«Американским властям переданы наши предложения, мяч на их стороне»

В контактах Москвы и Вашингтона на уровне дипломатических ведомств за последний год не было пауз, хотя на фоне разного видения сторонами пределов возможного в диалоге по «раздражителям» в двусторонних отношениях их темп в последнее время замедлился. Об этом в интервью, приуроченном ко Дню дипломата, директор департамента Северной Атлантики МИД РФ Александр Гусаров рассказал корреспонденту «Ъ» Наталии Портяковой. Дипломат также раскрыл, сохраняется ли сотрудничество России с другими странами Северной Атлантики, и поведал о том, как сейчас российским дипломатам работается в Великобритании, Канаде и Ирландии.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

— Каковы сейчас условия работы российских дипломатов в странах Северной Атлантики с учетом крайне недружественной политики властей этих государств по отношению к Москве и негативного отношения общества к России в целом?

— Условия работы наших дипломатов в странах, отношения с которыми курирует департамент Северной Атлантики, оставляют желать много лучшего. Власти этих государств, особенно Британии и Канады, продолжают методично наращивать торосы из искусственных и дискриминационных ограничений на нормальное функционирование российских диппредставительств. Невольно складывается впечатление, что там пытаются «отыграться» на наших дипмиссиях за собственные внешнеполитические промахи и провал политики изоляции нашей страны.

Канули в Лету времена, когда дипломаты могли в полном объеме пользоваться всеми привилегиями и иммунитетами, предусмотренными Венской конвенцией.

Наши оппоненты достаточно утилитарно, если не сказать меркантильно, относятся к выполнению своих международно-правовых обязательств в этой сфере, стремясь стрясти в обмен какие-то поблажки для себя.

В итоге наряду с основной деятельностью российских дипломатических и консульских сотрудников по защите интересов нашей страны и ее граждан немало времени приходится уделять вязкому «торгу» за право дипмиссий выполнять свои базовые функции. В проигрыше, как показывает практика, нередко остаются обе стороны, но наших контрагентов это не смущает.

Кстати, не стал бы категорично говорить об априори негативном общественном отношении к России в курируемых странах. Результаты соцопросов на эту тему сильно разнятся, демонстрируя зависимость от интенсивности продвигаемых в местном медийном поле антироссийских нарративов. По собственному опыту могу сослаться на разительный контраст между фантастическими по своей враждебности небылицами британской прессы о нашей стране и весьма уважительным, в целом доброжелательным отношением жителей Туманного Альбиона к России и нашим соотечественникам. Устойчивое недоверие к официальной пропаганде наряду с сохраняющимся колоссальным интересом местных общественных кругов к нашей стране, ее истории и культуре — это все важные предпосылки для восстановления взаимовыгодного и конструктивного сотрудничества между нашими странами в будущем, когда для этого сложатся необходимые условия.

— В ведении вашего департамента находятся четыре страны, объединенные по географическому принципу. Однако на фоне нацеленности сокращать ресурсы «на направлениях, где партнерами движет не разум, не коренные национальные интересы, а пещерная русофобия», как это год назад сформулировал глава МИД РФ Сергей Лавров, логично ли предположить, что департамент Северной Атлантики занят сейчас преимущественно отношениями с США?

— Безусловно, значительная часть работы департамента Северной Атлантики ввиду возобновившегося в прошлом году российско-американского политического диалога посвящена именно отношениям с США.

Но это вовсе не означает, что другие треки забыты или им уделяется меньше времени и сил. Как я уже сказал, наши дипломатические и консульские работники трудятся в сложных условиях, и это касается всех курируемых нами стран.

Пещерная русофобия — изъян тех, кто ее исповедует.

Мы исходим из того, что призвание и обязанность дипломата — находить общий язык с каждым, пусть это и сопряжено во многих случаях с самоотверженностью и повышенной нагрузкой на наш дипломатический персонал. Особую роль, конечно, играют наши опытнейшие и высокопрофессиональные послы, которые работают в Вашингтоне, Дублине, Лондоне и Оттаве.

— Продолжаются ли контакты с американцами по теме «раздражителей» в двусторонних отношениях или они пока поставлены на паузу? Еще в начале ноября прошлого года Сергей Лавров говорил, что Москва передала Вашингтону предложения по возвращению российской дипломатической собственности и восстановлению авиасообщения между нашими странами? Есть ли подвижки хотя бы по одной из этих тем?

— Контакты по линии МИД России и Госдепартамента США продолжаются весьма активно, паузы в них нет и не было. Как вы помните, за сравнительно короткое время в 2025 году в диалоге под руководством посла России в США Александра Дарчиева и заместителя помощника госсекретаря США Сонаты Коултер удалось выйти на ряд договоренностей, улучшивших условия кадрового комплектования и повседневной жизнедеятельности дипломатических миссий России и США.

С тех пор темп несколько замедлился. Это объясняется разным видением сторонами пределов возможного в диалоге по «раздражителям». Мы считаем правильным, двигаясь от простого к сложному, решительно устранять наиболее серьезные барьеры на пути к оздоровлению отношений между Россией и США. Речь идет прежде всего о «старом должке» Вашингтона по возвращению конфискованной при прежних администрациях российской дипсобственности в США. Импульс перезапуску гуманитарных и торгово-инвестиционных связей могло бы придать возобновление прямого авиасообщения между нашими странами, причем к выгоде прежде всего самих США. Американским властям переданы наши предложения по этим сюжетам, мяч на их стороне.

Сейчас диалог ведется попеременно в Москве и Вашингтоне на рабочем уровне, соответствующем масштабу обсуждаемых тем.

При необходимости, если почувствуем расположенность американских коллег к более серьезному разговору по обозначенным сюжетам, будем готовы к калибровке переговорного формата. Повторюсь, без подвижек по приоритетным для нас вопросам нам трудно представить полноценную нормализацию межгосударственного сотрудничества России и США, открывающую для обеих стран широкие перспективы в сферах торговли, высоких технологий, совместной добычи природных ископаемых, сотрудничества в Арктике и космосе.

— Какие треки сотрудничества остались в двусторонних отношениях России с тремя другими подведомственными вашему департаменту странами — Канадой, Ирландией и Великобританией?

— Если можно найти одну общую черту, которая характеризует текущий этап наших отношений с Великобританией, Ирландией и Канадой, так это не поддающаяся рациональному объяснению легкость, с которой во имя сомнительной политической конъюнктуры властями этих стран были инициативно разрушены почти все двусторонние и обоюдовыгодные наработки последних десятилетий. Свернуты межведомственные, культурно-гуманитарные и межрегиональные связи, до статистических погрешностей низведен товарооборот и обмен инвестициями, почти полностью прекращено взаимодействие по линии правоохранительных органов. Как было упомянуто, на прочность испытываются и дипломатические каналы диалога, хотя их значимость в условиях взвинченной по вине стран Запада военно-политической напряженности в Евроатлантике сложно переоценить.

Стремясь на корню подавить любые признаки инакомыслия в отношении России, власти этих стран активно возводят административные барьеры уже и для собственных граждан. Наглядный пример — принятое Лондоном в 2025 году решение криминализировать любое незарегистрированное взаимодействие своих подданных и бизнеса с «российским государством».

В соответствующем британском законодательстве зримо угадывается влияние сюрреалистичных образов литературного памятника Джорджа Оруэлла «1984»

Поэтому говорить о каком-либо реальном сотрудничестве в преломлении к Британии, Ирландии и Канаде на данном этапе представляется абсолютно некорректным. Для нас, впрочем, оно и не представляет особого интереса, пока в столицах этих стран продолжают вынашивать планы нанесения России «стратегического поражения», разбазаривая собственные истончающиеся бюджеты на подпитку киевских неонацистов.

— Великобритания — одна из стран Европы, которая всегда шла в фарватере США. С приходом Дональда Трампа британцы, правда, осмелели и стали периодически гнуть свою линию, ярчайшим примером чего можно счесть историю с американскими притязаниями на Гренландию. Но в целом Лондон все еще по инерции во многом оглядывается на позицию Штатов. Как считаете, может ли возможная нормализация отношений США с Россией после установления мира на Украине подтолкнуть и Лондон к некоторому отходу от оголтелой русофобской политики? Или это уже неискоренимо?

— Усилия руководства России и США по всеобъемлющему и устойчивому урегулированию вокруг Украины на основе достигнутых в Анкоридже пониманий носят созидательный характер. В Лондоне, напротив, одержимы стремлением нанести нашей стране максимальный ущерб и не позволить конфликту завершиться на приемлемых для нас условиях.

Британский истеблишмент, таким образом, действует во все более очевидной противофазе с общемировым трендом. Однако иллюзий, что конфронтационная антироссийская линия Лондона на ближней дистанции претерпит значимые изменения, у нас нет. Управление украинским конфликтом через марионеточный, заточенный на уничтожение всего русского режим в Киеве остается одним из последних сохраняющихся в арсенале правительства Кира Стармера механизмов политического выживания. Лондон буквально на ежедневной основе сотрясают известия о провалах правящих кругов на внутреннем и внешнем контуре. Из последних — постоянно вскрывающиеся нелицеприятные обстоятельства вовлеченности ведущих представителей британской элиты в дело Эпштейна. В фоновом режиме продолжается вялотекущая деградация социально-экономической обстановки в стране, особенно в английской «глубинке».

Стремясь кое-как сцементировать общество и политический класс, британские власти вновь и вновь эксплуатируют предсказуемый образ «внешнего врага». Накал военной пропаганды на островах достиг невиданных за долгое время размахов. В адрес нашей страны постоянно выдвигаются вымышленные и абсурдные обвинения. Британские планировщики изыскивают творческие способы консолидации оставшихся союзников в Европе вокруг идей дальнейшего повышения ставок в противостоянии с Россией. В фокусе их первоочередного внимания — нагнетание военной напряженности в акваториях Балтики и Черного моря, милитаризация северных широт.

Иными словами, линия Лондона на дальнейшее наращивание многосферной и поставленной на широкую ногу конфронтации с Россией будет продолжена. По сути, это уже не просто внешнеполитический приоритет, а одна из несущих конструкций государственной идеологии этой страны. Впрочем, нам к английским проделкам не привыкать.

Интервью взяла Наталия Портякова