Россию подводят к китайскому пути

КПК дает уроки управляемой демократии

В Китае завершаются съезды восьми официально разрешенных демократических партий. Эти партии поддержали курс председателя КНР Ху Цзиньтао, намеченный им в октябре на XVII съезде Компартии Китая (КПК), а также все кадровые решения съезда, включая выдвижение преемников товарища Ху. В Пекине полагают, что пришло время экспортировать столь успешную политическую модель в соседние страны — вчера информагентство "Синьхуа" сообщило, что она уже с успехом применяется в России.

Демократы за преемника

Финалом и одновременно кульминацией череды съездов китайских демпартий, проходивших в Пекине последние две недели, стал открывшийся вчера съезд партии Чжигундан (Партия всеобщих интересов). Тон мероприятию задало выступление товарища Си Цзиньпина — одного из девяти членов постоянного комитета политбюро ЦК КПК, который является высшим руководящим органом КНР. Появление Си Цзиньпина произвело среди участников настоящий фурор — ведь именно этого молодого товарища активно прочат в преемники нынешнему председателю КНР Ху Цзиньтао. Товарищ Си от имени КПК поздравил делегатов съезда и всех 28 тыс. членов партии (в основном это вернувшиеся на родину богатые китайские эмигранты и их родственники) с успешной работой, а также призвал их как можно активнее сотрудничать с правящей партией и помогать ей управлять страной. Лидер Чжигундана Ло Хаоцай в ответ заверил гостя, что "партия будет и дальше продолжать славный курс на сотрудничество с КПК".

По сложившейся традиции, съезды разрешенных в Китае партий проходят раз в пять лет — вскоре после очередного съезда правящей КПК. Обычно на этих съездах руководители и рядовые функционеры демпартий, с середины 1950-х годов находящихся под плотной опекой КПК, на все лады расхваливают курс правящей партии, сформулированный в отчетном докладе ее генсека. Нынешние съезды не стали исключением, однако формат этих мероприятий подвергся значительным изменениям. Если раньше подобные съезды проходили тихо, а КПК на них представляли рядовые члены политбюро, то в этом году статус съездов демпартий был значительно приподнят — их посещали первые лица в партийно-государственной иерархии КНР.

Этот марафон открыл все тот же товарищ Си Цзиньпин, 29 ноября появившийся на открытии съезда Китайской демократической лиги — партии, объединяющей более 180 тыс. китайских интеллектуалов. "Лига должна задействовать свой немалый интеллектуальный ресурс для того, чтобы помочь нам в развитии страны",— наставлял собравшихся товарищ Си. Председатель лиги Цзян Шушэн в ответ сказал, что "все члены партии будут без колебаний действовать в рамках политики социализма и приложат все усилия для модернизации страны". Кроме того, партия китайских интеллектуалов пообещала использовать "концепцию научного развития", сформулированную Ху Цзиньтао, в качестве "основной направляющей идеи своей политической работы". После этих заверений 3 декабря Цзян Шушэн без проблем переизбрался на пост председателя партии и остался у руля лиги еще на пять лет.

После этого на съезде Китайской ассоциации за развитие демократии (она также состоит из представителей интеллигенции и насчитывает более 103 тыс. членов), открывшемся 1 декабря, появился другой влиятельный член политбюро и еще один возможный преемник Ху Цзиньтао — товарищ Ли Кэцян. "Продвигать великое дело социализма с китайской спецификой — общая задача всех жителей страны, включая некоммунистов",— заявил товарищ Ли. В ответ председатель ассоциации Сюй Цзялу пообещал, что его партия будет всецело следовать курсу, намеченному XVII съездом КПК, а также полностью поддерживает все кадровые решения съезда.

Вслед за этим съезды других демпартий посетили еще три видных члена постоянного комитета политбюро — товарищ Ли Чанчунь (он отвечает в партии за идеологическую работу и пропаганду), Хэ Гоцян (до своего избрания в политбюро он возглавлял орготдел КПК) и Чжоу Юнкан (до недавнего съезда партии он возглавлял министерство общественной безопасности, а потому теперь курирует силовой блок). И всякий раз, когда руководители КПК призывали демократов к сотрудничеству, лидеры демпартий заверяли их в верности плану товарища Ху.

Однопартийная демократия

Подобное внимание высших китайских руководителей к демпартиям, которые еще недавно не играли в китайской политике почти никакой роли, неудивительно — в Пекине давно идет активная дискуссия о перспективах реформы политического строя, особенно усилившаяся после прихода к власти в 2003 году команды нынешнего генсека. Новый импульс этой дискуссии придали "цветные революции" на постсоветском пространстве, а особенно события в соседней Киргизии в марте 2005 года. В Пекине эту угрозу восприняли весьма серьезно, а потому начали еще более активно разрабатывать систему, при которой различные группы населения могли бы выражать свои интересы, не подрывая монополию КПК на власть.

Теме модернизации режима товарищ Ху уделил немало места и в своем докладе на октябрьском съезде партии, призвав КПК "развивать демократию, оставаясь при этом подлинной правящей партией". Более развернутое описание этой модели появилось в середине ноября, когда отдел информации госсовета КНР издал документ под названием "Китайская система политических партий", широко распространенный китайскими СМИ. В нем была описана "полностью демократическая политсистема КНР", при которой одна партия является правящей, а все остальные разрешенные партии помогают ей по мере сил: "КПК управляет страной, а демократические партии помогают в соответствии с законом, но не приходят ей на смену. Система многопартийного сотрудничества в нашей стране заменила борьбу и соперничество между партиями, устранив политическую нестабильность и частые смены правящего режима".

Судя по всему, в рамках этого курса руководство КПК намерено и далее активизировать работу демпартий. С одной стороны, это позволит привлечь в ряды власти наиболее толковых некоммунистов и создать видимость существования в Китае многопартийного правительства: этот процесс был запущен еще в апреле, когда министром науки и техники был назначен вице-председатель Чжигундана Ван Ган — первый с конца 1970-х министр-некоммунист в госсовете КНР. Кроме того, в условии отсутствия демократических выборов подобная система позволит представить курс КПК как консолидированную позицию всех слоев общества. При таком раскладе и преемник товарища Ху, кандидатуру которого безоговорочно поддерживают все демпартии, будет выглядеть подлинным национальным лидером. В этом смысле его вероятный преемник Си Цзиньпин, посетивший два съезда из восьми, уже создал себе неплохой задел.

Урок на экспорт

Как уже писал Ъ, опытом пекинских товарищей весьма заинтересовались и в Москве — осенью этого года в Китае прошли две закрытые конференции, организованные совместно КПК и "Единой Россией" и, по сути, посвященные строительству однопартийных демократий (см. Ъ за 17 ноября). Кстати, публикации в газете "Коммерсантъ" и журнале "Власть" (#47 от 3 декабря) привлекли внимание китайских товарищей.

Вчера на сайте информагентства "Синьхуа", являющегося монополистом в информационном пространстве Китая и главным рупором КПК, была размещена программная статья под названием "Российские партийные и государственные деятели очень ценят китайский путь". В ней авторы, отсылая китайских читателей к двум публикациям Ъ и сравнивая Владимира Путина и Дэн Сяопина, приходят к выводу, что российские власти наконец-то готовы взять на вооружение передовой китайский опыт партстроительства. "Полностью повернувшись к Западу в 90-е годы, Россия получила горький опыт, что заставило выбрать ее еще одну модель развития",— полагают авторы "Синьхуа". В заключение они выражают надежду на то, что Дмитрий Медведев в случае своего избрания президентом будет учиться у китайских товарищей не менее охотно, чем его предшественник.

Александр Ъ-Габуев

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...