Джек Лондон о японской армии и русских военнопленных

«И все же японцы решили пойти на лобовую атаку вопреки мнению военных экспертов о том, что лобовая атака в обычных условиях — это самоубийство, а в случаях, когда численное превосходство значительно, приходится платить ужасную цену. Я уверен, что ни один европейский или американский командующий не отдал бы приказ о такой атаке, когда справа можно было пройти, не встретив сопротивления.

Но японцы — азиаты, а азиаты не ценят жизнь так, как мы. У японских генералов нет прессы или населения, которые беспрестанно твердили бы о цене победы, в то время как у них есть пресса и народ, жаждущие победы, великолепной победы и не обращающие внимания на цену.

С другой стороны, могли быть и другие факторы, которые сделали эту победу лобовой атакой желательной. Престиж Японии вырос во всем мире благодаря замечательным успехам ее флота в Порт-Артуре. И все же мир с сомнением покачал головой и сказал: "Подождите, пока мы увидим, что Япония сделает на суше". Возможно, именно для того, чтобы развеять эти сомнения и сразу же завоевать сухопутный престиж, равный морскому, Япония предприняла лобовую атаку через голые пески Ялу. Это, безусловно, продемонстрировало, что ее солдаты умеют действовать быстро и решительно, и они взяла в плен четыреста русских, двадцать восемь орудий и немного багажа.

Каковы были потери русских убитыми и ранеными, пока не установлено. Цена, которую заплатила Япония, составила тысячу убитых и раненых. Это была цена, которую Япония заплатила и, несомненно, сочла ее достойной.

Есть еще одно соображение. Сомневающийся старый мир покачал головой и сказал: "Японцы — азиаты. До сих пор они сражались только с азиатами. Но что они покажут, когда вступят в бой с нашими, белыми людьми на земле?"

Японцы очень чутко реагировали на это и яростно стремились доказать свою состоятельность с точки зрения белого человека, противостоя белым людям. Доказать свою состоятельность с самого начала было чрезвычайно важно для повышения их собственного престижа и в значительной степени для того, чтобы Россия "потеряла лицо" в глазах других азиатских народов…»

(Согласно российской статистике, 213 японских военнослужащих было убито, 906 ранено, 10 пропало без вести. Потери российской стороны: 93 убитых, 1101 раненый и контуженый, 478 пропавших без вести.)

«Я видел на дороге убитых и раненых японцев и слегка содрогался от ужасов войны. И вот, заметьте, я путешествовал месяцами с азиатскими солдатами. Лица были азиатскими. Кожа была желтой и коричневой. Я привык к народу, который был не моего рода. Мой разум успокоился и безоговорочно принял тот факт, что у мужчин, сражавшихся на фронте, глаза, скулы и кожа отличались от глаз, скул и кожи моих соплеменников. Все это было само собой разумеющимся, естественным порядком вещей.

И вот я въехал в Кюль-лан-чин (возможно, Джек Лондон имеет в виду Цзюляньчэн, в старой русской транскрипции — Тюренчен.— “Ъ”).

В окнах большого китайского дома я увидел множество японских солдат, с любопытством разглядывающих происходящее. Притормозив лошадь у окна, я тоже с любопытством заглянул. И увиденное стало для меня ударом в лицо. В моем сознании это произвело такое же ошеломляющее впечатление, как резкий удар кулаком. Там был мужчина, белый мужчина с голубыми глазами, смотрящий на меня. Он был грязный и неопрятный. Он пережил ожесточенное сражение. Но его глаза были голубее моих, а кожа — такой же белой.

И там с ним были другие белые мужчины — много белых мужчин. Я поймал себя на том, что задыхаюсь. В горле у меня сжался ком. Эти мужчины были моими. Я внезапно и резко осознал, что я чужак среди этих смуглых мужчин, которые смотрели в окно вместе со мной. И я почувствовал себя странным образом единым целым с этими другими мужчинами за окном — почувствовал, что мое место там, внутри, с ними, в их плену, а не снаружи, на свободе, среди чужаков».

Из статьи Джека Лондона «Дать бой отступающему врагу»