Коротко


Подробно

"Я не могу комментировать слова человека, которого не существует"

Бывший сотрудник КГБ Андрей Луговой, обвинивший Бориса Березовского и Александра Литвиненко в связях с английской разведкой, в интервью "Власти" опроверг свои собственные слова о том, что вместе с Литвиненко продавал в Англии аналитические материалы о России. Между тем обнаружился автор материалов, которые, по словам эмигранта из России Евгения Лимарева (см. "Власть" N24), Литвиненко пытался продать за €10 тыс.


В прошлом номере "Власть" опубликовала выдержки из аналитических материалов, которые, как утверждает живущий во Франции Евгений Лимарев, Александр Литвиненко пытался продать с его помощью в мае 2006 года. Лимарев заявил "Власти", что, по данным его источников, эти материалы передал Литвиненко Андрей Луговой. При этом, по словам Евгения Лимарева, Литвиненко убеждал его, что материалы уникальны и готовятся спецслужбами для первых лиц Кремля. Лимарев же считает, что пакет документов мог быть изготовлен в любом московском пиар-агентстве.

Он оказался прав. После выхода номера в редакцию "Власти" позвонил человек из организации "Центр политической информации" (ЦПИ). Он рассказал, что тексты, которые пытался продать Александр Литвиненко, были написаны сотрудниками ЦПИ.

Центр политической информации — независимая общественная организация, зарегистрированная в феврале 1997 года и специализирующаяся на оказании информационной поддержки консультационного характера. На сайте компании указано, что приоритетными направлениями исследований центра являются "изучение формирования, функционирования федеральной и региональной элит, а также групп влияния; изучение общественно-политической и экономической ситуации в регионах и в России в целом; анализ состояния коммерческих структур и российской многопартийности". В 1996-2006 годах центр выпустил более 500 специальных справочных изданий.

С 1997 года ЦПИ возглавляет Алексей Мухин. В 1995 году он окончил Историко-архивный институт в Москве. В 1992-1996 годах работал в информационно-издательском центре "Панорама", был одним из соучредителей службы политической информации и консультаций "Центр" ("СПИК-Центр").

"С Литвиненко я виделся мельком совершенно случайно в Совбезе в 1998 году"


Мы связались с гендиректором ЦПИ Алексеем Мухиным и попросили его прокомментировать информацию, полученную нами от Евгения Лимарева.

— Насколько эти материалы конфиденциальны?

— Процитированные журналом "Власть" тексты взяты из нашего справочника "Система московских клубов. Элита, лоббисты, "мозговые центры"" (подписан в печать в декабре 2005 года.— "Власть"), который мы выпустили в 2006 году, и нашего мониторинга изменения баланса сил в структурах власти (N122 за март 2006 года.— "Власть"), с 2001 года он выходит два раза в месяц. Справочник по клубам был составлен на основе моей личной информации студентками Социального университета (Российского государственного социального университета.— "Власть") и в принципе не может быть конфиденциальным. Девушки ездили по закрытым клубам и собирали информацию, то есть провели вполне журналистское расследование. Мониторинг изменения баланса сил эксклюзивен, выходит в ограниченном количестве и распространяется только среди клиентов ЦПИ, которых у нас немного, даже нескольких десятков не наберется.

— Цены на вашу продукцию сопоставимы с теми, о которых говорил Литвиненко?

— Мне кажется, что говорить о ценах неэтично, но сумма, предложенная Литвиненко, просто взята с потолка (в интернет-магазинах справочник "Система московских клубов" сейчас продается за 496 рублей, а на сайте ЦПИ пакет документов с результатами трех мониторингов предлагается приобрести за $1000.— "Власть"). Не знаю, хотел ли он ввести в заблуждение потенциальных покупателей этой информации. Возможно, его самого ввели в заблуждение или существовала некая цепочка посредников при перепродаже материалов, в конце которой и образовалась именно такая цена.

— Как материалы центра могли у него оказаться?

— Думаю, что, скорее всего, материалы достались Литвиненко от источника в России, который воспользовался своими отношениями с ЦПИ. Но мы не можем нести ответственность за то, куда попадают наши материалы. Фрагменты некоторых из них иногда мелькают в СМИ, куда просачиваются через третьи и четвертые руки, ими пользуются депутаты Госдумы, некоторый резонанс они получили на Старой площади и в Белом доме.

— Луговой утверждал, что информационный пакет — возможно, ваш — им с Литвиненко удалось продать британской охранной компании. На основании в том числе и этого заявления Лугового ФСБ возбудила уголовное дело о шпионаже.

— Информационно-аналитические материалы ЦПИ, безусловно, представляют интерес для госчиновников и бизнесменов, работающих в России, потому что отражают взгляд аналитика на процессы во власти, экономике и политике. Но основаны эти наблюдения исключительно на открытых источниках и интервью. Возможно, форма подачи (неопубликованный материал, подающийся на эксклюзивной основе) и вводит иногда в заблуждение людей, считающих Центр политической информации чуть ли ни подразделением спецслужб. Это не так. Мы самофинансируемая организация — государство нас не содержит.

— Знакомы ли вы лично с Луговым, Лимаревым, были ли знакомы с Литвиненко?

— Я не знаком лично ни с Луговым, ни с Лимаревым. С Литвиненко я виделся мельком совершенно случайно в Совбезе РФ в 1998 году, столкнулся с ним в коридоре. Все наше знакомство ограничилось именно этим (в лицо я его, естественно, знал). Но за деятельностью Бориса Березовского я давно наблюдаю, у меня даже есть соответствующие публикации. Поэтому имена людей, вовлеченных в скандал вокруг отравления Литвиненко, мне известны.

— Спецслужбы проявляют интерес к вашему центру?

— Интерес к ЦПИ проявляли практически все спецслужбы, которые мне известны. Одна из причин — в 2004 году мы издали справочник "Путеводитель по спецслужбам России", который проверяли на предмет наличия в нем секретной информации. Никаких секретов там не нашли, но интерес ко мне у представителей спецслужб остался. Они регулярно пытаются выяснить, на кого я работаю, и каждый раз убеждаются в том, что я всего лишь исследователь, который занимается информированием общественности путем издания справочных материалов. Если они и получают эти материалы, то только на неофициальной основе.

"Я никогда не говорил, что вместе с Литвиненко продавал кому-то материалы о России"


Таким образом, как и предполагал Евгений Лимарев в интервью "Власти", документы, которые Александр Литвиненко пытался представить суперсекретными, оказались продуктом одного из многих московских политологических агентств. По словам Лимарева, документы эти Литвиненко мог получить от Андрея Лугового. В принципе сам Луговой в начале июня несколько раз заявлял о том, что Литвиненко первый предложил ему сотрудничать с британскими компаниями, занимающимися безопасностью. Луговой упоминал в этой связи фирму RISC Management и Erinys — крупнейшее частное охранное предприятие, специализирующееся на обеспечении безопасности объектов нефтяной и газовой промышленности во всем мире.

31 мая на пресс-конференции в "Интерфаксе" Андрей Луговой заявил: "Мне было предложено начать совместный бизнес, связанный с защитой британских инвестиций в различных сферах российской экономики... Было выплачено явно завышенное вознаграждение. При этом оплата шла через офшорную компанию на Кипре. Меня это насторожило, поскольку речь шла об информации открытого характера, которую можно было спокойно найти в интернете. Стало понятно, что вознаграждение было направлено на постепенное втягивание меня в сотрудничество..." А в интервью газете "Известия", опубликованном 4 июня, Луговой высказался на эту тему более подробно: "Есть англичане, которые хотят вложить деньги в Россию. Но они боятся и хотят быть уверены, что их инвестиции не будут разворованы. И мы им предлагали разные аналитические материалы в различных сферах экономики. За эти материалы нам сразу перечислили деньги, и 20% от этой суммы получил Литвиненко наличными от них. Так он мне сам сказал. Условно говоря, они должны были перечислить $10 тыс., а перечисляют $8 тыс. Остальное отдают Литвиненко". В том же интервью Луговой заметил, что вскоре почувствовал неладное и понял, что его хотят завербовать агенты британских спецслужб, работающие в упомянутых компаниях, втягивая его в бизнес, "связанный с продажей страны".

Однако, когда "Власть" попыталась выяснить, действительно ли Андрей Луговой передавал Александру Литвиненко аналитические разработки, подготовленные в Центре политической информации, бывший сотрудник КГБ, сообщив, что отдыхает "на море" вместе с Дмитрием Ковтуном, отказался от своих слов:

— Я никогда не говорил, что вместе с Литвиненко продавал кому-то в Англии информационно-аналитические материалы о России. Литвиненко — предатель, достойный самого неприятного отношения со стороны граждан Российской Федерации!

— А что вы думаете по поводу утверждений Евгения Лимарева, заявившего, что вы передали Литвиненко пакет аналитических материалов, предложив продать их британским компаниям?

— Лимарев — аферист, лицо неизвестное среди людей, имеющих отношение к безопасности, разведке и контрразведке. Есть еще Ивановы, Петровы, Сидоровы, и вот такой Сидоров рассуждает. Вы не найдете ни одного человека, который его знает, это такая виртуальная реальность, не знаю, кто его решил раскрутить. Я не могу комментировать слова человека, которого не существует.

"Луговой уже не отдает себе отчета в том, что путается в навязанных ему показаниях"


Будучи заинтригованы, мы вновь позвонили Евгению Лимареву с просьбой как-то подтвердить свое существование. Вот что он ответил:

— В том, что я — это я, я реален и пока жив, убедились десятки журналистов всего мира, которые с ноября 2006 года стучались мне в дверь, часто без спроса, и требовали ответов как от "одного из трех действующих лиц полониевого скандала". Да и в России, думаю, если захотят, то расскажут обо мне многие публичные деятели, с которыми я был плотно связан до апреля 1999 года — и по бизнесу, и по государственным делам. Те же сенаторы Алексей Волин и Михаил Маргелов (последний знает меня с детства, оба сенатора — с института, а потом и по совместному PR-проекту), сенатор Борис Шпигель, депутат Госдумы Геннадий Селезнев. Проблема только в том, что некоторые хотели бы, чтобы меня уже не было, но я выжил.

— Как вы думаете, почему Луговой опровергает собственные слова?

— Видно, совсем плохо ему, страшно. Ведь вся жизнь поломана, все мысли только о том, как выжить, чтобы свои же не грохнули. Прекрасно его понимаю: я все это переживал с апреля 1999 года, когда такие же "силовые партнеры" в погонах отняли у меня все, пытались ликвидировать и вынудили более не возвращаться в Россию. Подозреваю, что Луговой уже не отдает себе отчета в том, что путается в навязанных ему установочных показаниях для СМИ. Ведь впервые он об этом обтекаемо упомянул на своей пресс-конференции, а в интервью "Известиям" лишь конкретизировал. Боюсь, скоро его хозяевам надоест, что он не справляется с поставленной задачей, выходит из роли и становится опасен для заказчиков убийства Литвиненко.

АЛЕК АХУНДОВ, ЕКАТЕРИНА САВИНА



"Мы играли вместе в солдатики"

Член Совета федерации Михаил Маргелов подтвердил "Власти" свое знакомство с Евгением Лимаревым:

— Отец Евгения Лимарева и мой отец Виталий Маргелов работали в советской разведке. Когда наши отцы работали в Марокко, мы были детьми и играли вместе в солдатики. Я учился в третьем классе русской школы при посольстве в Рабате, а Евгений — во втором. Позднее, когда мой отец работал уже в Швейцарии, Евгений Лимарев тоже был в этой стране. В институте (ИСАА.— "Власть") мы практически не общались, я изучал арабский, а он — фарси. У нас были разные интересы. В последний раз я слышал о Лимареве где-то в 1998 году сразу после финансового кризиса, а после этого никакой информации у меня о нем не было, встречались только отрывочные упоминания в прессе.



Тэги:

Обсудить: (0)

Комментировать

Наглядно

валютный прогноз

Социальные сети

обсуждение