Коротко

Новости

Подробно

Научная точность

Часы Greubel & Forsey в Москве

Журнал "Коммерсантъ Weekend" от , стр. 32

представляет Екатерина Истомина


Сегодня вечером в саду "Эрмитаж" состоится выездной балетный концерт мастеров Большого театра — культурное мероприятие пройдет при поддержке молодой швейцарской часовой мануфактуры Greubel & Forsey. Название Greubel & Forsey сложено из двух фамилий — Робера Грюбеля и Стивена Форсея, часовщики собираются "выйти на русский рынок", и поддержка балетного концерта — это первый шаг. Неделю назад мы нанесли визит Роберу Грюбелю и Стивену Форсею — их крошечная мануфактура обосновалась в Ля-Шо-де-Фо, одном из главных часовых городов Швейцарии.

Если вы зайдете на сайт www.greubelforsey.com, то вы сможете увидеть портреты Робера Грюбеля и Стивена Форсея. Кажется, что это очень серьезные и упитанные мужчины, но это впечатление будет не совсем правильным. Серьезные — да, а вот упитанные, в том смысле этого слова, что успокоенные,— нет. Робер Грюбель и Стивен Форсей очень волнуются, и, как нам показалось, они довольно разные люди. Итак, что же их объединяет, или краткая история брэнда "Greubel & Forsey".

Робер Грюбель — француз из Эльзаса, территории специфической, в некоторых местах даже двуязычной — здесь столь же бегло говорят по-французски, сколь и по-немецки. В юности Робер работал на небольшое семейное часовое ателье с французским именем Greubel Horlogerie, однако на всю жизнь сохранил привязанность к классическим часам немецкого толка — к IWC или к A. Lange & Sohne. Кстати, в первой компании, чья штаб-квартира находится в Шаффхаузене (50 километров от Цюриха), Грюбель успел поработать. В IWC он пришел в 1987 году и служил в департаменте grand complication. Позднее была работа в Renaud & Papi SA, где Грюбель занимался созданием прототипов, в 1999 году он ушел и оттуда, чтобы заняться собственными проектами. Робер Грюбель высок и хорош собой.

Стивен Форсей — англичанин с торчащими в разные стороны волосами цвета, который называют "спелая рожь". Англичанин самый настоящий, с крепко сбитой крестьянской фигурой, большими руками, крупным носом и маленькими очень внимательными голубыми глазами. Его отец коллекционирует старые автомобили Bentley, а его дед на этих самых Bentley когда-то неплохо выступал в национальных гоночных чемпионатах. Сам же Стивен Форсей отдает предпочтение Porsche — для досуга и Land Rover — для рабочих поездок.

Они были знакомы 15 лет, прежде чем создали собственную марку. В 2001-м они наконец начали строить планы и работать, к 2004 году относят собственно образование марки Greubel & Forsey. Эту марку причисляют к основным надеждам швейцарской классической часовой промышленности. Несмотря на свою молодость, марка известна, один из ее публичных поступков — разработка часов Opus VI, шестого "Опуса" в серии необычных редких часов Harry Winston.

Сегодня Greubel & Forsey показывают свои новинки на выставке в Базеле, однако в этом году в жизни молодой компании случилось и еще одно знаковое событие: 20 процентов капитала были куплены Richemot Group, крупнейшим игроком на рынке luxury, могучей корпорацией, в которую входят звезды — Cartier, Vacheron Constantin, Piaget, Jaeger LeCoultre, Baume & Mercier, Van Cleef & Arpels, IWC, а также самая любимая Грюбелем и Форсеем часовая марка — A. Lange & Sohne из саксонского села Гласхютте. Поскольку Richemot Group проводит свой собственный часовой салон в Женеве, то не исключено, что в ближайшие два года Greubel & Forsey переедут на SIHH. Как известно, стенд на SIHH, пусть даже и очень небольшой, фантастическим образом влияет на репутацию.

Чтобы объяснить то, что делает Greubel & Forsey, нужно еще раз специально сказать, что мануфактура и часы A. Lange & Sohne являются для Грюбеля и Форсея эталоном. В искусстве A. Lange & Sohne часовщиков привлекает то, что это бескомпромиссные "часы-часы". Это в высшей степени классический, стопроцентно научный инструмент для измерения времени, сделанный с известным суровым, дотошным, принципиальным немецким подходом. Слово "научный" в данном случае не играет роль эпитета, а определяет исследовательскую работу компании: Greubel & Forsey владеет собственной лабораторией — это Experimental Watch Technology (E.W.T.), которая занимается научными разработками.

Greubel & Forsey не только следуют научной часовой философии прославленной немецкой марки, но и значительно сужают и обостряют ее. В настоящий момент Greubel & Forsey производят только мужские часы класса grand complication весьма маленькими лимитированными сериями — и они намеренно отказываются от увеличения своего производства, а также от запуска женских и спортивных часов. Но и Робер, и Стивен прекрасно отдают себе отчет в том, что этот отказ в значительной степени сужает их ассортимент. Между тем, сужая позицию "количество и разнообразие", они невероятно выигрывают в другом — часы Greubel & Forsey причисляются к предметам для ценителей, знатоков, коллекционеров, для тех, кто не первое десятилетие изучает часы.

Сегодня в линейке Greubel & Forsey несколько лимитированных моделей, среди них специалисты отмечают в первую очередь Double Tourbillon 30 Secret (цифра 30 в данном случае обозначает градус). Это дебютные часы брэнда с механизмом двойного турбиойна, вращающегося под углом 30 градусов. Сложный механизм закрыт специально (подобные "закрытые" турбийоны в эру популярности усложнения делал только Patek Philippe — это, например, 10 Day Tourbillon) — о том, что он находится и движется внутри, сигнализирует надпись "Поворот на 4 минуты". Еще одни известные часы марки — Invention Piece 1, с сильно смещенным циферблатом, в которых также есть наклоненный на 30 градусов турбийон. Если первые часы представляют собой образец духовной сдержанной классики, то вторые несут в себе термоядерный заряд авангарда.

Одна из последних разработок — Tourbillon 24 Secondes Incline. Часы невероятно интересные — с модернизированным корпусом. Классический круг получил своеобразный эркер, в который помещен фирменный, то есть наклоненный, турбийон. Остается добавить, что все корпуса для часов Greubel & Forsey изготавливаются из драгоценных металлов — платины, золота разных цветов; все часы лимитированы, самое большое количество экземпляров — 33 штуки.

Что же объединяет разных по темпераменту Робера Грюбеля и Стивена Форсея? Их объединяет перфекционизм и любовь к самой серьезной часовой науке.

6 июля, сад "Эрмитаж"

Комментарии

Рекомендуем

обсуждение

Профиль пользователя