«Я бы предпочел заключить новое соглашение, которое будет намного лучше»

Газета The New York Times опубликовала полную расшифровку двухчасового интервью с Дональдом Трампом, в котором президент США наконец подробно прокомментировал предложение Владимира Путина по истекающему 5 февраля российско-американскому Договору о стратегических наступательных вооружениях (ДСНВ). «Наконец» — потому что президент РФ озвучил свою идею еще в сентябре, но его американский коллега, лишь однажды назвав ее «хорошей», более о ней публично не высказывался. Корреспондент “Ъ” Елена Черненко объясняет, почему и после выхода интервью позиция Дональда Трампа по этой теме понятнее не стала.

В интервью с американским президентом участвовали сразу четыре корреспондента The New York Times, включая Дэвида Э. Сэнгера, который уже много лет пишет о внешней и оборонной политике США. Именно он и спросил Дональда Трампа о его отношении к истекающему 5 февраля Договору о стратегических наступательных вооружениях.

Вступивший в силу 2011 года ДСНВ — последний договор о контроле над вооружениями между Россией и США. С 2023 года он действует лишь номинально (но стороны тем не менее придерживаются предусмотренных им количественных ограничений на боезаряды, носители и пусковые установки), а когда он истечет, между Москвой и Вашингтоном впервые с 1970-х не будет соглашений, накладывающих ограничения на их ядерные арсеналы. Опция повторного продления в ДСНВ не заложена (договор предусматривал однократное продление на пять лет, чем стороны воспользовались в 2021 году). Предметных переговоров по выработке каких-либо новых соглашений ему на смену Россия и США не вели. Но в сентябре Владимир Путин предложил США на год (а при благоприятных условиях и более) в виде добровольных самоограничений продлить действие количественных лимитов на ядерные арсеналы двух стран.

Речь идет о том, чтобы продлить не сам договор, а только прописанные в нем «потолки» — без взаимных инспекций, уведомлений, встреч специальных комиссий и прочих атрибутов полноценного договора.

По сути, Москва просто предлагает Вашингтону дать друг другу обещания не наращивать стратегические наступательные вооружения сверх лимитов ДСНВ. Это, по мнению российской стороны, позволило бы сторонам избежать новой гонки вооружений и дало бы им время для поиска новых взаимоприемлемых решений.

Дональд Трамп на пресс-конференции в октябре в ответ на вопрос журналиста ТАСС назвал инициативу своего российского коллеги «хорошей», но с тех пор публично ее не комментировал.

В интервью The New York Times он впервые подробно высказывается на эту тему, но из его комментариев сложно делать какие-либо однозначные выводы. Во-первых, потому что из вопросов Дэвида Сэнгера складывается впечатление, что он спрашивает американского президента о его отношении к идее продления самого ДСНВ, в то время как Владимир Путин вовсе не предлагал США продлевать этот договор. А во-вторых, потому что далее и Дональд Трамп также говорит о продлении самого договора — то ли вслед за журналистом, то ли потому что ему так доложили. Об идее просто продлить ограничения на вооружения речь по ходу беседы ни разу не заходит.

В то же время в ходе интервью Дональд Трамп делает несоответствующие действительности заявления (к примеру, о том, что у США больше ядерного оружия, чем у России,— по данным авторитетных экспертных институтов, именно Россия на первом месте по количеству ядерных боезарядов), дает противоречащие друг другу комментарии (так, он сначала говорит, что Китай должен стать частью «продления», а затем допускает отдельные договоренности с Россией) и употребляет без дополнительных пояснений термины, которые ранее в российско-американском контексте не использовались (например, «денуклеаризация», о которой ранее говорили лишь в контексте процессов на Корейском полуострове).

Все это не означает, что Дональд Трамп в итоге не примет предложение Владимира Путина. Время еще есть: глава МИД РФ Сергей Лавров ранее дал понять, что договориться о сохранении центральных ограничений в рамках ДСНВ можно в весьма сжатые сроки. Но в то же время стенограмма интервью американского президента американским журналистам показывает, что в Вашингтоне в отношении российского предложения могла возникнуть определенная путаница.

Приведем этот пассаж из интервью полностью:

Дэвид Сэнгер: Что ж, давайте на минутку сосредоточимся на ваших отношениях с ним (президентом РФ Владимиром Путиным.— “Ъ”). Итак, менее чем через четыре недели истечет срок действия последнего соглашения о контроле над вооружениями между Соединенными Штатами и Россией (ДСНВ.— “Ъ”), как вы прекрасно знаете.

Президент Трамп: Он (Владимир Путин.— “Ъ”) хотел бы заключить сделку.

Дэвид Сэнгер: Путин хотел бы продлить его, хотя юридически весь договор нельзя продлить, вам пришлось бы вести переговоры. Мне сказали, что он сказал, что цена за продление — дополнительные уступки по Украине.

Президент Трамп: Я об этом не слышал. Я ничего подобного не слышал.

Дэвид Сэнгер: Итак, как вы думаете, он будет продлен?

Президент Трамп: Я никогда об этом не слышал (это, видимо, относится к предыдущему вопросу.— “Ъ”). Я слышал, что он (Владимир Путин.— “Ъ”) был бы очень рад продлить его. И я действительно твердо убежден, что, если мы собираемся это сделать, Китай должен стать участником продления. Китай должен стать частью соглашения.

Дэвид Сэнгер: Китай заявил, что не будет этого делать.

Президент Трамп: Китай на самом деле ничего не сказал по этому поводу.

Дэвид Сэнгер: Итак, у вас есть четыре недели, потому что…

Президент Трамп: Я говорил об этом с президентом Си (председателем КНР Си Цзиньпином.— “Ъ”).

Дэвид Сэнгер: Да? И что он сказал?

Президент Трамп: Что ж, у меня много других дел, но я думаю, что тема, которую мы обсуждаем, очень важна. Я уже говорил об этом с президентом Си и думаю, что он охотно примет в этом участие.

Дэвид Сэнгер: Простите, но осталось чуть более трех недель. Что, он (ДСНВ.— “Ъ”) просто истечет?

Президент Трамп: Истечет так истечет. Мы заключим соглашение получше.

Дэвид Сэнгер: Господин президент, еще одно событие во внешней политике…

Президент Трамп: В этом соглашении (ДСНВ.— “Ъ”) много слабых мест. Когда они (российские и американские переговорщики.— “Ъ”) вели переговоры по этому соглашению, они проделали не очень хорошую работу.

Дэвид Сэнгер: Ну, есть много вооружений, которые оно не охватывает.

Президент Трамп: Верно.

Дэвид Сэнгер: Экзотическое оружие России, наше оружие меньшей дальности действия.

Президент Трамп: Ну, есть много видов вооружений, которые он покрывает, но в основном с нашей стороны, что не очень хорошо.

Дэвид Сэнгер: Итак, вы готовы позволить ему истечь.

Президент Трамп: Я бы предпочел заключить новое соглашение, которое будет намного лучше.

Дэвид Сэнгер: Ну вы же не сможете сделать это за три недели.

Президент Трамп:

И что? Откуда вы это знаете? Я умею быстро достигать договоренностей. Я всегда умел быстро договариваться. Посмотрите на Венесуэлу. Быстрее некуда.

Тайлер Пейджер: Господин президент, еще раз о внешней политике. Затем мы перейдем к внутренней политике. О Гренландии, если они…

Президент Трамп: Да, прежде чем вы заговорите о Гренландии, я думаю, что для Китая, России и Соединенных Штатов было бы замечательно провести максимально возможную денуклеаризацию. И если это делать, вероятно, имеет смысл привлечь к этому еще пару игроков, потому что есть и другие игроки.

Дэвид Сэнгер: И это, вероятно, Северная Корея?

Президент Трамп: Нужно привлечь и некоторых других игроков тоже. У нас больше всего ядерного оружия, и когда я был президентом…

Дэвид Сэнгер: У России больше (ядерного оружия.— “Ъ”), чем у нас.

Президент Трамп: Что ж, они ошибаются. У нас больше, чем у них. Но это не имеет значения, потому хватит и одной (ядерной боеголовки).

Дэвид Сэнгер: Верно.

Президент Трамп: Ну то есть вы знаете, мы говорим о тысячах (боезарядов.— “Ъ”), а достаточно всего одного. Но у нас их больше, чем у них. И наши лучше, чем их. У нас и военная техника лучше, чем у них. Многие люди говорят, что это было доказано во время…

Дэвид Сэнгер: Иными словами, вы говорите, что не будете продлевать…?

Президент Трамп: Это доказано, потому что, если вы посмотрите на их систему противовоздушной обороны в Венесуэле, я бы сказал, что она была не очень хорошей.

Дэвид Сэнгер: Вы говорите, что не будете продлевать, если китайцы тоже к нему не присоединятся…

Президент Трамп: Нет, я думаю, что это было бы уместно для китайцев, но я бы заключил сделку с Россией без участия китайцев. Но я думаю, что Китай был бы хорошим участником сделки.

Елена Черненко