Дом Советов для мирового авангарда
Первый небоскреб родился в городе на Неве
История этого проекта началась после Октябрьской революции. В 1919 году по инициативе Ленина был создан Коминтерн (он же III Интернационал) — международная организация, объединяющая коммунистические партии разных стран. Понятно, что такой глобальный подход к революционному движению требовал своих символов. В том же 1919-м отдел изобразительных искусств Народного комиссариата просвещения поручил разработать проект памятника III Интернационалу молодому авангардисту — художнику, графику, дизайнеру — Владимиру Татлину. По другим сведениям, Татлин сам предложил свой проект, который Наркомпрос горячо поддержал.
Фото: Николай Пунин / Wikimedia
Фото: Моисей Наппельбаум / МАММ / МДФ / russiainphoto.ru
«Мы новый мир построим»
Надо сказать, что футуристические идеи авангардистов в первые годы Советской власти большевики только приветствовали: новое искусство, отрицающее прежние догмы и правила, оказалось созвучно стремлению разрушить старый мир и построить новый. Именно революция стала окном возможностей для русского художественного авангарда и дала возможность его представителям себя реализовать. Кстати, наркома просвещения Анатолия Луначарского принято считать главным покровителем авангардистов. Вероятно, поэтому уже в ноябре 1917 года Казимир Малевич становится комиссаром по охране памятников старины, а Василий Кандинский и Владимир Татлин принимают участие в организации Высших художественно-технических мастерских (ВХУТЕМАС).
«Архитектура ВХУТЕМАС». Обложка работ архитектурного факультета ВХУТЕМАСа за 1927 год
Фото: The Museum of Modern Art / Wikimedia
«Архитектура ВХУТЕМАС». Обложка работ архитектурного факультета ВХУТЕМАСа за 1927 год
Фото: The Museum of Modern Art / Wikimedia
Как отмечает Arzamas.academy (проект, посвященный истории культуры), представители нового искусства «заседали в отделе изобразительных искусств тогдашнего Министерства (точнее, Народного комиссариата) просвещения и раздавали привилегии тем, кому считали нужным». Но такая ситуация, хоть и осталась значительным этапом в истории отечественной и мировой культуры, просуществовала недолго, меньше десятилетия. В результате многие интересные проекты не осуществились. Такая судьба постигла и башню Татлина — правда, хорошо это или плохо для городской среды Ленинграда-Петербурга, вопрос спорный.
Уникальная конструкция
Графическая реконструкция из книги «Башня Татлина. Опыт графической реконструкции памятника мировой архитектуры» российского архитектора Елены Лапшиной
Фото: Елена Лапшина
Графическая реконструкция из книги «Башня Татлина. Опыт графической реконструкции памятника мировой архитектуры» российского архитектора Елены Лапшиной
Фото: Елена Лапшина
Что же представлял собой проект башни Татлина, как ее назвали позже? Это был не просто памятник, а «Дом Советов рабочих и крестьянских депутатов Земного Шара» — невероятное административное здание и одновременно бизнес-центр, говоря современным языком. Визуально оно напоминало Вавилонскую башню с картины Питера Брейгеля Старшего. Однако особенности конструкции, материальное воплощение идеи и технические новшества делали этот проект единственным в своем роде и в то же время трудно осуществимым во всех деталях.
Фото: AI Generated / Коммерсантъ
Фото: AI Generated / Коммерсантъ
Запланированная высота сооружения — 400 м: на 100 м выше Эйфелевой башни, самой высокой на тот момент конструкции в мире, и на 159 м выше самого высокого небоскреба Вулворт-билдинг в Нью-Йорке. Конструкция состояла из двух металлических спиралей с наклоном 23,5 градуса — такой же наклон имеет ось вращения Земли, направленная к Полярной звезде. Внутри конструкции одно над другим располагались прозрачные здания разных геометрических форм. Причем все они должны были посредством специальных механизмов вращаться вокруг своей оси с разной скоростью. Нижнее, самое крупное здание в форме куба предназначалось для конференций и съездов и делало один оборот в год. Пирамидальное сооружение над ним отводилось исполнительным органам Интернационала и вращалось со скоростью один оборот в месяц. Еще выше в прозрачном цилиндре, который совершал один оборот в день, должны были располагаться издательства, типография, телеграф и разные СМИ. Предназначение четвертого объема — полусферы с оборотом каждый час — осталось неизвестным, хотя есть сведения, что Татлин, кроме помещений для законодательной, исполнительной власти и информационной составляющей, хотел оставить место и для художников. Что имело некий смысл: своеобразное соединение творчества и власти. Венчать сооружение должны были огромные радиомачты, а прожектора — проецировать световой текст на небесный свод.
Что касается места для этого здания, точно оно не было определено. Скорей всего, его могли построить или на Охте (тогда бы оно затмило все исторические виды), или в районе Московского проспекта. Другой вариант — за городской чертой. Как отмечает историк Михаил Крайнов, «когда пытались сделать тот самый новый, тот самый советский Ленинград <…> пытались <…> уйти от <…> дворов-колодцев, от этого имперского, монархического и какого-то темного Петербурга и сделать его открытым и светлым».
Фото: Николай Пунин / Wikimedia
Фото: Николай Пунин / Государственная Третьяковская галерея
Судьба моделей
Модель башни Татлина на первомайской демонстрации в 1925 году
Фото: Wikimedia
Модель башни Татлина на первомайской демонстрации в 1925 году
Фото: Wikimedia
Татлин хотел, чтобы его проект выполнялся из стекла и стали, но модель здания творческая группа соорудила из дерева, фанеры, шпагата, жести и металлического крепежа — ее высота, по оценке разных источников, составляла около 5 м. Работа шла в одной из мастерских Академии художеств, которая в те годы реорганизовывалась и не раз меняла название. В той же мастерской в ноябре 1920-го открылась выставка модели и чертежей к ней. Сохранилась фотография этого макета: башня стоит на высоком круглом подиуме. Как пишут современники, под подиумом была ручка, с помощью которой прозрачные формы внутри конструкции приводились в движение.
Башня Татлина на выставке в интерьере Академии художеств
Фото: Николай Пунин / Wikimedia
Башня Татлина на выставке в интерьере Академии художеств
Фото: Николай Пунин / Wikimedia
Официально макет башни впервые был представлен в Доме Советов в Москве в конце 1920 года на VIII съезде Советов. Не все отнеслись к этому проекту положительно. Например, сатирик Аркадий Аверченко довольно жестко отозвался о проекте Татлина. «Если бы тысяча бессмертных дураков собрались купно, и тысячу лет эта тысяча сочиняла тысячу самых глупых анекдотов, то на всемирном конкурсе первый приз за самый глупый анекдот получил бы автор проекта памятника III Интернационалу…— писал Аверченко в своем рассказе “Монументальное”.—…Для пьяного человека эти башни, налепленные одна на другую и вращающиеся — одна в год, другая в месяц, третья в день, четвертая в час, — эти башни могут быть для пьяного человека самым жутким головокружительным кошмаром».
Тем не менее в 1924 году Татлину предложили построить еще одну модель башни для советского раздела на выставке декоративных искусств в Париже. И к 1 февраля 1925-го работа над усовершенствованной и последней моделью была закончена, и та отправилась в Париж, но сопровождать ее Татлину не разрешили. После этого след модели начал теряться: ее вроде бы передали не то в Третьяковскую галерею, не то Русский музей, но потом выяснилось, что модель утрачена. Хотя сам автор до конца жизни считал, что она находится в музее.
Почему же само здание в Советском Союзе так и не построили? Ответ прост: руководство страны в конце 1920-х годов охладело к авангардизму. Наступала совсем другая эпоха.
Незабытое
Фото: ARVIZIO
Фото: Коммерсантъ / Глеб Щелкунов / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Константин Кокошкин / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Евгений Павленко
Владимир Татлин умер в Москве в 1953 году. Но как это ни удивительно, его наследие (а он создал немало интересных проектов), оказалось востребованным в 1960-е, а потом и в 1990-е годы не только в России, но и в Европе. Татлинские задумки воспроизводились и реконструировались, участвовали в ретроспективных выставках, а проект башни не раз цитировался художниками.
Сегодня реплики и интерпретации башни Татлина можно увидеть, например, в выставочном зале художественного училища в Пензе, Центре Помпиду в Париже, Музее современного искусства в Стокгольме и даже в современном жилом здании — на крыше московского дома «Патриарх». В Петербурге тоже есть отголоски наследия Татлина: образ его башни заложен в основу архитектурного проекта многофункционального спортивно-концертного комплекса «СКА Арена».