Буйство сказок
В кинотеатрах стартует «Сказка о царе Салтане»
В прокат выходит новая работа режиссера и продюсера Сарика Андреасяна — фильм «Сказка о царе Салтане». Эта адаптация знакомого с детства текста произвела на Юлию Шагельман неизгладимое впечатление.
Гвидон (Алексей Онежен) и царица-мать (Лиза Моряк) выходят на просторы режиссерской фантазии
Фото: К.Б.А. / Кинокомпания братьев Андреасян
Гвидон (Алексей Онежен) и царица-мать (Лиза Моряк) выходят на просторы режиссерской фантазии
Фото: К.Б.А. / Кинокомпания братьев Андреасян
Гуру отечественного коммерческого кино Сарик Андреасян неустанно разрабатывает жилу ремейков советского кино- и мультнаследия в качестве продюсера и режиссера: «Домовенок Кузя» (2024), «Простоквашино» (2025), выходящие весной этого года «Приключения желтого чемоданчика». Одновременно он обратился к самой что ни на есть классике: два года назад снял «Онегина», имевшего приличный кассовый успех, теперь — «Царя Салтана», а вскоре зрителей ждет «Война и мир» его авторства.
В чем господину Андреасяну не откажешь, так это в последовательности и верности себе. Обе его пушкинские экранизации очень похожи, что совсем неудивительно: помимо того же режиссера над ними работали и тот же сценарист Алексей Гравицкий, и тот же оператор Кирилл Зоткин, и те же художники-постановщики и художники по костюмам, и в целом та же команда.
В главных ролях здесь также постоянные соучастники андреасяновских киноэкспериментов: царицу-мать, которую назвали Аннушкой, играет его жена и неизменная муза Лиза Моряк (такая преданность была бы трогательна, если бы зрителям не приходилось поневоле ее разделять), а царя Салтана — муза уже мужского пола и чисто профессионального плана Павел Прилучный, для которого не нашлось места в «Онегине», но в новом фильме режиссер это сполна компенсировал.
Фото: К.Б.А. / Кинокомпания братьев Андреасян
Фото: К.Б.А. / Кинокомпания братьев Андреасян
Фото: К.Б.А. / Кинокомпания братьев Андреасян
Фото: К.Б.А. / Кинокомпания братьев Андреасян
Фото: К.Б.А. / Кинокомпания братьев Андреасян
Фото: К.Б.А. / Кинокомпания братьев Андреасян
Как и «энциклопедия русской жизни», «Царь Салтан» поставлен с большим размахом. Для него вручную изготовили более пятисот костюмов, расшитых «золотом» и «каменьями». Правда, платья, в которые одета Царевна Лебедь (Алиса Кот, тоже уже снимавшаяся у Андреасяна, например в сериале «Жизнь по вызову»), больше напоминают продукцию турецкого свадебного салона и магазинов, специализирующихся на одежде для будуара.
Вручную сделаны и декорации: тронные залы Салтана и князя Гвидона (Алексей Онежен), домик чудо-белки, грызущей золотые орешки, дворцы и башни. Почему при этом все задники выглядят, будто их нарисовала нейросеть (особенно стольный град на острове Буяне, похожий на гибрид Диснейленда и парка Гуэль, как их себе представляет искусственный интеллект), и весьма дурно при этом, вопрос, на который авторы вряд ли захотят ответить.
Вообще, компьютерная графика в фильме вызывающе нехороша. Особенно это бросается в глаза в сценах, где Царевна Лебедь в птичьем обличье плывет по водной глади, с нею не соприкасаясь, или тридцать три богатыря, а с ними дядька Черномор (Артур Ваха) восстают из пучины морской, и это прямо-таки пугает.
Сама постановка следует проверенной «Онегиным» формуле. Закадровый голос читает пушкинский стихотворный текст, в кадре сменяют друг друга весьма хрестоматийные иллюстрации к нему. Некоторые сцены слегка переделаны: так, чтобы объяснить присутствие Салтана под окном у трех сестриц, разыгрывают дивертисмент с его остановкой на ночлег в их доме. Бабариха (Ольга Тумайкина, чей безошибочный комедийный инстинкт делает ее единственным светлым пятном в актерском составе) теперь их мать, причем две злые дочери (Валерия Богданова и Алиса Стасюк) — кровные, а добрая Аннушка — приемная. Также авторы придумали Салтану доверенного постельничего Ваню (Антон Богданов), которого у Пушкина не было.
Как и в «Онегине», между собой персонажи разговаривают прозой, на этот раз стилизованной в духе «инда взопрели озимые» и «паки, паки, иже херувимы». У сценариста Гравицкого нет-нет да и вырвутся современные словечки. «Это совсем не обязательно, царь-батюшка»,— успокаивает Ваня Салтана, в очередной раз вознамерившегося кого-то казнить. «Она не оправдала моих надежд»,— печалится уже сам царь-батюшка, узнав, что супруга родила ему «неведому зверушку».
Музыкальное решение фильма тоже довольно эклектичное. Главной темой авторы выбрали шлягер из «Князя Игоря» Бородина — хор невольниц («Улетай на крыльях ветра») из «Половецких плясок». А «Полетом шмеля» из оперы Римского-Корсакова о царе Салтане почему-то озвучен полет Гвидона в виде мухи.
Под занавес на зрителей внезапно, как половецкий набег, обрушивается хоровое исполнение песни Димы Билана «Невозможное возможно» с сольными рэп-перебивками. Трудно сказать, что именно послужило источником вдохновения: то ли «Белоснежка: Месть гномов» Тарсема Сингха (2012), в финале которой зажигательный индийский танец, то ли «Пророк. История Александра Пушкина» Феликса Умарова (2024), где все пели, танцевали и читали рэп. Или же это печать неподражаемого авторского стиля Сарика Андреасяна.