Взгляд дипломата на роль генерального секретаря

Сергей Орджоникидзе о деликатной роли главы организации и авторитете ООН

Личностный пост

Сергей Орджоникидзе в 2017 году

Сергей Орджоникидзе в 2017 году

Фото: Эмин Джафаров, Коммерсантъ

Сергей Орджоникидзе в 2017 году

Фото: Эмин Джафаров, Коммерсантъ

Сергей Орджоникидзе, бывший заместитель генсека ООН (2002–2011) и замглавы МИД РФ (1999–2002):

— Генеральный секретарь — это прежде всего административная роль, которая уже во вторую очередь может быть политическая. В Уставе ООН четко определено, что генсек является главным административным лицом организации и выполняет задачи, которые ставят государства-члены. Эти поручения содержатся в многочисленных резолюциях Совета Безопасности, решениях Генеральной Ассамблеи и других органов по самым разным вопросам. Бывают случаи, когда они вступают в противоречие с позициями государств-членов.

Роль генсека деликатна и сложна именно потому, что он не должен противопоставлять себя государствам-членам. Он руководствуется резолюциями и действует в заданных рамках, но при этом неизбежно имеет собственные взгляды. В этом и проявляется политическая составляющая его позиции — насколько заметной она становится, зависит от того, как генсек сумеет себя позиционировать, не вступив в противостояние с государствами.

Внутри самой ООН отношение к генеральному секретарю во многом зависит от его личности. За последние десятилетия самой большой популярностью среди сотрудников секретариата пользовался Кофи Аннан: недаром ему в 2001 году присудили Нобелевскую премию «За вклад в создание более организованного мира и укрепление мира во всем мире». До него миротворческие миссии ООН существовали, но не играли столь важную политическую роль. При Аннане они стали постоянным инструментом ООН и серьезно помогли, прежде всего африканским странам.

Фотогалерея

Жизненный путь Кофи Аннана

Смотреть

Политическая роль Коффи Аннана усилилась и потому, что он работал в период относительно стабильных и сдержанных отношений между государствами: конфликты были, но не было глобального противостояния по типу холодной войны.

Когда генеральный секретарь порой делает заявление, которое может не понравиться какой-либо стране, его единственная «отговорка» — опора на принятые резолюции. Если Совет Безопасности из-за позиции постоянных членов не может принять документ, решения принимает Генассамблея большинством голосов. Но такое решение не будет носить обязательный характер. И, когда генсеку требуется обосновать свою позицию, он зачастую ссылается на эти резолюции.

Фигура генерального секретаря по определению должна быть компромиссной: он обязан соответствовать ожиданиям самых разных групп государств — России, Китая, государств БРИКС, Глобального Юга, западных стран. Поэтому согласование кандидатуры всегда сложное. Относительно легким оно было лишь в эпоху биполярного мира, когда кандидат фактически представлял компромисс между СССР и США. После распада Советского Союза и Варшавского договора процесс стал намного труднее, как и мировая политика в целом.

При этом никакой альтернативы ООН нет. О необходимости реформ говорят с первых лет работы организации. Состав Совета Безопасности уже расширяли, и сегодня снова стоит вопрос о включении новых государств. Но другого места для постоянных политических контактов и принятия решений просто не существует.

Обвинять ООН в недостаточной эффективности — неправильно. Организация не является автономной структурой: она существует как объединение государств и выражает их волю. Поэтому ее авторитет и роль напрямую зависят от состояния международных отношений. Чем напряженнее отношения между государствами, тем слабее выглядит ООН. Это своего рода барометр этих отношений.