Паллиативный подход

Президентский Совет по правам человека (СПЧ) обсудил с Минздравом и Минтрудом совершенствование системы паллиативной помощи. Члены совета предложили оказывать такую помощь не только неизлечимым пациентам, но и тем, кто имеет шанс на выздоровление. При обсуждении этих инициатив чиновники призвали масштабировать паллиативный опыт Москвы на всю страну.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

В понедельник, 9 февраля, Совет по правам человека провел расширенное заседание на тему совершенствования системы паллиативной помощи. Ранее этот вопрос был затронут на встрече с президентом в декабре 2025 года. Тогда врач Ольга Демичева попросила президента изменить ФЗ-323 об основах охраны здоровья граждан, чтобы паллиативная помощь стала доступна не только неизлечимым пациентам, но и людям с тяжелыми и угрожающими жизни заболеваниями, имеющим шанс на выздоровление. Президент согласился: «Безусловно, здесь нужно вводить определенные коррективы, не исходить из того, что паллиативная медицина направлена просто на поддержание жизни тех людей, которые страдают неизлечимыми заболеваниями».

Эти слова госпожа Демичева повторила в начале заседания совета. Говоря о законодательных изменениях, она сослалась на Всемирную организацию здравоохранения (ВОЗ), которая с 2002 года не использует термин «умирающие больные».

Согласно нормам ВОЗ, паллиативную помощь должны получать «пациенты, оказавшиеся перед лицом угрожающего жизни заболевания». Этот подход врач считает правильным использовать и в российском ФЗ-323.

Также госпожа Демичева предложила создать единый федеральный регистр пациентов, которым требуются одновременно и паллиативная помощь, и услуги системы долговременного ухода (СДУ). Врач напомнила, что сейчас модель СДУ не позволяет оформить такой уход за паллиативными больными. Для них действуют иные меры поддержки — компенсационные выплаты по уходу и медицинская помощь, однако этого недостаточно.

Представитель Минтруда Тарас Васько не согласился с претензиями госпожи Демичевой, заявив, что ведомство оказывает услуги долговременного ухода всем нуждающимся, в том числе и пациентам с паллиативным статусом. По словам господина Васько, сейчас в рамках СДУ обслуживаются 174 тыс. человек, из которых 5,8 тыс.— имеют такой статус. Также ведомство помогает родственникам паллиативных больных и трудоустраивает их в качестве сотрудников по долговременному уходу. «Нет такого, что система не принимает. Она принимает тех, кто действительно в этом нуждается»,— сказал господин Васько.

Замминистра здравоохранения Евгений Камкин заверил, что Минздрав внимательно следит за этой темой — на программу развития паллиативной помощи ежегодно выделяется 3 млрд руб.

В 2025 году субсидии получили 796 региональных учреждений, сказал замминистра, а 27 тыс. пациентов были обеспечены материалами по уходу на дому. Кроме того, с 2021 года в 3,5 раза увеличилось число пациентов, охваченных паллиативной помощью: ее получили 900 тыс. человек, в том числе 30 тыс. детей. Увеличилось и число бригад патронажной службы — в 2021 году таких было 758, а в 2025-м — уже 1,4 тыс.

Обнародовав статистику, господин Камкин предложил обратить внимание на «успешный опыт Москвы». Это вызвало скептические улыбки у участников заседания. Заметив это, замминистра признал, что столица «совершенно не модельный регион» для остальных субъектов РФ, но по некоторым вопросам ее наработки можно «тиражировать как бы на всю страну».

Тем самым «успешным опытом Москвы» на заседании поделились руководитель столичного департамента соцзащиты Евгений Стружак и его заместитель Оксана Шалыгина. Господин Стружак рассказал, что в Москве механизм оказания паллиативной помощи построен на «взаимоопылении» пациентов социальными и медицинскими работниками. «Когда социальный работник приходит, он проводит функциональную диагностику и может определить, требуется ли помощь медицинского патронажа,— пояснил господин Стружак.— То есть мы с разных сторон в этом плане подстраховались».

Госпожа Шалыгина сообщила, что сейчас в Москве «чуть больше» 300 человек, проживающих в стационарных социальных учреждениях, нуждаются в паллиативной помощи.

Она заверила, что наличие такого статуса не является ограничением для получения социального обслуживания. Также госпожа Шалыгина упомянула другую проблему — по ее словам, социальные учреждения часто боятся брать на обеспечение пациента, которому необходимы наркотические обезболивающие препараты. Это происходит из-за того, что не все учреждения имеют необходимые условия для хранения таких препаратов и не могут вести их учет, пояснила она.

Председатель СПЧ Валерий Фадеев спросил у московских чиновников, чего не хватает регионам для организации такой же успешной системы. Господин Стружак ответил, что каждый департамент должен вести ту работу, которую он хорошо выполняет. «Мы не отвлекаем от профильной работы медицинских работников,— пояснил он.— У каждого свои компетенции. Медицинский работник не для того учился, чтобы разыскивать родственников (пациентов.— “Ъ”)». Впрочем, член СПЧ Екатерина Сморода заступилась за регионы, отметив, что удачные практики в сфере паллиативной помощи есть не только в столице. Она предложила провести еще одно расширенное заседание совета, но уже с участием субъектов, чтобы региональные эксперты и власти могли рассказать о своем опыте.

Полина Мотызлевская