Нефть поставили на паузу
Блокировка Ормузского пролива обойдется дорого самому Ирану
Торговля через Ормузский пролив на фоне эскалации конфликта на Ближнем Востоке фактически приостановлена: по меньшей мере 150 танкеров бросили якорь в открытом море, не дойдя до Ормуза, как минимум два судна из попытавшихся пересечь его были атакованы. Даже кратковременное закрытие пролива обернется удорожанием фрахта и страхования, считают аналитики. Стоимость нефти при этом может превысить отметку $100 за баррель. Полная же блокировка заметно ограничит предложение нефти и потребует от поставщиков поиска новых цепочек поставок. Несмотря на эскалацию военных действий и угрозы иранских властей, длительная пауза в работе канала пока рассматривается как маловероятный сценарий, прежде всего потому, что одним из главных пострадавших в результате окажется сам Иран.
Из-за тумана войны Ормузский пролив остается «проливом
Шредингера» — не зная, открыт он или закрыт, большинство
судоводителей вчера предпочли встать на якорь, не входя в
рискованные воды
Фото: Amr Alfiky / Reuters
Из-за тумана войны Ормузский пролив остается «проливом
Шредингера» — не зная, открыт он или закрыт, большинство
судоводителей вчера предпочли встать на якорь, не входя в
рискованные воды
Фото: Amr Alfiky / Reuters
Торговые суда не могут пройти через Ормузский пролив, следует из данных систем отслеживания морских перевозок. Пролив — стратегически важный коридор, который соединяет Персидский залив с Оманским, через него поставляется 30% всего мирового оборота сжиженного природного газа (СПГ) и около 20% нефти и нефтепродуктов. По подсчетам Reuters, как минимум 150 танкеров, не дойдя до пролива, бросили якорь в открытом море. Фактическая блокировка Ормуза — ответ Ирана на военную операцию Израиля и США.
Пока официальные заявления иранских властей противоречат друг другу: так, утром 1 марта о закрытии пролива говорил член Совета по определению политической целесообразности принимаемых решений (высший совещательный орган Ирана) Мохсен Резаи, а вечером того же дня глава МИД Ирана Аббас Аракчи, напротив, утверждал, что коммерческое судоходство в проливе не заблокировано.Между тем как минимум два танкера, которые попытались его пройти, были атакованы Ираном.
Происшествий с российскими судами в районе пролива не зафиксировано, сообщил Минтранс РФ (что, впрочем, не проясняет судьбу танкеров теневого флота, которые довольно часто меняют собственников и регистрацию для избегания санкционных ограничений). На фоне усиливающихся рисков проход своих судов через коридор приостановили крупнейшие судоходные компании Германии, Японии, Франции и других стран.
Даже короткая пауза в движении через пролив гарантированно приведет к удорожанию фрахта и страхования, отмечают аналитики Barclays и ING.
На прошлой неделе только на новостях об угрозе войны США и Ирана стоимость фрахта супертанкеров класса VLCC (большие нефтевозы, которые вмещают до 2 млн баррелей) с Ближнего Востока в Китай уже подскочила до максимума за шесть лет, превысив $170 тыс. в сутки. Эксперты ожидают обновления рекордных значений в начале следующей недели. Затянувшаяся же пауза, отмечают в Barclays, приведет к тому, что цена на нефть марки Brent поднимется выше отметки $100 за баррель. В пятницу она впервые с июля 2025 года (предыдущая эскалация) была выше $73 за баррель.
Полный запрет на движение торговых судов обернется серьезными убытками как минимум для Ирака, Кувейта, Саудовской Аравии и ОАЭ, которым предстоит перестраивать цепочки поставок, удлиняя их в связи с необходимостью обхода Африки вдоль западного побережья. Чувствительными ограничения будут и для Катара, который остается вторым по величине в мире экспортером СПГ (его поставки составляют 20% мировых). Бесперебойное движение через Ормуз принципиально важно и для самого Ирана: при блокировке пролива и военных действиях, которые за ней последуют, экспорт из Тегерана может быть также ограничен. Выпавшие поставки оцениваются примерно в 2 млн баррелей в сутки (б/с). Блокировка повлечет за собой в том числе приостановку отгрузок в Китай, на который приходится более 75% всего нефтяного экспорта страны. По данным Kpler, в 2025 году КНР закупала в среднем 1,38 млн баррелей иранской нефти в сутки — это 13,4% от общего объема нефти, поставляемой в страну по морю.
Воспользоваться сложившейся ситуацией и нарастить отгрузки в КНР теоретически может Россия (страна выиграет и от роста цен на нефть, который критически важен в контексте падающих в последние годы нефтегазовых доходов российского бюджета). Впрочем, для Пекина расширение закупок российской нефти при этом несет риск возможного обострения отношений с США: по торговому соглашению, заключенному по итогам «тарифной войны», Китай согласился ограничить такие поставки, однако с конца прошлого года они, напротив, растут.
Отметим, в последние годы иранские власти угрожали блокировкой Ормуза регулярно, однако до сих пор не закрывали пролив полностью именно из-за рисков для самого Ирана. По той же причине нынешняя приостановка не продлится долго, считают аналитики. Такой сценарий пока, по всей видимости, не заложен и в прогнозы ОПЕК+. Восемь стран организации на фоне эскалации конфликта приняли решение увеличить максимально разрешенный уровень добычи нефти в апреле на 206 тыс. б/с по сравнению с мартом. Эта не слишком большая корректировка свидетельствует о том, что глобально риски кризиса предложения углеводородов пока оцениваются как незначительные.
Фотогалерея
«Львиный рык»
Фото: Fatemeh Bahrami / Anadolu / Getty Images
Фото: Leo Correa / AP
Фото: Majid Asgaripour / WANA / Reuters
Фото: Socia Media / Reuters
Фото: Majid Asgaripour / WANA / Reuters
Фото: Leo Correa / AP
Фото: Reuters / Rami Shlush
Фото: Majid Asgaripour / WANA / Reuters
Фото: Ohad Zwigenberg / AP
Фото: Gideon Markovitz / Anadolu / Getty Images
Фото: Leo Correa / AP
Фото: Mohmmed Salem / Reuters
Фото: Stringer / Reuters
Фото: Leo Correa / AP
Фото: Majid Asgaripour / WANA / Reuters
Фото: Hassan Ammar / AP
Фото: Reuters
Фото: Toby Melville / Reuters
Фото: ISNA / AP
Фото: Ohad Zwigenberg / AP
Фото: Mohammed Salem / Reuters
Фото: Vahid Salemi / AP
Фото: Oded Balilty / AP
Фото: Johannes Christo / Reuters
Фото: Hadi Mizban / AP
Фото: Amr Alfiky / Reuters
Фото: Mukhtar Khan / AP
Фото: Majid Asgaripour / WANA / Reuters
Фото: Hiro Komae / AP
Фото: Hamad I Mohammed / Reuters
Фото: Itay Cohen / Reuters
Фото: Muhammad Farooq / AP