«У иранцев любая угроза их независимости вызывает отторжение и осуждение»

США и Израиль начали новую военную операцию в отношении Ирана с убийства верховного лидера страны Али Хаменеи и других высокопоставленных официальных лиц и призывов к оппозиции брать власть. Однако быстро добиться госпереворота у них не получилось, и теперь в Вашингтоне и Тель-Авиве не исключают, что операция продлится дольше запланированного. О том, как могут далее развиваться события в Иране и регионе, корреспондент “Ъ” Елена Черненко поговорила с бывшим чрезвычайным и полномочным послом РФ в Тегеране Александром Марьясовым.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

— Как вы считаете, то, как развиваются события с тех пор, дает ли основания полагать, что расчет Вашингтона и Тель-Авива на смену режима в Иране оправдается?

— Действительно, одной из главных целей военной операции против Ирана президент США Дональд Трамп и премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху объявили свержение режима Исламской Республики Иран. Они призвали оппозицию захватывать власть после американо-израильских «сокрушительных ударов» по Ирану.

Правда ли Дональд Трамп и Биньямин Нетаньяху верят в реализуемость этой задачи или это чисто риторические призывы, чтобы, так сказать, взбодрить противников режима, сказать трудно. Однако с самого начала эта задача была невыполнимой. Надо знать характер иранцев, для которых любая угроза их независимости вызывает незамедлительную реакцию отторжения и осуждения.

Но, что еще важнее, в Иране нет реальной, хорошо организованной и сильно мотивированной оппозиции. Таковой нельзя считать золотую молодежь, отдельных представителей интеллигенции и бизнеса, которые выступают за ослабление ряда религиозных запретов и уменьшение роли духовенства в общественно-политической жизни общества, но не готовы вступать в прямую конфронтацию с властями.

Более серьезная оппозиционная мотивация у либерально-прагматического крыла иранского истеблишмента, которое выступает за нормализацию отношений, прежде всего торгово-экономических, со странами Запада. Однако в периоды нахождения у власти во время президентства Мохаммада Хатами и Хасана Роухани они скомпрометировали себя компромиссами с США, не добившись взамен уступок в плане снятия санкций и не улучшив социально-экономическую ситуацию в стране. Понятно, что после американо-израильской агрессии против Ирана их шансы на возвращение к активной политической деятельности окончательно обнулились.

Сейчас временное руководство страной возложено на триумвират в составе президента Масуда Пезешкиана, главы судебной власти Голам-Хосейна Мохсени-Эджеи и члена Совета стражей конституции аятоллы Арафи. Затем, скорее уже после завершения военных действий, будет назначен преемник погибшего верховного руководителя Али Хаменеи в соответствии с процедурами, установленными конституцией Исламской Республики Иран.

— Как долго сможет Иран сопротивляться внешней агрессии, особенно если коалиция атакующих расширится? Готово ли, на ваш взгляд, иранское общество к затяжной войне? И не контрпродуктивны ли в этом контексте атаки Ирана на американские (и не только) объекты в странах Персидского залива и за его пределами?

— И без того сильная мотивация иранцев к сопротивлению агрессии еще больше возросла после гибели верховного руководителя ИРИ Али Хаменеи в результате ракетного удара. Он был не просто политическим руководителем, но и высшим религиозным авторитетом и духовным наставником миллионов иранцев и многих шиитов за рубежом. Его гибель в глазах иранцев — это мученическая смерть за веру и правое дело.

Высшие духовные авторитеты Ирана объявили джихад —священную войну США и Израилю. Иранцы, как я полагаю, будут только наращивать ответные удары по американо-израильским целям — им отступать некуда. Иран сознательно распространяет свои ракетно-дроновые удары на американские военные базы в странах Персидского залива, призывая их власти добиваться вывода этих баз со своей территории. Несмотря на осуждение действий Ирана, страны Персидского залива, как и другие арабские соседи Тегерана, вряд ли осмелятся на ответные силовые действия, равно как и другие союзники США, включая Францию и Англию.

— А вы в последние дни общались с кем-то из друзей и бывших коллег в Иране? Какие там настроения?

— У иранских коллег, с которыми я разговаривал в последнее время, настроение вполне боевое. Они уверены, что Ирану удастся выстоять в войне с США и Израилем.

— В МИД РФ действия США и Израиля, атаковавших Иран одновременно с переговорами, уже во второй раз причем, назвали издевательством над дипломатией. Как вообще договариваться о чем-либо с государствами, которые подрывают многосторонние договоренности, как было с выходом США из иранской ядерной сделки, и используют двусторонние переговоры как ширму для подготовки агрессии?

— У иранцев больше нет доверия к американцам. Как недавно заявил в интервью министр иностранных дел Ирана Аббас Аракчи, какой смысл вести переговоры, если они используются как прикрытие для подготовки военных действий против Ирана.

— Не зря ли Иран в свое время не пошел по пути создания ядерного оружия? Или, может быть, на фоне последних событий в Тегеране решат, что им нужна ядерная бомба? КНДР ведь не бомбят.

— Думаю, что такие мысли вполне могут появиться у нового руководства ИРИ, если западные страны продолжат игнорировать обоснованные заверения Тегерана в мирном характере иранской ядерной программы и не пойдут на серьезные контролируемые договоренности по снятию всяких сомнений на этот счет.