Коротко

Новости

Подробно

Журнал "Коммерсантъ Власть" от
 Credit Lyonnais

"Лионский Кредит" я бы выбрал за то, что в нем депонировал Ленин

       
Особое место среди клиентов банка занимает Ленин.
Г-н Ульянов открыл на Орлеанском проспекте в Париже
счет #6420, на который в январе 1909 г. он положил
350000 рублей, захваченных Иосифом Сталиным при
нападении на банковский транспорт в Тифлисе, о чем
Credit Lyonnais не мог догадываться
(Из рекламного проспекта банка)
       
       "Лионский кредит" — первый зарегистрированный в России банк со стопроцентным иностранным капиталом — готовится в середине сентября к официальному открытию в Санкт-Петербурге. Однако уже с 15 июля банк начинает проведение пробных операций по обслуживанию резидентов и нерезидентов.
       
Трудно быть первым во второй раз
       Credit Lyonnais (СL) еще в 1991 году получил разрешение Центрального банка России на открытие в Санкт-Петербурге дочернего банка, имеющего статус резидента Российской Федерации и генеральную лицензию на проведение банковских операций. Новый банк — "Лионский кредит" — получил форму акционерного общества закрытого типа со стопроцентным капиталом Credit Lyonnais. Учредителями банка выступили CL Europe и еще два филиала банка.
       Размер уставного капитала банка, по свидетельству бывшего председателя ЦБ Георгия Матюхина, был избран французской стороной самостоятельно и составил 20 млн ЭКЮ (примерно $25 млн). По словам г-на Матюхина, выдавшего СL разрешение на открытие дочернего банка в России, эта идея вызвала разногласия в совете Credit Lyonnais во Франции. В последнее время вообще усилилась критика Credit Lyonnais со стороны наблюдателей во Франции и Европе. Многие связывают ее с переменой политических настроений. Увязка с политической ситуацией неизбежна для банка, поскольку его контрольным пакетом акций (52% и более 70% голосов) владеет государство. Поводом для пристального наблюдения стало и уменьшение прибыли банка в течение двух последних лет. Credit Lyonnais также упрекали в проведении чрезмерно экспансионистской политики и наличии сомнительной задолженности — например, бывшего СССР в размере $747 млн (общий доход СL в 1992 году достиг 1,938 трлн FRF. Доля CL Франции в нем — 53,3%, СL в Европе — 31,7%. Уставный капитал CL — 6 793 119 720 FRF).
       Эксперты английского специализированного журнала Euromoney считают повышенным риск, с которым этот французский банк выходит на незнакомые рынки. Тем не менее, используя свой авторитет, президенту банка Жан-Ив Абереру удалось настоять на принятии решения в пользу открытия банка в России.
       Георгий Матюхин признал, что в ту пору других иностранных банков, желающих иметь дочерний банк в России, не было. Credit Lyonnais оказался первым потому, что рискнул им стать. Позже с аналогичной просьбой в ЦБ обратились еще семь зарубежных банков, в том числе Банк Австрии (на открытие филиала, а не дочернего банка), Dresdner Bank, Societe Generale, Bank of China и другие.
       Осенью 1992 года в России началась кампания протеста против присутствия иностранных банков в стране. Ряд коммерческих банков выражал опасения в том, что они переманят к себе лучшую клиентуру и жаловались на неравные условия для работы. Редкому коммерческому банку более нескольких лет от роду, а значит, они вынуждены осуществлять значительные инвестиции в собственное развитие. Тем не менее, сойдя с трибун, банкиры-обличители усмехались: "конкурент-то конкурент, да действуя в нашей системе вульгарного рынка, ему хорошо бы умом не повредиться."
       На деле же, по свидетельству Георгия Матюхина, отмечались факты неоднократных попыток российских предприятий договориться о переходе на обслуживание в дочерний банк Credit Lyonnais. Однако предъявленные банком стандартные требования к экономическим показателям их деятельности отчетливо доказывали претендентам: соответствовать им нечем.
       В октябре минувшего года в парламенте готовился проект постановления, предусматривающий, в частности, отзыв лицензии, выданной Credit Lyonnais. Правда, иностранные банки получали все-таки доступ на внутренний рынок страны, но (!) через российские коммерческие банки. Тогда в защиту присутствия иностранных банков высказался глава ЦБ Виктор Геращенко, назвав запретительные меры бессмысленными и варварскими. Он предупредил финансистов, что за рубежом по отношению к российским банкам готовятся ответные меры. Благодаря заступничеству Геращенко постановление Верховным Советом принято не было.
       Однако, отвечая на вопрос Ъ, председатель планово-бюджетной комиссии парламента Александр Починок сказал, что он до сих пор не считает правильным допуск в страну иностранных банков. "Почти со всех долларов, имеющих хождение в стране, в казну не заплачено налогов. Иностранный банк, если он хороший банк и работает в интересах клиентов, будет переводить их средства за границу и только усилит незаконный отток капитала". Проконтролировать же дочерний банк, по мнению Александра Починка, гораздо сложнее.
       Впрочем, для "Лионского Кредита" подобное начало пути в России отнюдь не новость. Еще в 1878 году первый президент банка Анри Жермен, привлеченный подъемом российской экономики тех лет, решил добиваться от российских властей разрешения на открытие банка. Однако, как свидетельствуют архивные материалы Credit Lyonnais, тогда иностранные банки в стране еще не действовали, и власти предложили французам зарегистрировать их детище заменив слово "банк" на слово "фирма", а название — на имя собственное одного из представителей банка. Спустя некоторое время, российский Минфин (имеется в виду досоветский период) позволил Credit Lyonnais открыть агентство в Петербурге с условием, что "привлеченные в России средства не будут переводиться за пределы страны". Французские банкиры, хоть и сожалели, что такое условие стесняет их деятельность, все же обещали "русские деньги не экспортировать". Впрочем, частные переводы за границу, видимо не возбранялись, чем и воспользовался клиент занимающий "особое место" (см. эпиграф).
       Результат сказался почти через десять лет — в 1918 году в петербургское агентство Credit Lyonnais поинтересоваться устройством и содержимым банковских сейфов явился комиссар, наотрез отказавшийся "зачислить в кредит дебетовых счетов банка" изъятые из них деньги и ценности клиентов.
       На жалобы об опасности, голоде и холоде затерявшихся в чужой России французских финансистов Париж отвечал распоряжением держаться "до явного насилия", дабы "снять с Вас ответственность перед клиентами". Чего представитель Credit Lyonnais Юлисс Бо вскоре дождаться сподобился. По обвинению в шпионаже он через Бутырскую тюрьму был отправлен в концлагерь, где в течение полутора лет постигал глубину русской пословицы "От сумы да от тюрьмы не зарекайся".
       Тем не менее весна этого года смягчила противоречия в отношениях между иностранными и российскими коммерческими банками. Во всяком случае, на банковском конгрессе в Санкт-Петербурге тогда было принято постановление, которое приветствовало появление иностранных банков в России. Выступавшие российские финансисты вновь и вновь вспоминали канарейку, "выпорхнувшую" с легкой руки одного из иностранных гостей: "Когда-то, — сказал он, — шахтеры брали в забой клетку с канарейкой. Птица служила рабочим экологическим барометром". Такого рода службу оказывают и иностранные банки для национальной экономики: если они продолжают действовать, значит инвестиционный климат страны жизнеспособен.
       
Этические вопросы конкуренции
       Первой акцией банка Credit Lyonnais, ознаменовавшей начало его деятельности на российском рынке, стал выход из состава учредителей Международного московского банка. Принципиальное решение об этом было принято на внеочередном собрании акционеров в минувшую пятницу.
       Пребывание Credit Lyonnais в качестве учредителя ММБ создавало бы ситуацию конфликта интересов на российском финансовом рынке, усугубляющуюся намерением ММБ открыть в сентябре в Санкт-Петербурге свой филиал.
       В российском законодательстве не предусмотрена прямая норма, принуждающая банк в рассматриваемом случае к выходу из состава учредителей. Однако, по этическим соображениям, Креди Лионе принял решение выйти из числа учредителей совместного банка.
       
       ММБ создан в 1989 году пятью иностранными банками с общей долей в капитале в 60% и тремя российскими (40%). Доля каждого иностранного банка (Banca Commerciale Italiana, Bayerische Vereinsbank AG, Creditanstalt-Bankverein, Kansallits-Osake-Pankki и Credit Lyonnais) — по 12% (первоначальный взнос в валюте по $8 млн). С российской стороны учредителями выступили Промстройбанк, Сбербанк (доля в капитале по 10%. Взносы в рублях по действовавшему тогда курсу — по 11 млн руб., или более $6 млн) и Внешэкономбанк (20%; взнос в валюте — примерно $13,5 млн).
       
       С учетом того, что до сих пор прибыль ММБ как правило капитализировалась, доля каждого участника сегодня стоит гораздо дороже. Таким образом, доля Credit Lyonnais по приблизительным подсчетам может оцениваться примерно $13-15 млн (чистая прибыль ММБ за 1992 год составляет $40 млн). Внеочередное собрание акционеров также приняло решение об исчислении уставного фонда банка только в твердой валюте (в этом году он будет равняться примерно $80 млн) и направлении половины прибыли банка за 1992 год на увеличение оплаченной части уставного капитала. Вторая половина суммы (около $20 млн) подлежит распределению между акционерами.
       В параграфе 11 устава ММБ заявлено, что преимущество в решении вопроса об акциях выбывающего иностранного партнера принадлежит иностранным учредителям, и наоборот. С формальной точки зрения, оставшиеся 4 зарубежных банка должны были поделить без согласования освободившуюся долю Credit Lyonnais поровну (по 3%) между собой. Что они и сделали после извещения Креди Лионе о выходе из состава учредителей: доля была раскуплена поровну акционерами-нерезидентами. Вместе с тем, Центральный банк России выдвинул условие для совместных банков не иметь совокупной доли в капитале более 51%. Поэтому из 60 процентов, принадлежащих иностранным акционерам, 9% прийдется продать российским учредителям. Конкретное решение о выборе покупателя должно принять позднее правление ММБ.
       Пока же о кандидатуре можно лишь гадать. Имея в виду то обстоятельство, что нынешняя финансовая ситуация во Внешэкономбанке вряд ли стимулирует его желание докупать паи участия, приходится всерьез рассматривать лишь две оставшиеся кандидатуры.
       Ко всему изложенному следует добавить, что выход французского банка из состава учредителей ММБ не скажется на позициях "Лионского кредита" и соответствует духу его общей стратегии. Credit Lyonnais всегда крайне неохотно идет на участие в капитале и предпочитает создавать самостоятельные банковские учреждения, которых насчитывается 4000 в 80 странах мира.
       "Лионский кредит" неоднократно подтверждал свое намерение на первом этапе работать с традиционной для него клиентурой и, возможно, с рядом совместных предприятий. Если дела банка пойдут хорошо, он будет иметь основания распространить сеть отделений на ключевые регионах России.
       Совсем недавно банк получил от ЦБ разрешение на открытие отделения в Москве, которое будет работать по генеральной доверенности банка в Санкт-Петербурге. Правда, отделение не сможет открывать корреспондентские счета, а кредиты, по-видимому, будут предоставляться либо по согласованию с головной конторой, либо в пределах установленного лимита.
       Кроме того, генеральная лицензия, полученная дочерним банком в Санкт-Петербурге, дает право "Лионскому Кредиту" претендовать на членство в Московской Межбанковской валютной бирже (или валютной бирже Санкт-Петербурга). По свидетельству представителей ММВБ, пока "Лионский кредит" переговоров на эту тему не проводил. Поэтому пока неизвестно, будет ли вопрос об этом рассматриваться в общем или особом порядке. Согласно общим правилам, банк-претендент должен иметь опыт работы с рублями 1 год и с валютой — 6 месяцев, а также рекомендацию от одного из акционеров биржи и баланс за последний отчетный период.
       
       До конца года в России, кроме "Лионского кредита" и филиала банка Австрии, начнут действовать еще несколько дочерних банков. По решению Совета директоров ЦБ, генеральную лицензию на ведение банковских операций получили французский банк Societe Generale, BNP совместно с Dresdner Bank и Bank of China (банк внешней торговли). Подписал протокол о намерениях создать дочерний банк швейцарский Credit Svisse. Финский банк Postipankki подписал аналогичный протокол на открытие филиала в Санкт-Петербурге. Банк ING практически подготовил весь пакет документов для открытия дочернего банка, и ЦБ медлит с выдачей лицензии лишь по этическим соображениям. Дело в том, что BNP и Dresdner Bank, в свою очередь, не завершили оформление документов, хотя заявку подали раньше. ЦБ попросту опасается, как бы нарушение очередности не было расценено банками как некое высказанное предпочтение. Американские Citibank и Сhase Manhattan Bank также направили письменные обращения в ЦБ и провели с ним предварительные переговоры об открытии в Москве дочерних банков.
       
       ЕЛЕНА Ъ-МАКОВСКАЯ
       
       
Комментарии
Профиль пользователя