Выставка фестиваль
В Московском музее современного искусства (на Петровке) открылась выставка международного фестиваля наивного искусства и творчества аутсайдеров "Фестнаив-2007", организованного Московским музеем наивного искусства. Рассказывает ИРИНА Ъ-КУЛИК.
На выставке представлены работы непрофессиональных художников из России, с Украины, из Белоруссии, Латвии, Грузии, а также из Израиля, Сербии и Италии, всего около 400 произведений от 150 авторов, выполненных почти исключительно в 2000-х годах. К творчеству наивных художников принято относиться как к чему-то предельно искреннему, простодушному, естественному, не затронутому конформизмом официоза или интеллектуальной расчетливостью современного искусства.
Определение "наивный" применимо далеко не ко всем участникам выставки в ММСИ. Конечно, среди них нет профессиональных художников, но многие из них получили высшее, в том числе и гуманитарное образование и занимались хотя бы в детских изостудиях. И уж наверняка мало кто из них существует без телевизора. Так что о незатронутости цивилизацией говорить не приходится. Одной из любимых тем наивных художников являются, собственно, природа и всевозможные звери: великолепный "Лев" старейшей отечественной наивной художницы — родившейся в 1915 году Елены Волковой, героическая "Кошка-мать на пожаре", выпрыгивающая из горящего дома, держа зубами за шкирку котенка, и весьма реалистическая псина, норовящая лизнуть куда более игрушечного Сергея Есенина.
Пантеон поэтов и прочих деятелей культуры, ставших своего рода фольклорными персонажами, также разнообразен. Конечно, "нашим всем" по-прежнему остаются Пушкин и его персонажи, от вполне соответствующего школьной программе "Визита Онегина к Татьяне" Татьяны Шамариной до "Степного дозора" Александра Казакова-Клинцовского (1925-2007), в который конный русский поэт вышел вместе с Державиным, Пугачевым, Чапаевым и некоей казахской воительницей Иргис. Православные сюжеты, конечно, преобладают, но попадается и необузданная эзотерика. Например, "Принцип вечности (Адам и Ева)" Виктора Тараздарова, где библейские прародители человечества в ночном саду вкушают воду из фонтана в виде многогрудой языческой богини.
Но не менее живучей, чем неофитская религиозность, оказывается советская мифология. Тут есть и "Посвящение в хлеборобы" Ивана Кветкина — с красным лозунгом "Хвала рукам, что пахнут хлебом", комбайном, венками из колосьев и изобильным натюрмортом, в котором, как на магазинной полке, высятся коробки с крупами и бутылки с растительным маслом. Есть немало картин, посвященных Великой Отечественной, от патриотического лубка фронтовика Дмитрия Саваеева "Едут, едут по Берлину наши казаки" до произведения 22-летней Юлии Евсеевой "Победа в наших сердцах", напоминающего праздничные школьные стенгазеты: подборка фотографий, поверх которых написан слоган из красных, заботливо выклеенных из папье-маше объемных букв. Современные сюжеты также не чужды участникам выставки, но их высказывания кажутся иллюстрацией к речам популистских политиков. Так, картина Виктора Литвинова "Наваждение" представляет обвившегося вокруг кремлевской башни зеленого змия из американских долларов. Наивность художников-аутсайдеров оборачивается не столько естественной незамутненностью восприятия, сколько беззащитностью перед стереотипами массового сознания, куда большей, чем у привыкших анализировать эти стереотипы циников современного искусства.