«Смерть ребенка непереносима»
Суд не стал арестовывать сотрудников новокузнецкого роддома
В четверг Центральный районный суд Новокузнецка избрал меры пресечения фигурантам дела о смерти девяти младенцев в родильном доме №1 — главному врачу ГКБ Виталию Хераскову и и. о. завотделением реанимации акушерского стационара Алексею Эмиху. В обоих случаях следствие настаивало на самой жесткой мере пресечения, но суд не стал отправлять медиков под стражу. Заседание длилось в общей сложности более восьми часов. Аргументы следствия и защиты — в репортаже “Ъ”.
Главврач новокузнецкой больницы Виталий Херасков заявил суду, что сам хотел бы разобраться в причинах трагедии
Фото: Евгений Разумный, Коммерсантъ
Главврач новокузнецкой больницы Виталий Херасков заявил суду, что сам хотел бы разобраться в причинах трагедии
Фото: Евгений Разумный, Коммерсантъ
В Центральном районном суде Новокузнецка явно были не готовы к повышенному вниманию СМИ. Журналистов долго не пускали в здание дальше рамок металлодетектора и в целом не очень понимали, что делать с теле- и фотосъемкой. Один из приставов признался журналистам, что из-за них «весь суд стоит на ушах». Его коллега добавил: «Как будто к нам привезли Мадуро (президента Венесуэлы Николаса Мадуро, захваченного США для суда.— “Ъ”)».
Около 14:30 по местному времени сотрудников СМИ все-таки пустили в зал. Там в «аквариуме» сидел врач Алексей Эмих — анестезиолог-реаниматолог. Он выглядел сдержанным и не прятал лицо от камер; вину медик не признал. На момент задержания 14 января господин Эмих занимал должность и. о. заведующего отделением реанимации и интенсивной терапии новорожденных. Однако в ходе судебного заседания выяснилось, что на этом посту он проработал всего три дня. Его назначили и. о. завотделением только 11 января — уже после того, как в роддоме скончались девять младенцев. Его адвокат Ольга Следзовская рассказала журналистам, что господин Эмих в 12:00 подписал бумаги о вступлении в должность, а в 16:00 его уже начали допрашивать. До него заведующим отделением был Константин Лукашев, но он уволился 11 января, а сейчас находится в больнице из-за проблем с сердцем.
Следователь пояснил суду, что господину Эмиху еще не предъявлено обвинение: он является подозреваемым по делу о причинении смерти по неосторожности из-за ненадлежащего исполнения профессиональных обязанностей (ч. 3 ст. 109 УК РФ). Потерпевшие по этому делу — две матери, чьих новорожденных детей лечил господин Эмих. Следователь признал, что экспертизы останков еще ведутся, поэтому окончательных выводов о причинах смерти этих младенцев пока нет. Судья Инна Ма зачитала материалы дела; из них следовало, что у обеих женщин беременность протекала сложно, также они имели вирусные инфекционные заболевания, которые передались новорожденным.
Следователь попросил отправить врача в СИЗО со стандартным обоснованием «может скрыться, препятствовать расследованию, оказывать давление на участников процесса и уничтожить улики». Прокурор, к удивлению присутствующих, ходатайствовал о домашнем аресте. Защита же предложила взять с господина Эмиха подписку о невыезде или установить запрет определенных действий. Судья выбрала последний вариант.
Фото: Коммерсантъ / Евгений Разумный / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Полина Мотызлевская / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Евгений Разумный / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Евгений Разумный / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Евгений Разумный / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Евгений Разумный / купить фото
Следующим в зал завели главного врача больницы Виталия Хераскова. Его задержали 13 января. Господин Херасков выглядел поникшим, но на вопросы судьи отвечал четко, без волнения. Следователь указал, что главврачу предъявлено обвинение в халатности (ч. 3 ст. 293 УК), а затем начал перечислять аргументы в пользу заключения под стражу, периодически неправильно читая фамилию обвиняемого с листочка. В частности, ходатайство обосновывалось предположениями о том, что господин Херасков может оказывать давление на подчиненных, многие из которых являются свидетелями по делу. Также утверждалось, что главврач «обладает широким кругом связей и авторитетом в среде сотрудников органов здравоохранения», а значит, может препятствовать следствию. Далее следователь сообщил, что Виталий Херасков менял свои показания в ходе допроса, однако адвокат Чудинов указал, что это не имеет отношения к избранию меры пресечения. Судья согласился с этим доводом. Тогда следователь попросил приобщить информацию об административных правонарушениях господина Хераскова — в основном это были штрафы ГИБДД. В качестве примера судья зачитала протоколы о превышении скорости и приобщила их.
По делу главврача признаны потерпевшими девять рожениц. Согласно зачитанным судьей материалам, все младенцы родились на раннем сроке и имели патологии. В эпикризах как минимум четырех детей указано, что причиной смерти стало плодное инфекционное заболевание. Кроме того, у одной женщины это была 19-я по счету беременность, а у другой ребенок родился от близкородственного брака. Еще одна роженица не смогла бросить курить на время беременности.
Вместе с тем в декабре Роспотребнадзор выявил нарушения в роддоме: медсестра находилась в отделении реанимации в неподходящей одежде, флаконы с лекарствами хранились открытыми, а в больничных картах детей отсутствовали данные о маршрутизации по реанимации.
Сотрудники роддома рассказали следователям, что как минимум две медсестры в период гибели младенцев уходили на больничный в связи с ОРВИ и ОРЗ. Роженицы в показаниях отмечали, что медсестры в отделении не носили медицинские маски. Однако несколько свидетелей утверждали, что заболевшие медики не контактировали с роженицами и детьми, а ушли на больничный сразу после появления первых симптомов.
Как и в случае с и. о. завотделением, прокурор ходатайствовал об отправке главврача под домашний арест. А трое адвокатов главврача — Игорь Михайлович, Илья Чудинов и Мария Лучшева — попросили суд о трех разных мерах пресечения: о домашнем аресте, запрете определенных действий и подписке о невыезде. Не обошлось и без почти кинематографического пафоса. «Документы говорят о том, что сотрудники родильного отделения бились за жизнь каждого ребенка до последнего,— восклицал адвокат Игорь Михайлович.— Наш подзащитный был задержан 13 января, он сам приехал в правоохранительные органы. Но еще 13-го числа утром он бился вместе со своим коллективом за спасение жизней детей».
Адвокаты представили суду многочисленные награды Виталия Хераскова: премию губернатора Кемеровской области за защиту кандидатской диссертации, почетную грамоту от правительства региона за многолетний труд и профессионализм, наградной знак «Отличник здравоохранения» от Минздрава, звание лауреата «Премии Кузбасса», медаль за особый вклад в развитие Кузбасса и т. д. Также защитники указали, что на иждивении главврача находятся пожилые отец и мать.
Выступая перед судом, Виталий Херасков заявил, что главная задача — установить истину о причинах смерти младенцев. «Смерть человека — это трагедия, а смерть ребенка — непереносима. Это экстраординарная ситуация, в которой следует разобраться профессионально»,— сказал он. В итоге суд избрал главврачу меру пресечения в виде домашнего ареста.