетной программы как-то не складывается пока. Ракеты по противникам Тегерана по-прежнему летят.
Чтобы раз и навсегда решить проблему, одних ударов с воздуха явно недостаточно. Нужна сухопутная операция, а на нее американцы и израильтяне едва ли решатся: слишком много будет потерь, да и благоприятный исход отнюдь не гарантирован.
Пока складывается впечатление, что после первого сокрушительного удара союзники не знают, как им себя дальше вести.
Если Иран не обрушится, если будет и дальше оказывать сопротивление, ситуация может зайти в тупик. И с какого-то момента, уже очень скоро, каждый дополнительный день войны будет работать на Тегеран. Потому что Америка Трампа, да и Израиль при любой власти, при любом премьере — это бегуны на короткие дистанции. К долгой, затяжной кампании они не приспособлены. Ее будет сложно выдержать и израильскому, и тем более американскому обществу, вообще не понимающему, зачем их страна ввязалась в чужой конфликт за тысячи миль от родных берегов с непонятными целями и под ложными, лукавыми предлогами.
Уже очень скоро и пресса, и демократы в Конгрессе станут все более настойчиво задавать Трампу и его команде неудобные вопросы. И легко можно представить себе, как Александрия Окасио-Кортес или кто-то еще из харизматичных демократов в Палате представителей предъявят Трампу и его команде фото девочек, погибших под бомбами в иранской начальной школе. И спросят: «Господин президент, вы по-прежнему верите, что после такого вы попадете в рай?». А о вожделенной Нобелевской премии мира и вспоминать станет неприлично.
В общем, вполне может случиться так, что из всех стратегий в отношении Ирана для Трампа в какой-то момент актуальной останется только одна — стратегия выхода. Конечно, это не будет обставлено как бегство, ассоциаций с уходом Джо Байдена из Афганистана не должно возникать. Прозвучат пафосные фразы о сокрушении на века иранской ядерной программы, уничтожении тысяч ракет и пусковых установок, убийстве «сотен злых людей» и змее, у которой наконец-то вырвали ее ядовитое жало. Но суть от этого не изменится.
Если США не сумеют поменять власть в Тегеране, итогом этой войны станет их поражение и победа иранцев.
И здесь не так уж важно, какой ценой эта победа далась, кого из лидеров страны американцы и израильтяне убили и еще убьют. У шиитов всегда был культ мучеников. И мстить они умеют не сразу, со временем. Месть — это блюдо, которое подается холодным. Особенно на Востоке. Жаль только, что ее объектами, скорее всего, станут не те, кто отдавал приказ бомбить Исламскую Республику, а ни в чем не повинные рядовые граждане США, Израиля и, возможно, европейских государств.