Путевка маслом
Музейный центр «Масловка. Городок художников» представил выставку «Заграница — это миф?!»
Выставка «Заграница — это миф?!» в музейном центре «Масловка. Городок художников» рассказывает, как советские художники открывали для себя зарубежные путешествия. Проект собрал работы классиков — от Гелия Коржева до Аркадия Пластова — и охватил период с 1956 года, когда такие поездки только начинались и были роскошью, доступной лишь советской элите, до зарождения массового туризма в 90-х. Каким видели и как изображали Запад советские живописцы, вернувшись оттуда, оценивала Ксения Воротынцева.
Советские художники, побывавшие за океаном, восхищались эстакадами и небоскребами и критиковали расовую сегрегацию в США
Фото: Евгения Баранова
Советские художники, побывавшие за океаном, восхищались эстакадами и небоскребами и критиковали расовую сегрегацию в США
Фото: Евгения Баранова
Еще лет семь назад подобная тема вряд ли бы вызвала большой интерес. Ни для кого не секрет, что в Советском Союзе заграничные вояжи были экзотикой — как и джинсы, и другие, теперь привычные для нас вещи. Но за последние годы мир сильно изменился. Границы между странами вновь стали незыблемыми, а путешествия превратились в люкс, доступный далеко не каждому. И рассказ о временах, предшествовавших эпохе массового туризма, снова звучит свежо.
Точкой отсчета выставки, вместившей около 200 произведений, выбран 1956 год, когда теплоход «Победа» отправился в круиз вокруг Европы. На борту были ученые, писатели и художники. Вскоре подобные рейсы стали регулярными. В том же году Советский Союз после 20 лет отсутствия вернулся на Венецианскую биеннале, и в мастерских художников появились этюды с изображением каналов и роскошных палаццо. Некоторые авторы выстраивали маршруты посложнее. Одним из путешественников-рекордсменов был Андрей Плотнов, исколесивший Советский Союз и побывший в разных уголках земного шара — от Италии до Ливана и от США до Бразилии.
Но даже элите было непросто отправиться за рубеж: требовалось доказать благонадежность.
Впрочем, создатели выставки решили не углубляться в бюрократический процесс, ограничившись курьезами вроде медицинской справки, выданной живописцу Василию Нечитайло, в том, что он «практически здоров» и «противопоказаний для поездки во Францию нет».
Чиновники беспокоились о том, чтобы среди художников не оказалось «невозвращенцев». Хотя в отношении резидентов Масловки можно было быть спокойными. Советские художники были привилегированным классом — с их просторными мастерскими и гонорарами, достигавшими десятков тысяч рублей. А вот участь их заграничных коллег выглядела незавидной. Советские туристы с удивлением и жалостью взирали на уличных художников, рисовавших на асфальте мелом. Этот изящный вид попрошайничества изобразил Гелий Коржев: на выставке есть эскиз к его знаменитой картине «Художник», хранящейся в Третьяковке. Рядом с уличным рисовальщиком сидит задумчивая муза — ее прототипом стала жена автора, Кира Коржева.
Фото: предоставлено Музейным центром
Фото: предоставлено Музейным центром
Фото: предоставлено Музейным центром
Фото: предоставлено Музейным центром
Фото: предоставлено Музейным центром
Фото: Евгения Баранова
Фото: Евгения Баранова
Фото: Евгения Баранова
Некоторые авторы (особенно те, кто ехал в командировку) старались подчеркнуть проблемы капиталистических стран. Виталий Горяев, отправившийся в 1958 году на конгресс Американской ассоциации газетных карикатуристов, задержался в США, опоздав на самолет домой. Рейсы тогда были редкими, и Горяев провел в Штатах около месяца. На одном из его рисунков — черный ребенок, пытающийся попасть в школу. Вход ему преграждают члены Ку-Клукс-Клана. Сцена скорее выдуманная, но отражающая расовую напряженность Америки 1960-х, увиденную сквозь призму советских установок. Впрочем, в рисунках Горяева — а их на выставке немало — куда больше очарованности и удивления открывшимся ему миром. Его быстрое перо фиксирует даму в аэропорту со множеством чемоданов — «вещизм» был чужд советскому быту. На другом листе — барышня в юбке-колоколе в стиле New Look. И как тут не вспомнить порхавших по Москве в 1959-м моделей Dior, на которых советские граждане смотрели как на инопланетян.
Художники, люди небедные, привозили из-за границы сувениры: от кимоно и венецианских масок до классики — духов Chanel №5 (все это тоже представлено на выставке). Но ехали, конечно, в первую очередь за впечатлениями и вечными ценностями — увидеть шедевры в мировых музеях.
Экстаз зрителей, застывших перед «Тайной вечерей» Леонардо да Винчи, изобразил Дмитрий Жилинский. Оторванные от западной культуры, наши художники все равно считали себя наследниками мировых классиков. На картине Виктора Иванова можно увидеть Петра Оссовского, Гелия Коржева, Ефрема Зверькова и Жилинского, сидящих вместе с автором за столиком легендарного римского кафе Greco, где бывал весь цвет европейского и русского искусства — от Вагнера до Гоголя, писавшего здесь «Мертвые души».
Оказавшиеся в Риме в начале 70-х, друзья-художники (картина хранится в Третьяковке, на выставке показан эскиз) ощущали себя преемниками великих — без тени иронии. Сегодня это выглядит немного наивно — в духе туристов, позирующих у знаменитой парижской «Ротонды», где столовались Пикассо и Шагал. Но в то время вписаться в современную западную арт-жизнь для советских туристов было задачей сложной, для интеллигентов-романтиков — и вовсе безнадежной.