Дорога к кизуне

рассказывает Анна Ъ-Килимник

Японское медленно, но верно входит в нашу жизнь, превращая ее во фьюжн с явными дальневосточными нотками. Никого уже не удивляет, что в ресторанных меню фахитос могут упоминаться на соседних страницах с сасими. Во французском городе Грасс, издавна считающемся столицей парфюмерии, вы все равно не сможете забыть, что Кензо Такада родился все же не здесь, а в Киото. Наконец, Mazda6 хоть и выглядит вполне по-европейски, дух имеет очень даже самурайский. Во всяком случае, именно в этом меня пытался убедить Йоичи Сато — главный дизайнер новой Mazda6.

Но прежде он вежливо признался: "Знаете, а ведь уровень японского автомобильного дизайна не так высок". Рано или поздно, конечно, кто-то должен был найти в себе силы произнести вслух то, что и так всем давно известно. Силы нашел в себе Йоичи Сато.

Еще он сказал, что его это поражает, ведь Япония раскрыла миру глаза на современный дизайн, главный постулат которого: красота должна быть целесообразной. Здесь никогда не разделяли предметы на художественные и бытовые, такие как чашка, телевизор или диван. Все они красивы до совершенства и столь же просты. Но японский автомобильный дизайн всегда состоял из отсутствия всякого дизайна. Безликость, возведенная в степень технического совершенства. "Но мы просто обязаны выразить японское культурное и социальное своеобразие в дизайне современного автомобиля, подчеркнув тем самым индивидуальность Mazda — то, что мы называем экзотическим авангардом",— Сато-сан выглядел подлинным революционером, произносящим смелые и крамольные фразы, возвышаясь над растерянной толпой.

До этого дизайнеры японских марок как-то скромничали, кивая на так называемый j-фактор (от "japanese"). Мол, если найти его в простом, как палочки для еды, японском седане, вычленить, усилить и закрепить, он сделает этот добротный и неубиваемый автомобиль еще и эстетически привлекательным. Но фактор "японскости" до сих пор так и не найден, и сотрудники Mazda признались, что начинают опять с нуля.

Хотя какой же тут ноль? За основу взято предыдущее поколение Mazda6, даже платформа та же, а не от нового Ford Mondeo, как предполагали многие. Габариты седана заметно увеличились: в длину на 65 мм, в ширину на 15 мм, в высоту на 5 мм. Помимо привычных двигателей 1,8 л и 2,0 л появился мотор 2,5 л — вместо прежнего 2,3 л.

Чтобы Mazda6 приобрела безошибочно узнаваемый фирменный стиль, ее создатели умножили "юген" на "рин", а потом еще на "сеичи", и в результате должны были получить "кизуну". Без словаря тут не обойтись. И начинать лучше с конца.

"Кизуна", как объяснили японские автомобилестроители,— это дружба между людьми. Именно это должен испытывать человек к своей Mazda6. Иными словами, дух zoom-zoom получил новое, более глубокое и философское осмысление.

Чтобы мы достигли "кизуны", Mazda6 переработана по трем приоритетным направлениям. "Юген" означает гармонию с природой. Или умиротворенность и плавность, как на полотне "Сосны" японского художника XVI века Тохаку Хасегавы. Прежняя Mazda6 художественно переосмыслена, что выражено в мягкости переливов передней части кузова и приборной панели. Добавились новые краски. Теперь можно выбирать уже из трех вариантов кожи: помимо черного появились светло-серый и дымчатый зеленый Misty Green. Добавился и еще один, совершенно новый, приглушенный цвет кузова — сиреневый металлик Lilac Silver.

"Рин" означает достоинство. Это слово похоже на острое лезвие самурайского меча. Все выверенные перепады на боковых частях кузова должны пробуждать желание честного поединка если не с японским воином, то с простым участником дорожного движения. Чтобы Mazda6 выглядела еще сильнее, придуман комплект оборудования Sport Appereance Package. Решетка радиатора здесь более выразительна, у порогов и заднего бампера — специальные накладки, а еще заостренный спортивный задний спойлер, блоки задних фонарей с отделкой под металл и легкосплавные 18-дюймовые диски нового дизайна с объемными формами спиц.

"Сеичи" есть проявление изысканности и совершенства, что на бытовом уровне означает внимание к деталям. В нашем случае это минимизированный зазор между капотом и крыльями, аккуратная рамка из нержавеющей стали у бокового остекления кузова. Щетки стеклоочистителей скрыты под капотом, что придает особую аккуратность внешнему виду. Появились сдвижной центральный подлокотник из кожи, фактурная отделка центральной консоли. Всего этого в Mazda6 первого поколения не было.

Впрочем, как это часто случается у японцев, средневековая философия странным образом ужилась с хай-теком. Создавая те самые изысканность и совершенство, дизайнеры вдохновлялись не только мидзухики — древним искусством создания узоров путем завязывания различных узелков, но и — не удивляйтесь — мобильным телефоном. Причем телефон этот был не просто абстрактным, на определенном этапе работы он материализовался в модный Infobar2, этакий техногенный брусок дизайна от Наото Фукасавы. Этот японский дизайнер хоть и не имеет прямого отношения к Mazda6, в некотором роде оказал на нее влияние. Владелец собственного промышленного брэнда "+/-0" очень важным считает "память тела", когда предмет является неким продолжением человека. В понимании Фукасавы идеальный пример здесь — именно мобильный телефон, так удобно лежащий в ладони и так просто управляемый. Использовав эту эргономическую концепцию, инженеры Mazda6 создали CF-Net — сеть пересекающихся функций, управление которыми сосредоточено в шести кнопках, расположенных на рулевом колесе, как раз под большим пальцем левой руки. Незачем теперь тыкать в кнопки на центральной консоли: аудиосистема, маршрутный компьютер, кондиционер и даже навигация — управиться со всем этим можно как традиционным, так и продвинутым способом, "с руля".

Вообще, современной японской культуры в Mazda6 вложили, возможно, даже больше, чем хотели. Например, за рулем себя чувствуешь как за штурвалом гандама — биоробота из бесконечного аниме-сериала. Mazda6 кажется такой же сильной и ловкой — при всей своей видимой громоздкости. Особенно это оценят те, кто в детстве был лишен удовольствия поиграть в роботов и прочую техногенную нечисть. Ведь zoom-zoom — это детский восторг от игры в машинки. Такие как гандам. Ой, простите, седан.