Коротко


Подробно

Борис Макаренко

первый замгендиректора Центра политических технологий

Цена вопроса


Пока не рассеялись пары слезоточивого газа в Тбилиси, а в других городах Грузии продолжаются акции протеста, невозможно со всей определенностью сказать, что же мы лицезрим: конец оппозиции, начало конца Саакашвили или конец очередной попытки демократизации Грузии. Но некоторые выводы уже очевидны.

Главное: лидерство Саакашвили трещит по швам. Раз оппозиция собирает многотысячные митинги — значит, харизма победителя "революции роз" уже не та. Любое постсоветское общество манипулируемо, и пресловутой харизмы хватило бы, чтобы не допустить столь впечатляющих демонстраций. Но Саакашвили умудрился поссориться с элитой. Слишком многие бывшие соратники оказались жертвами его конфликтного стиля президентства. В чисто авторитарном режиме всех бы их посадили, но Грузия — не чисто авторитарна ни по режиму, ни по политической культуре. Поэтому посаженного было оппозиционера Окруашвили пришлось высылать в Европу, чтобы он не стал знаменем оппозиции. Поэтому жесткие меры последовали лишь на седьмой день массовых действий. Поэтому ближайшая соратница президента Нино Бурджанадзе впустила митингующих в парламент, чтобы спасти их от газовой атаки. Как бы ни закончились нынешние события, от одного обвинения Саакашвили уже никогда не избавиться: он повел себя "не по понятиям", принятым в грузинском политическом классе.

Во-вторых, очередной революции, похоже, все же не будет. Да, у нас на памяти и "оранжевые революции", и свержение режима Гамсахурдиа в той же Грузии. Но вспомним, сколько массовых акций не увенчалось успехом — от Еревана до Минска. Предсказать действия политической стихии куда труднее, чем стихии природной. Единственная прослеживающаяся закономерность: удается революция тогда, когда на кону стоит курс развития страны. В Грузии же и власть, и оппозиция не спорят по большинству стратегических вопросов. А когда на кону "всего лишь" борьба за власть, на стороне действующего властителя немалое преимущество.

Однако при этом последние события проигрышны для Саакашвили в любом случае. Уступит он оппозиции — и перспективы и его самого, и его партии на следующих выборах будут поставлены под сомнение. Раздавит ее — либо станет диктатором, либо, как минимум, еще сильнее поссорится с политической элитой. Нельзя назвать победителями и оппозицию. Кроме неприятия Саакашвили и общей прозападной ориентации ее мало что объединяет. Два раза за краткую историю независимой Грузии толпа свергала президентов, два раза преемник свергнутого главы побеждал на следовавших выборах с советско-северокорейским счетом. А кто победит сейчас, если Саакашвили станет "третьим свергнутым"?

Беда Грузии не в том, что она демократия: демократии там в очередной раз не получилось, поскольку элита опять пошла "стенка на стенку". Беда не в авторитарном Саакашвили: есть на постсоветском пространстве политики куда более авторитарные. А беда ее в том, что из обеих худших форм правления она в очередной раз выбирает обе сразу.


Тэги:

Обсудить: (0)

Газета "Коммерсантъ" №205 от 08.11.2007, стр. 9

Наглядно

все спецпроекты

актуальные темы

все темы
все проекты

обсуждение