Пренебречь, боксируем

В прокат выходит полнометражный дебют британских постановщиков Бьорна Франклина и Джонни Маркетты «Без правил» (Salvable). Режиссерский дуэт не пытается вдохнуть новую жизнь в заслуженный жанр боксерской драмы, а скорее следует по стопам многочисленных предшественников, но при этом спотыкается на каждом шагу, считает Юлия Шагельман.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Хотя фильмы про бокс и боксеров начали снимать еще во времена Великого немого, безусловной вершиной жанра, в котором личные битвы протагониста с судьбой рифмуются со схватками на ринге, остается «Бешеный бык» Мартина Скорсезе (1980) с одной из лучших ролей в карьере Роберта Де Ниро. Режиссеры Франклин и Маркетта, очевидно, являются его поклонниками: они дают главному герою «Без правил», боксеру-неудачнику Салу Костелло (Тоби Кеббел), профессиональное прозвище Бык, а сам фильм начинают с черно-белого пролога, имитирующего визуальный стиль шедевра Скорсезе. Это то ли сон, то ли фантазия Сала, где он бьется на ринге с невидимым противником, который отправляет его в нокаут.

Сплошные поражения Сал терпит и наяву. В прошлом перспективный спортсмен, готовившийся к Олимпиаде, теперь он обитает в трейлере, стоящем в чистом поле на окраине депрессивного уэльского городка, и работает санитаром в доме престарелых.

Этот мрачный мужчина за сорок с потухшим взглядом и как будто постоянно давящим на его плечи невидимым грузом на удивление чуток и сердечен с постояльцами, правда, с коллегами и начальством отношения складываются не так гладко.

Бокс по-прежнему присутствует в его жизни, но лишь в виде печального напоминания о былых успехах. Каждый день Сал ходит в местный обшарпанный спортзал, где занимается с пожилым тренером Уэлли (Джеймс Космо), таким же «сбитым летчиком», как он сам, и иногда выступает в качестве спарринг-партнера для молодых и рьяных боксеров, не дающих ему спуску.

Также у Сала имеются подруга (Аийша Харт), с которой он занимается сексом в машине, так как не хочет приводить ее в трейлер и вообще впускать в свою жизнь на постоянных основаниях, бывшая жена (Элейн Кэссиди) и 14-летняя дочь Молли (Кила Лорд Кэссиди), с которой он видится раз в неделю, но отчаянно пытается наладить отношения. Девочка, как положено рассерженному на весь мир подростку, на контакт идти не слишком торопится, а ее мать авторы и вовсе рисуют сущей мегерой, которая почему-то злится на героя за его корявые и явно запоздавшие старания стать наконец отцом своему ребенку, вместо того чтобы принимать их с благодарностью.

Какая-то рябь по поверхности этого унылого, как стоячий пруд, существования пробегает, когда из тюрьмы выходит старый друг Сала Винс (Шайа Лабаф), когда-то вместе с ним подававший надежды в боксе, а нынче превратившийся в мелкого гангстера провинциального разлива. И Уэлли, и зрителям, и даже боксерской груше с первого взгляда ясно, что ничего хорошего от этого типа ждать не приходится. Но Сал тем не менее впутывается в его мутную аферу с подпольными боями, обосновывая это почему-то тем, что так он заботится о Молли (хотя чем ей поможет то, что непутевый отец стал еще и преступником, решительно непонятно).

Поворот фильма в сторону криминального жанра смотрится так же жалко, как несбыточные мечты Сала о том, что еще один, последний бой чудесным образом разрешит все его трудности.

Но и в той части картины, которая наследует традициям не столько боксерского кино, сколько автохтонно британской социальной «драмы кухонной раковины», авторам не удается установить эмоциональный контакт со зрителями. Даже отношения Сала с дочерью и стариком-тренером, которые должны, по идее, быть сердцем фильма, обозначены настолько поверхностно, что поверить в них никак не получается. Как и посочувствовать протагонисту, все свои проблемы создающему самостоятельно, но винящему в них кого угодно другого — бывшую жену, коллегу по работе, неподходящих партнеров по рингу, злую судьбину. В оригинале «Без правил» носит несколько претенциозное название «Спасаемый», но авторам не удается спасти ни своего героя от предсказуемо трагичного финала, ни сам фильм от зашкаливающей заурядности.

Юлия Шагельман