«Промышленность Башкирии выросла на 25% за последние 5 лет»

Башкирия уже давно является мощным промышленным центром страны. Санкционное давление и текущая геополитическая ситуация дала новый импульс как к развитию традиционных для региона отраслей, так и для открытия совершенно новых направлений производства. И хотя фактические показатели несколько отстают от плановых, региональные власти сохраняют оптимизм. О потенциальных точках ростах и их реализации корреспонденту GUIDE Анне Челак рассказал заместитель Премьер-министра Правительства Республики Башкортостан — министр промышленности, энергетики и инноваций Республики Башкортостан Александр Шельдяев.

Guide: Александр Николаевич, в начале 2025 года вы прогнозировали индекс промышленного производства республики на уровне 105% к 2024 году, а объем отгруженной продукции в пределах 3 трлн руб. Однако по данным Башстата, с января по октябрь 2025-го объемы промышленного производства в Башкирии оказались на 3,7% ниже значений того же периода 2024 года. В то же время, за месяц до конца года минэкономразвития прогнозировал рост промышленного производства на 1,5%. Не кажутся ли вам эти ожидания несколько более оптимистичными, чем это возможно в текущей ситуации? И все-таки с какими цифрами мы завершили 2025 год?

Александр Шельдяев: Когда мы прогнозировали 105% — эта цель была озвучена и в послании Главы республики — на тот момент мы до конца не осознавали, что будет с ключевой ставкой, что будет происходить по специальной военной операции. Поэтому снижение показателей по итогам января—ноября 2025 года оправдано. На сегодня окончательных данных нет – отчеты еще собираются — но предварительно можно сказать, что индекс промышленного производства сохранится на уровне 2024 года, то есть плюс 1,5%, что с учетом упомянутых факторов неплохо.

Что касается объемов отгруженной продукции, по данным на конец ноября он насчитывал 2,4 – 2,5 трлн руб. С учетом декабря, по которому, как я уже сказал, данные еще собираются, должны сохранить уровень 2024 года. Да, немного отстали от плановых показателей, но, с другой стороны, если посмотреть последние пять лет, промышленность Башкирии выросла на 25%, особенно сильно за 2023–24 годы, в то время как в целом по России рост составил всего 15%.

Более того, в 2025 году мы запустили ряд производств в нефтехимии и машиностроении, чья продукция пока еще не учитывается в общей статистике. И это как раз будет задел на 2026 год, который позволит выйти с плюсом в 5%.

G.: Что это за продукция?

А.Ш.: Это новые инвестиционные проекты по производству беспилотников и проект по технической сере на ГНС.

G.: То есть на 2026 год сохраняются прогнозы роста на 5%?

А.Ш.: Задача такая есть, поэтому от нее отходить нельзя.

G.: А как настрой самих предприятий, ваши прогнозы реалистичны?

А.Ш.: Пока тяжело: нет понимания по снижению ключевой ставки, от чего в том числе зависят возможности вкладывать дополнительные средства в развитие производства. Также пока нет понимания по экспорту продукции целого ряда республиканских предприятий. В любом случае, будем стараться, чтобы и объемы отгрузки в 3 трлн руб. в 2026 году перешагнуть. За то время, что мы тут работаем, каждый год что-то новое нам приносит. Да, небольшие предприятия где-то вынуждены приостанавливать свою деятельность. Однако ни одно крупное предприятие мы пока не закрыли, не потеряли. И уверенность в том, что они будут развиваться, однозначно есть.

G.: В конце 2024 года был сформирован новый перечень из восьми нацпроектов технологического лидерства, на которые, по словам первого зампреда правительства РФ Дениса Мантурова, до 2030 года планируется направить около 3 трлн руб. Какая работа ведется в этом направлении в республике? Есть ли понимание, сколько и какие предприятия будут вовлечены в реализацию этих нацпроектов, о каких суммах может идти речь?

А.Ш.: Практически в каждом нацпроекте, который сегодня есть, мы участвуем. Если брать по беспилотию, мы вышли в лидеры по выпуску — более 9 тыс. БПЛА различного типа за 2025 год, за 2024 год было порядка 4 тыс. единиц, то есть выросли более чем в два раза. На сегодня наши мощности — а это НПО «Уфимец», компании «Форпост» и «Интегральные роботизированные технологии» — позволяют выпускать и малые, и большие дроны более 10 тыс. единиц в год. Все зависит от финансирования. Если будет финансирование, готовы делать и больше.

Вторая задача, создание научно-производственных центров испытаний и компетенций в области развития технологий беспилотных авиационных систем (НПЦ РБ). В конце прошлого года прошли конкурсы. Мы одни из, по-моему, 11 субъектов, которые выиграли конкурс. Привлекаем сейчас федеральные средства порядка 1,3 млрд руб. на оснащение центра высокотехнологичным оборудованием. Площадка у нас готова. К ноябрю должны запустить НПЦ и начать выпускать здесь двигатели для уже больших беспилотников и легких моторных самолетов.

Если говорить про нацпроект «Новые материалы и химия», где мы принимаем самое активное участие, так как все-таки республика нефтехимической направленности, здесь нам, можно сказать, повезло. Наша особая экономическая зона (ОЭЗ) «Алга» изначально была нацелена на переработку сырьевых потоков ООО «Газпром нефтехим Салават» (ГНС), и это те продукты, которые так или иначе — был бы нацпроект, не было бы его — мы бы запустили. Но нам повезло, что мы можем сегодня привлекать туда средства федерального Фонда развития промышленности (ФРП) и кластерной инвестиционной платформы (КИП). Из 23 технологических цепочек, которые включает нацпроект, республиканские проекты участвуют, как минимум, в пяти. Если говорить по инвестициям, это порядка 50 млрд руб., вложения наших предприятий с привлечением федеральных средств.

G.: Это в течение указанного периода, до 2030 года?

А.Ш.: Да. Ну ряд проектов стартовал еще в 2023 году, то есть мы начали ими заниматься, в 2024-м была подготовка, в прошлом году началась активная стройка, и в 2026–27-м уже начнется запуск этих предприятий. Республика тоже помогает, это как раз налоговые льготы, которые предусмотрены в ОЭЗ. Если брать в совокупности, хорошая такая мера поддержки федерального и регионального уровней.

В нацпроекте «Транспортная мобильность» мы напрямую не участвуем, но наши предприятия, которые работают на отечественный автопром, производят комплектующие, получают займы в федеральном ФРП. В частности, Уральский пружинный завод (г. Белорецк), который делает подвески для автопрома и пружины для нужд РЖД, получил заем на 200 млн руб.

G.: В 2024 году удалось преодолеть рубеж в 700 млрд руб. инвестиций в основной капитал. В марте текущего года Премьер-министр Андрей Назаров прогнозировал по итогам 2025 года перешагнуть отметку в 800 млрд. Удалось?

А.Ш.: За все инвестиции, наверное, я говорить не могу. Но в части промышленности около 100 предприятий инвестировали в основной капитал около 550 млрд руб. По итогам прошлого года по крупным и средним предприятиям плюс 13% рост частных инвестиций. К примеру, наши горнорудные компании, которые ведут достаточно крупные проекты («Башмедь», УГОК), продолжают активно вкладываться в их реализацию. По тем проектам, которые уже называл по ОЭЗ, мы изначально прогнозировали 7 млрд руб., сегодня это уже 10 млрд. УМПО в рамках своего векового юбилея в прошлом году запустило ряд проектов, это все частные инвестиции. На сегодня порядка 60% от общего объема частных инвестиций приходится именно на промышленность. И практически каждый инвестиционный час проходит с участием проектов промышленных предприятий. Мы и дальше будем выполнять эту работу.

G.: В 2025 году господдержка промышленности из бюджета всех уровней превысила 1 млрд рублей. Можно ли утверждать, что фактор господдержки остается ключевым драйвером роста? И когда в таком случае, на ваш взгляд, наши предприятия все-таки смогут уверенно развиваться за счет только собственных средств и частных инвестиций. Вообще такое возможно, и нужно ли это?

А.Ш.: Фактор господдержки нужно разделять. Есть поддержка на региональном уровне и федеральном. Про федеральный я уже говорил. Региональный — это все-таки подставить плечо тем предприятиям, которым сегодня нужно пережить этот период, чтобы дальше развиваться. Мы все помним ковид, тогда были выделены средства на докапитализацию регионального ФРП со 100 до 800 млн руб. Давали средства под личные поручительства собственников наших небольших компаний, и они пошли в развитие. К примеру, именно тогда выделили поддержку на развитие нашего мебельного кластера, который сегодня активно прирастает, и его участники вкладывают много инвестиций. Когда нужно было, мы подставили плечо. То же самое и сегодня происходит. Мы по поручению Радия Фаритовича докапитализировали наш ФРП еще на 1 млрд руб., но этого пока недостаточно. Мы, конечно, входим в двадцатку фондов по уровню капитализации, но есть фонды, где капитализация уже 10 млрд и 13 млрд, у нас пока 1,7 млрд. Это средства как раз на малый и средний бизнес, чтобы предоставить господдержку в виде льготных займов. По итогам 2025 года ФРП РБ выдал 36 займов.

G.: Ну, то есть такая положительная синергия государства и промышленности.

А.Ш.: Да, ну, по-другому, наверное, сегодня это точно не получится.

G.: За прошлый год какое количество инвестпроектов вышло на инвестчасы и уже было запущено именно в промышленности?

А.Ш.: Количество проектов — это не так информативно. В целом по количеству мы идем всегда плюс-минус одинаково с сельским хозяйством, иногда с торговлей и придорожным сервисом. А вот если говорить об объеме инвестиций по этим проектам, тут уже намного интересней. По линии промышленности только в перечне приоритетных инвестиционных проектов более 500 млрд руб., это порядка 100 проектов.

G.: Вот уже более трех лет мы испытываем серьезное санкционное давление. Какие выводы можно сделать по итогам пройденного времени, какие решения были найдены в вопросах оборудования, сырья, расходников, логистики, вообще как в целом идет процесс импортозамещения, вообще как адаптируемся к этим условиям?

А.Ш.: Да мы, наверное, адаптировались в первый же год санкций. В начале, конечно, было такое, что чуть ли не каждый месяц руководители предприятий говорили, что заканчивается оборудование, комплектующие, что закроются. А потом при личной встрече они резонно говорили, мол, если не жаловаться, вы на нас не будете обращать внимание. А как работали, так и работают, где-то увеличились сроки доставки, где-то даже с КНР были проблемы с логистикой, но все вопросы решаемые.

Одно из поручений Радия Фаритовича было выстроить работу с вертикально-интегрированными компаниями в целях импортозамещения и загрузки наших предприятий. Когда ушел целый ряд западных игроков, фактически сразу началась работа с «Газпромом», «Ростехом», нефтяными, горнорудными компаниями. В итоге сегодня наши предприятия активно с ними работают. Яркий пример — компания «Ойлтиммаш», которая привлекла 1 млрд руб. на восстановление производственной площадки. Будет суперсовременное предприятие, замещающее все западные технологии. Тот же «Буринтех», который создал технические алмазы и открыл представительства в ближнем зарубежье. УМПО — основные импортозамещающие проекты реализуются именно здесь. Когда самолет с нашими двигателями произвел полет, это было настоящей гордостью.

G.: И все же в течение года появлялась информация о простоях на тех или иных предприятиях, даже, по-моему, где-то сокращались рабочие недели, с чем это было связано, и вы предпринимаете какие-то меры, чтобы предотвращать подобные случаи?

А.Ш.: В каждом промышленном муниципальном образовании — Уфа, Стерлитамак, Салават, Туймазы, Нефтекамск — мы создали советы директоров крупных предприятий, в основном промышленных, но и из других отраслей тоже. Там мы этот вопрос тоже проговариваем. Простои были в начале года, это машиностроительный сектор. Например, «Туймазинский завод автобетоновозов» (ТЗА), когда произвели очень много прицепов, полуприцепов, автобетоновозов, а здесь начинала вставать стройка, перевозки. Поэтому переводили на трехдневку, но сокращений нигде не было. На «НефАЗе», когда пошли уменьшения заказов на перевозки, ждали выделения федеральных средств для закупки автобусов. Ну к концу года немного выправилось.

«НефАЗ» работает полностью, на ТЗА мы в начале года поставили задачу, чтобы искали новые проекты, новые рынки сбыта. Когда-то там выпускали пожарную технику, сегодня они просчитывают проект. «БелЗАН» тоже новые рынки смотрит. Активно изучаем Узбекистан, так как вся аналитика говорит, что к 2030 году это будет второй в мире производитель автомобилей.

G.: В 2025 году ОЭЗ «Алга» исполнилось пять лет. Как бы вы охарактеризовали ее работу? Что удалось, а чего не удалось пока сделать? Какие дальнейшие планы по развитию зоны? И планируется ли создавать в республике аналогичные зоны?

А.Ш.: Зона активно развивается, находится в тройке лучших по стране. Этому способствует, конечно, расположение в непосредственной близости к ГНС, что позволило, как я уже говорил, войти в новый нацпроект. Более того, скажу, что мы уже начали возвращать вложенные средства — по постановлению № 1119 (Постановление Правительства РФ от 30.10.2014 № 1119 «Об отборе субъектов Российской Федерации, имеющих право на получение государственной поддержки в форме субсидий на возмещение затрат на создание, модернизацию и (или) реконструкцию объектов инфраструктуры индустриальных парков, промышленных технопарков и технопарков в сфере высоких технологий, особых экономических зон» – «Ъ») уже вернули 1,5 млрд руб., пока немного, и тем не менее. Сейчас мы уже создаем новые площадки в рамках «Алги», в частности, пятая площадка появится в Уфимском районе, планируется очередь в Сибае и Агидели.

G.: Насчет Агидели действительно есть такие намерения?

А.Ш.: Есть, уже есть и поручение главы. Понятно, что с учетом текущей бюджетной ситуации, мы пока осторожны в этих планах, но в инфраструктуру все равно мы будем вкладывать: железную дорогу, причальную стенку, коммуникации.

G.: Ну не дешево…

А.Ш.: Очень даже. Хотя если оценивать по инвестициям, сегодня все хорошо у Агидели, есть предприятия, которые заходят, которым интересна эта локация. А если будет и особая экономическая зона, я думаю, и развитие будет.

G.: Республика активно взаимодействует с 36 российскими регионами в рамках кластерного сотрудничества, что, как мы понимаем, способствует улучшению кооперации в промышленности по всей стране. На 2026 год какие планы в рамках межрегионального взаимодействия участников?

А.Ш.: Кластерное развитие — это и есть импортозамещение, это кооперация внутри республики и внутри России. Любой кластер формируется либо на договорных обязательствах между предприятиями, либо на схожести продукции. Закупку одного и того же импортного продукта шестью и более предприятиями мы оцениваем как инвестиционную нишу: есть конкретный запрос от ряда предприятий на конкретный продукт. И в рамках кластерных программ при ФРП мы реализуем этот инвестиционный проект на территории республики, то есть выпуск нового продукта под запрос.

Далее мы начали расширять эту программу на масштабы страны. Например, в подшефной нам Республике Алтай реализуем четыре совместных кластера. В кластерном развитии наша республика — безоговорочный лидер, хотя, должен заметить, мер федеральной поддержки под это направление пока недостаточно. В конце января — начале февраля будет совещание с Минпромторгом РФ, планируем поднять этот вопрос.

Ну и сейчас уже смотрим по сторонам: Узбекистан, Белоруссия, Казахстан, чтобы создавать кластеры, исходя из потребностей их предприятий. И если федералы нас поддержат, создадим уже межгосударственный кластер, я думаю, это тоже может получиться.

G.: А на каких условиях предприятие может включиться в этот кластер?

А.Ш.: Абсолютно бесплатно. На базе региональных ФРП созданы специализированные организации промышленных кластеров (СОПК). Именно они делают анализ внутри региона и по предприятиям, сопровождают, готовят документы для вступления, направляют в Минпромторг РФ для включения в реестр. Это подтверждается документально, что предприятие работает внутри кластера.

G.: Какие еще кластеры можете назвать?

А.Ш.: Мебельный кластер, который я уже упоминал, на базе Туймазинской мебельной фабрики «Корона» активно развивается. Он объединяет 15 российских предприятий, специализирующихся на производстве мебели, фурнитуры и комплектующих. Достраиваем новые площади на 20 тыс. кв.м, в этом году скорее всего запустим. Станкостроительный кластер. Он участвует и в нацпроекте по средствам производства и автоматизации, в рамках которого 700 млн руб. выделено на станко-инструментальную лабораторию. В кластер вошли в том числе наш УУНиТ, ФБУ «Государственный региональный центр стандартизации, метрологии и испытаний им. А.М. Муратшина в РБ», «ЕСМ». В рамках кластера активно сотрудничаем с Кировской и Ульяновской областями.