Коротко

Новости

Подробно

Собачья жизнь и творчество

Олег Кулик в ЦДХ

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 15

выставка современное искусство

В Центральном доме художника открылась выставка "Олег Кулик. Хроника. 1987-2007". Персоналка одного из самых скандальных деятелей современной российской арт-сцены проходит в рамках программы "Москва актуальная". К постоянным организаторам — Московскому музею современного искусства и галерее XL — присоединился и ЦДХ, отдавший под выставку все свои этажи. Двадцатилетнюю эпопею Олега Кулика заново пересматривала его однофамилица ИРИНА Ъ-КУЛИК.


Усилиями дизайнера выставки Бориса Бернаскони ЦДХ преобразился в темный лабиринт, сплошь затянутый мутно-серой полиэтиленовой пленкой — она стелется по полу и повисает полупрозрачными завесами, разграничивающими выставочные залы. Получившееся пространство напоминает и научно-фантастическую лабораторию или клинику, и даже внутренности некоего гигантского существа. Впрочем, сколь бы разнообразными (но неизменно тревожными) ни были возможные ассоциации, зритель мог быть уверен в одном. Где-то в глубине лабиринта его поджидает мифологический монстр, ради встречи с которым он и пришел на эту выставку,— пресловутый "человек-собака". Несмотря на то что господин Кулик не появлялся в образе собаки уже лет десять, он и сегодня более всего известен в этом качестве единственного в своем роде оборотня от современного искусства.

По законам саспенса обитающий в лабиринте "монстр" не спешит показаться на глаза публике. В начале экспозиции в холле ЦДХ публику встречает вполне вэдээнховского размаха "Оранжерейная пара" (1994-1995) — стеклянные фигуры совокупляющихся быка и коровы, внутри которых, как в настоящей оранжерее, растут цветы и обитают живые насекомые. Второй этаж отведен под показанные с невиданным размахом проекты конца 1990-х — начала 2000-х годов. Тут есть "Новый рай" — фотографии, на которых люди предстают лишь призрачными отражениями на витринах зоологического музея, а за ними открываются виды "девственной природы", на лоне которой гуляют животные с отчетливо заметными таксидермическими швами. "Музей", в котором в виде восковых чучел предстают уже образцовые человеческие особи — парящий под потолком "Космонавт", застывшие в стеклянных ящиках "Теннисистка", похожая на Анну Курникову, и "Певица", похожая на Бьорк. Куда менее пессимистический взгляд на совместное будущее животных и человека предлагает проект "Лолита vs Алиса". В круглых лайтбоксах, разместившихся, словно маленькие озерца, на полу, красиво плещутся в воде, накладываясь друг на друга, собаки и обнаженные, как и подобает невинным обитателям рая, дети и сам художник. А центральное пространство отведено под произведение, отсылающее к самому первому проекту Олега Кулика, которым он заявил о себе на московской сцене в далекие 1980-е,— "Прозрачности". Посреди огромного зала стоит прозрачный, едва заметный в темноте прямоугольник, сквозь который открывается вид на разогнанное на целую стену видео, снятое в Монголии.

Впрочем, после душеспасительного созерцания монгольских просторов посетители выставки обнаруживали скрытую в глубине второго этажа "Собачью гостиницу" — пожалуй, самую сильную из представленных на выставке работ художника. Из узкого ряда клеток доносится истошный лай и вой. Заглянув за решетки, можно обнаружить, что в каждой из клеток томится телевизор, на экране которого скалит зубы, брызжет слюной или лакает из миски "человек-собака". Вырваться на свободу "зверю" удается на третьем этаже ЦДХ, отданном под самые радикальные проекты художника, прежде всего видеодокументацию его перформансов 1990-х годов. Озверевший голый Кулик рвется с цепи, на которой его водит главный "антигерой" московского акционизма Александр Бренер, барахтается на четвереньках в снегу, бросается на публику и осатанело кидается на проезжающие по улице машины. "Кулик — это все-таки птица" летает на тросах над петербургским двором. Он становится добычей "живодеров" в "Русском сафари", напоминающем трэшевый боевик про охоту на человека, из тех, что тогда крутили в видеосалонах. Допотопные советские "тачки" гоняются за осатанелым беглецом по какой-то промзоне и ловят несчастного в гигантскую сеть.

Эти ставшие хрестоматийными перформансы и сегодня способны поразить воображение. В искусстве Олега Кулика, какой бы изысканной ни была нынешняя подача, всегда остается нечто китчевое, "дикое", данное не умом, а "нюхом". Сегодня Олег Кулик говорит, что хочет наконец стать человеком. Но, как бы ни хотел он избавиться от "собаки", внутренняя зверюга по-прежнему жива и заставляет его нарушать законы хорошего вкуса.


Комментарии
Профиль пользователя