«Когда открыли дверь самолета, его охрана заявила, что расстреляет всех на месте»
Бывший следователь — о расследовании дела ЮКОСа на Урале
В 2003 году в рамках расследования резонансного уголовного дела о финансовых махинациях в нефтяной компании ЮКОС были задержаны ее совладельцы Михаил Ходорковский (признан иностранным агентом) и Платон Лебедев. Суд подтвердил версию обвинения и назначил им значительные сроки лишения свободы. Спустя более 20 лет после задержания фигурантов дела ЮКОСа бывший следователь налоговой полиции из Екатеринбурга, заместитель начальника управления ФСНП по Свердловской области по следствию в 2001-2003 годах Иван Михайлов рассказал «Ъ-Урал» о расследовании, угрозах расправой и провальных попытках допросить подозреваемых.
Дело ЮКОСа
Дело ЮКОСа началось с ареста основных владельцев компании по ряду обвинений — в мошенническом захвате акций ОАО «Апатит» и НИИ удобрений и инсектофунгицидов, неисполнении решений судов по возврату этих акций, уклонении от уплаты налогов (всего по семи статьям УК).
2 июля 2003 года был задержан глава Международного финансового объединения (МФО) «Менатеп» Платон Лебедев, 25 октября — председатель правления ЮКОСа Михаил Ходорковский (признан иностранным агентом).
В мае 2005 года Мещанский суд приговорил каждого к девяти годам колонии, Мосгорсуд снизил сроки до восьми лет.
В 2009 году осужденных вернули в Москву из колоний, чтобы предъявить обвинения по второму делу — о хищении акций «дочек» ЮКОСа и добытой компанией нефти на сумму более 890 млрд руб., а также легализации части этих средств.
В декабре 2010 года бизнесмены были признаны виновными и приговорены к 14 годам колонии с учетом наказания по первому делу, Мосгорсуд сократил сроки до 13 лет.
20 декабря 2013 года президент России Владимир Путин подписал указ о помиловании Михаила Ходорковского (признан иностранным агентом), который в тот же день был освобожден и покинул страну.
Платон Лебедев вышел на свободу в январе 2014 года после постановления Верховного суда, снизившего ему срок до фактически отбытого.
По данным следствия, обвиняемые зарегистрировали ряд фирм в зонах льготного налогообложения, расположенных в городах Трехгорный (Челябинская область) и Лесной (Свердловская область), которые являлись закрытыми административно-территориальными образованиями (ЗАТО). Для получения льгот оформлялись документы, содержавшие недостоверные сведения о деятельности фирм. Таким образом, например ООО «Бизнес-Ойл» уклонилось от уплаты в бюджет Лесного более 3,775 млрд руб.
В декабре 2004 года Генпрокуратура обвинила мэра Лесного Александра Иванникова в незаконном предоставлении налоговых льгот фирмам ЮКОСа. В 2006 году он получил шесть лет условно, однако Генпрокуратура обжаловала приговор, и в феврале 2007 года его осудили на пять лет колонии. Позже два года колонии получил бывший руководитель городской налоговой инспекции Сергей Карфидов.
Удостоверение полковника налоговой полиции Ивана Михайлова
Фото: Предоставил Иван Михайлов
Удостоверение полковника налоговой полиции Ивана Михайлова
Фото: Предоставил Иван Михайлов
О начале расследования
В закрытом городе Лесной (Свердловская область) Михаил Ходорковский (признан иностранным агентом) учредил несколько фирм: «Бизнес-Ойл», «Форест-Ойл», «Вальд-Ойл», «Митра». Городская администрация предоставила им налоговые льготы.
По закону, если предприятие зарегистрировано в городе, то 70% личного состава должны работать именно там с уплатой местных налогов, в том числе НДФЛ. Налоги Ходорковский (признан иностранным агентом) платил мэрии векселями, но их не могли обменять, потому что они ничего не стоили. Впоследствии все сотрудники администрации были привлечены к уголовной ответственности. Среди них мэр Александр Иванников и руководитель налоговой инспекции Сергей Карфидов.
Эти махинации выявила наша оперативная служба. Я почитал материалы и понял, что дело будет громадное, и мы его не осилим. Мы выяснили, что номинальные предприятия по аналогичной схеме работали не только в Лесном, но и в других закрытых городах. В частности, в Трехгорном (Челябинская область), в Кировской и Томской областях, в Красноярском крае. Здесь усматривалось чистое уклонение от уплаты налогов.
Следователь Иван Михайлов
Фото: Предоставил Иван Михайлов
Следователь Иван Михайлов
Фото: Предоставил Иван Михайлов
Серьезное дело. Мы отправили спецсообщение в Москву, и на второй день к нам приехал высокопоставленный генерал-лейтенант с целой бригадой для проверки.
Он сказал мне, что дело возбуждено преждевременно, надо дорабатывать оперативным путем. А для этого надо отменить постановление о возбуждении дела. Я понял, что дело пытаются замять.
Тогда я пошел к прокурору Свердловской области Владимиру Туйкову. Он подписал документы, в которых говорилось о том, что дело возбуждено законно и обоснованно, а для отмены нет оснований. И взял дело под личный контроль, чтобы я и моя команда могли самостоятельно заняться расследованием.
К концу года у нас закончились все средства, выделенные на командировки. Мы летали по всей России и изымали документы мешками. У меня работало три следователя, два дознавателя и пять оперативников. По всем городам шли допросы людей. Вскоре сроки расследования по уголовному делу кончились, и мы обратились в Генеральную прокуратуру, чтобы их продлить. Ни слова не сказав, нам продлили срок на год.
Следователь Иван Михайлов (справа) с коллегами
Фото: Предоставил Иван Михайлов
Следователь Иван Михайлов (справа) с коллегами
Фото: Предоставил Иван Михайлов
О неудачных попытках задержания
Мы два раза пытались допросить и задержать Ходорковского (признан иностранным агентом), но ни разу нам это не удалось.
Для того, чтобы поймать его в екатеринбургском аэропорту Кольцово, куда он приземлился на частном самолете вместе с охраной, мы не давали взлет. К трапу был направлен вооруженный взвод. Когда открыли дверь самолета, его охрана заявила, что расстреляет всех на месте.
Боевики говорили, что Ходорковский (признан иностранным агентом) — персона неприкасаемая, и у нас нет права его задерживать. Наши от штурма отказались. Хотя взлет самолета отменили, но он сумел вырулить на полосу и улететь.
Во второй раз мы пробовали задержать Михаила Ходорковского (признан иностранным агентом) в Нефтеюганске (Ханты-Мансийский-автономный округ), где располагался «Юганскнефтегаз» — ключевой актив ЮКОСа. Для того, чтобы его задержать, мы заранее отменили взлет его самолета. Но когда стали к нему подходить, самолет Ходорковского (признан иностранным агентом), нарушая все полетные правила, снова вырулил на взлетную полосу и улетел.
Следователь Иван Михайлов
Фото: Предоставил Иван Михайлов
Следователь Иван Михайлов
Фото: Предоставил Иван Михайлов
О передаче дела в Генпрокуратуру
Расследование мы продолжали в течение двух лет и не могли никому предъявить обвинение. Несколько раз ко мне приезжали оперативники из Москвы и просили потерять несколько томов уголовного дела, пообещали заплатить мешок денег. Они мне угрожали, говорили, что я играю с огнем и мне недолго осталось.
Я поделился этим с начальником, он посоветовал мне носить с собой оружие. Я послушался. Но из дела ни одного тома не убрал. Дело спрятали в ящик на трех замках. К нему был доступ только у меня и у следователя. Я боялся, что шкаф, где хранились дела, могли поджечь.
15 марта 2003 года налоговая полиция была ликвидирована. 18 марта мне звонят из Генпрокуратуры и начинают выяснять, по каким основаниям дело было приостановлено. Я ответил, что в связи с неустановлением лица, подлежащего в качестве обвиняемого.
Генпрокурор (Владимир Устинов — «Ъ-Урал») сказал мне, что дело необходимо доставить к нему. Мы разработали специальный план. Всем сказали, что дело будет доставлено самолетом. А сами поехали в поезде в вагоне купе. На вокзале нас встретила транспортная милиция и сопроводила прямо до вагона. Потом оказалось, что в аэропорту нас действительно поджидали.
В Москве мы ни с кем не разговаривали и на такси доехали до Генпрокуратуры. Еду и воду мы держали при себе, продукты и кофе не покупали — боялись, что отравят.
Когда Генпрокурор получил дело, то спустя месяц Платон Лебедев уже был под стражей, а затем и Ходорковский (признан иностранным агентом).