Коротко

Новости

Подробно

Газета "Коммерсантъ" от

 Выставка де Кунинга в Вашингтоне


Последний из великих голландцев стал последним из "великих американцев"

       В Национальной галерее в Вашингтоне открылась выставка Виллема де Кунинга (Willem de Kooning), посвященная его 90-летнему юбилею. На ней представлено 77 живописных произведений, созданных художником между 1948 и 1986 годами. Это самая большая и представительная экспозиция последнего оставшегося в живых абстрактного экспрессиониста за все долгие годы его творчества.
       
       Голландия всегда была для западного мира своего рода землей обетованной с молочными реками и кисельными берегами. В качестве кисельных берегов выступали польдеры, отвоеванные у моря, — земли, на которых пасутся лучшие в мире коровы и процветает лучшее в мире сельское хозяйство.
       Четкие геометрические очертания польдеров на географической карте сразу бросаются в глаза, сильно отличаясь от прихотливых извивов естественной береговой линии. Народ, способный выровнять природу, должен обладать характером трезвым, рассудительным, уравновешенным и несколько сухим. Геометричности польдеров вторит и сетка прямых каналов Амстердама, и нарезанные на аккуратные квадраты поля тюльпанов, и старинные дворики, выложенные кафелем в стиле Питера де Хоха, и гениальная уравновешенность композиций Вермера Дельфтского, и изысканные цветовые построения Пита Мондриана или Тео ван Дусбурга.
       Совершенству голландской рассудительности была посвящена недавно прошедшая в Париже выставка современного нидерландского искусства "Аккуратная красота". При всем восхищении группой De Stijl, куда входили Мондриан и ван Дусбург, идеальный порядок их геометрического мира вызывал в памяти слова Михаила Кузмина "мой друг, Голландия скучна". За аккуратностью каналов, полей, польдеров и плотин теряется другое лицо Голландии, может не менее свойственное этой стране, чем строгая физиономия морализирующего протестантского реализма, представленного на недавней выставке в Париже.
       Ядовитые туманы, болезненный воздух и связь с далекими экзотическими странами, характерные для портового Амстердама, вносили в атмосферу этого города притягательный привкус преступления и смерти. Обманчивым и нереальным, как будто сотканным из дождевых капель, рисовался Амстердам Шарлю Бодлеру. В "Дневнике вора" Жана Жене амстердамские портовые притоны становятся идеальной питательной средой для его монстров. В фильмах Гринуэя название Holland, будь то улица в "Подсчете утопленников" или ресторан в картине "Повар, вор, его жена и ее любовник", обозначает начало атаки, с которой режиссер обрушится на на человеческие чувства — чтобы зритель чувствовал себя, как при созерцании натюрмортов Кальфа и ван Альста, где в беспорядке смешаны различные экзотические фрукты и предметы, во множестве привозимые все в тот же амстердамский порт.
       Такой неистовый шквал ощущений не вяжется с аккуратной красотой. И не случайно Амстердам стал столицей наркоманов и хиппи. Расчерченная сетка прямых линий его ландшафта прикрывает безумный мир наркотических снов и чувств, словно подтверждая правоту уже цитированного Михаила Кузмина — "кто выдумал, что мирные пейзажи не могут быть ареной катастроф?" Время от времени уставая от собственной уравновешенности, голландская культура порождает гениев, изумляющих Европу красочным безумием как жизни, так и творчества. В XVII веке таким гением был Франс Халс, в XIX — Винсент ван Гог, в XX — Виллем де Кунинг. Всех трех сближает ярость и откровенность, превращающие их полотна в сгусток живой органики, дышащий и мыслящий уже вне зависимости от воли творца. Похоже, это оборотная сторона протестантского реализма, alter ego его пуризма и перманентная черта голландской культуры.
       Виллем де Кунинг родился в 1904 году, в один год с Дали, в Роттердаме. В 1926 он уехал в Нью-Йорк и больше в Голландию не возвращался, недолюбливая свою родину за затхлость и провинциальность, как он сам говорил. В этом он сходился с ван Гогом, хотя особой любви к этому художнику при всем их очевидном родстве де Кунинг не испытывал. С 1948, когда состоялась первая персональная выставка де Кунинга в Музее современного искусства в Нью-Йорке, его имя тесно связывается с "абстрактным экспрессионизмом", центральным явлением в американской живописи 50-х — 60-х годов. В 1950, благодаря абстрактной композиции под названием "Раскопки", написанной специально для Венецианской биеннале, он получает мировую известность и становится, наряду с Поллаком, Уорхолом, Раушенбергом и Лихтенштейном, одним из "великих американцев". Но какая-то ностальгия по Голландии у де Кунинга, видимо, осталась. Во всяком случае, художник часто говорил, что пляжи Род-Айленда очень похожи на песчаные дюны около Роттердама, добавляя, впрочем, "насколько я помню".
       Выставка в Вашингтоне делает ключевым именно 1948 год, полностью игнорируя фигуративный период де Кунинга. В отличие от экспрессионизма как такового, озабоченного в том числе и тем, чтобы выражать мир внешний, абстрактный экспрессионизм предполагал, что художник концентрируется лишь на внутреннем мире, на своих индивидуальных переживаниях и только на них. Центральной темой для американских экспрессионистов была не уродливая и прекрасная урбанистическая стихия с ее сутолокой, витринами, манекенами, машинами, ворами, проститутками, кабаре и ресторанами, а чувства, ею порожденные. Через изломанные линии и углы абстрактные экспрессионисты передавали потерянность и страх влюбленного в большой город современного художника.
       Урбанизм стал главной темой де Кунинга. В его полотнах, в хаосе мрачных пятен, сквозь которые иногда просвечивает некое подобие фигуративности, бессмысленно искать какие-либо реальные образы толп Бруклина и неразберихи Манхэттена. В красочном сумбуре угадывается только один внутренний монотонный стон художника. И он ни на миг не прерывается. Начиная со времен Древнего Рима, любовь к буколикам и георгикам всегда связана с тоской большого города по свежему воздуху. Де Кунинг также создает целую серию пасторалей, но они ничем не отличимы от полотен, навеянных образом Бруклинского моста. И здесь опять — один внутренний монотонный стон.
       Абстрактный экспрессионизм зародился в Нью-Йорке и благодаря Нью-Йорку. В нем выражены не только и не столько переживания метрополиса, свойственные немецкому экспрессионизму 20-х годов и известные хотя бы по одноименному фильму Фрица Ланга, сколько желание создать беспрецедентное космополитическое искусство, достойное новой столицы мира. Искусство это мыслилось таким же великим и ужасным, как сам Нью-Йорк. Творец подобного искусства не мог быть ничем связан, никакой реальностью, никакой условностью. Он должен был раствориться в своем внутреннем мире, равном космосу. Такими художниками космополиса стали Виллем де Кунинг и Джексон Поллак.
       С 1990 года де Кунинг — жертва болезни Альцгеймера — не только не в силах творить, но и не способен общаться. Выставку, посвященную его 90-летию, можно было бы озаглавить "Свинцовое эхо". Так называется стихотворение английского поэта Хопкинса о разрушительной силе времени.
       
АРКАДИЙ Ъ-ИППОЛИТОВ
       
       Далее выставка будет показана в Metropoliten Museum в Нью-Йорке (11 октября — 8 января 1995 г.) и в Tate Gallery в Лондоне (16 февраля — 7 мая 1995 г.).
       

Комментарии
Профиль пользователя