От указа до сувенира

24 октября 1745 года императрица Елизавета Петровна подписала указ «о высылке ко двору котов». С тех пор во дворце появились новые жители. Среди прекрасных картин и гобеленов, мебели из ценных пород дерева, позолоты и серебра появились не менее прекрасные и очень полезные коты. Новые усатые придворные поступили на службу и были взяты на довольствие. На них была возложена важная миссия: спасти дворец от грызунов.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Нынешние знаменитые эрмитажные коты обитают исключительно в подвале, там у них вполне комфортные условия, свои корзинки и миски. А ведь так было не всегда. Например, при Екатерине Великой, которая котов недолюбливала, хотя и признавала полезными, у животных было два сословия: комнатные и надворные. Последние трудились и жили в подвале, комнатные же могли спать и ловить мышей прямо в царских покоях и кабинетах, в парадных залах и галереях. Мыши могли оказаться повсюду. По этой причине и привезли в 1745 году в Петербург знаменитую породу казанских котов-крысоловов. История эрмитажных котов, пушистой гвардии, охраняющей национальное достояние, началась с царского указа, подписанного 24 октября 1745 года.

Легенды любят приписывать лавры основателя «кошачьей дружины» Петру Великому. Якобы еще в 1724 году он лично привез в дворец из Голландии крысолова по имени Василий, который пользовался невероятными привилегиями и один справлялся с грызунами. Но мыши и крысы оказались плодовитее царских указов. А вот иностранное происхождение кота — под вопросом. Существует версия, что Ваську царь Петр увидел в Вологде. Там про него и по сей день рисуют картины и пишут сказки. Одна из них гласит, что жил да был на верфи кот: «Целыми днями крыс гонял, передохнуть не успевал». И вот однажды в город приехал царь-батюшка. Как положено, с хлебом да солью встречал его тамошний купец. И во время застолья Петр вдруг увидел своего будущего питомца — тот так ему понравился, что император забрал его с собой.

«Конечно, никаких документальных подтверждений тому, что Петр привез Ваську из Вологды, не сохранилось. Но ведь и народные легенды берутся не на пустом месте»,— говорит ветеринарный врач эрмитажных котов Анна Кондратьева.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Дочь Петра, императрица Елизавета, любила роскошь и порядок. Царская резиденция в начале ее царствования располагалась в летнем дворце, на месте которого ныне находится Михайловский дворец. В покоях императрицы расплодились мыши. Это было нечто невообразимое: полчища грызунов бесцеремонно разгуливали по залам, пугая саму императрицу и нанося урон стенам. Война с вредителями требовала кардинальных мер. И Елизавета, вспомнив отца и его кота, решила испытать древнее безотказное средство. До нее дошли слухи о казанских котах — настоящих мастерах своего дела. И вот был издан тот самый исторический «Указ о высылке ко двору котов», предписывавший немедленно сыскать в Казани «самых лучших и больших котов, удобных к ловлению мышей» и с подобающим комфортом отправить их ко двору.

«Кот казанской, ум астраханской, разум сибирской»

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Кошка на Руси долгое время была редкостью, экзотической диковиной. Подтверждение тому — документ «Правосудие митрополичье», памятник церковного права XIV века, в котором приводятся цены на сельскохозяйственных и домашних животных. Кошка, согласно историческому источнику, стоила три гривны. Такую же цену давали за пахотного вола. Лошадь или корова в то время стоили дешевле кота! В этом же источнике есть статья, согласно которой за убийство питомца пришлось бы заплатить целую гривну штрафа и предоставить потерпевшему хозяину новое животное взамен.

Что же за порода оказалась в столичном царском дворце? В Казани еще со времен Средневековья существовала особая порода «бойцовых» котов-мышеловов — настоящая элита кошачьего мира. Это про них говорили: «Кот казанской, ум астраханской, разум сибирской». Эта фраза когда-то была подписью к множеству лубочных картинок с изображением казанского кота по кличке Алабрыс. Сегодня она увековечена на постаменте памятника Казанскому коту в столице Татарстана.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Новые придворные служители были крупными, мощными зверями с круглой головой, выпуклым лбом и крепкой шеей, широкими плечами и коротким хвостом. У них была густая длинная шерсть, белая или серая, богатые усы и большие выразительные глаза.

К сожалению, порода в чистом виде не сохранилась, растворившись в веках, но именно эти генетические аристократы стали прародителями царской гвардии.

Отношение к котам, спасителям дворца от мышей, было подобающим. Рацион придворных крысоловов, служивших в царских апартаментах, мог бы вызвать зависть у иного вельможи. Вместо обычной говядины им ежедневно выдавали по целой тушке тетерева или рябчика — дичь, которая и сегодня считается деликатесом. Такой рацион подчеркивал их высокий статус и был залогом хорошего самочувствия и исправной службы.

Кошачья «Табель о рангах» при Екатерине Великой

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Следующую главу в кошачьей летописи вписала Екатерина Великая. Переехав в огромный Зимний дворец, она столкнулась с необходимостью расширить «штат» хвостатых стражей. Так у котов появилась своя «Табель о рангах». Их разделили на два класса. Элиту составляли «комнатные» коты — красивые и послушные, они услаждали взор императрицы и гостей в парадных залах, мирно уживаясь даже с ее любимой левреткой.

Их сослуживцы, «дворовые» коты, несли свою нелегкую вахту в подвалах, защищая от зубов грызунов стены дворца и бесценные произведения искусства, которые начинала собирать Екатерина. Основательница Эрмитажа, несмотря на личную неприязнь к кошкам, была прагматиком: она даровала им официальный статус «охранников картинных галерей».

Трагедия блокады и великое возвращение

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Эрмитажные коты пережили революцию, но не смогли пережить блокаду. Почти все они погибли в первые же страшные месяцы. И город, и музей захлестнула новая напасть — нашествие крыс. Весной 1943 года, когда появилась связь осажденного города с большой землей, председатель Ленсовета подписал постановление, где говорилось о необходимости «выписать из Ярославской области и привезти в Ленинград четыре вагона дымчатых кошек». Эта порода считалась на тот момент лучшими крысоловами.

Эшелон с «мяукающей дивизией», как прозвали ленинградцы усатых-полосатых, надежно охранялся.

И вот кошки-спасительницы вступили в бой с обнаглевшей армией грызунов. Подвал за подвалом, чердак за чердаком, свалку за свалкой очищали они от крыс. Кошачье племя победило. В год прорыва блокады крысиная армия была разгромлена. Интересно, что и после Победы родственники из других городов присылали в Ленинград родным и друзьям не только продукты питания, но и кошек.

Я дворцовый кот, а чего добился ты?

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Эрмитажный кот сегодня — это гарантия пожизненного трудоустройства, мировая слава и хорошее питание. Родословная современных «эрмиков» идет от простых пушистых героев, завезенных в Ленинград во время Великой Отечественной войны.

Сегодня в подвалах Эрмитажа несет службу отборная «бригада» из пятидесяти «сотрудников». Каждый из них — не просто животное, а квалифицированный специалист с собственным паспортом, ветеринарной карточкой и официальной должностью. За их здоровьем и питанием следит специально нанятый сотрудник. Впрочем, старожилы Эрмитажа помнят, что когда-то все выглядело не столь цивилизованно. Живущие в подвале коты прекрасно ловили мышей и были необходимы, но и запах в подвале стоял соответствующий, а в темных коридорах порой зловеще поблескивали круглые глаза.

Современные эрмитажные коты находятся на специальной диете, их служба остается неизменной — защита музея. Изображение котов на сувенирах в лавке Эрмитажа, кстати, прекрасно монетизируется. Жизнь хвостатых обросла традициями: весной музей отмечает День эрмитажного кота, а на специальном сайте можно выбрать питомца, если в «роте» случается пополнение. Считается, что такой кот приносит в дом удачу. Котики стали живой легендой и одним из самых узнаваемых брендов Санкт-Петербурга.

Анна Кашурина