Эстонские власти нашли место, куда перенести Бронзового солдата. Как убедился специальный корреспондент Михаил Зыгарь, это событие заметили только в России — потому что именно здесь на скандале с памятником зарабатывают большие деньги.
Примерно два месяца назад Бронзовый солдат поселился в наших телевизорах. Зажил там своей жизнью. Заставил российских телеведущих перестать путать Эстонию с Латвией. В телевизоре о нем рассказывали так: "Эстонские власти хотят снести памятник русскому солдату, освободившему Таллин. А на этом месте поставить памятник эсэсовцу. Русские жители Эстонии возмущены, но бессильны что-либо сделать, поэтому жаждут помощи России-матушки. Такие дела".
Все верно, в точности как в анекдоте: "Правда, что Абрамович выиграл миллион долларов в лотерею? Правда. Но не Абрамович, а Рабинович; не миллион долларов, а сто рублей; не в лотерею, а в карты и не выиграл, а проиграл".
— Не снести, а перенести! — объясняет премьер-министр Эстонии Андрус Ансип.— Он стоит в центре города, вокруг него люди топчутся все время, митинги проводят. Пьют водку. А под ним, скорее всего, есть захоронения. Причем они, видимо, не точно под памятником, а под троллейбусной остановкой. Православный митрополит Корнелий и тот требовал, чтобы к этому захоронению проявили больше уважения и перенесли останки воинов в более спокойное место.
— Увы, но мы не можем сказать, что советские солдаты освободили Таллин,— рассказывает мне историк Эрик Кросс, входящий в специальную комиссию по перезахоронению воинских останков.— Мой отец во время нацистской оккупации сидел в тюрьме как борец за независимость. 19 августа 1944 года его выпустили: немцы ушли из города. А 22 августа вошли русские. И в тот же день его посадили снова.
— Никакого памятника эсэсовцам в Таллине никто ставить не собирается,— говорит Франек Персидски, пресс-секретарь эстонского посольства.— В Эстонии вообще нет никаких памятников эсэсовцам. Был один, в местечке Лихула, его поставили местные власти, но он простоял не больше недели. Правительство Юхана Партса без всяких рассуждений его демонтировало.
— Вообще-то этот солдат — эстонец,— говорит мне Лена, активистка популярной среди русских Центристской партии.— Мы тут умеем друг друга по лицу различать. У памятника лицо эстонское. Позировал эстонец. И кстати, у нас многие эстонцы выступают против того, чтобы его переносили. А многие русские, наоборот, говорят: "Надоели вы уже с этим памятником, когда наконец его уберете уже".
— Что больше всего пугает, так это то, что в России все так переполошились,— жалуется мне Катя, журналистка из таллинской русскоязычной газеты.— Мы, честно говоря, уже давно не верим в то, что кто-то в России будет защищать наши интересы. Я недавно писала про пенсионерку, которая по призыву Путина решила вернуться в Россию. И что с ней стало? Обещанную ей квартиру в Питере отдали другим людям, она год пообивала пороги и вернулась в Таллин. Так что, если в России начинают говорить, что будут заботиться о русских в Прибалтике, мы ждем беды. России ведь мы не нужны — она нас только использует. Например, чтобы отвечать на обвинения европейцев в нарушении прав человека. Посмотрите, мол, на то, что у вас в Прибалтике происходит. А в том-то и дело, что у нас ничего не происходит! Уж точно таджикских девочек не убивают.
— Эстонцы до сих пор очень боятся России. После прихода Путина к власти — особенно. Мы боимся, что советские времена могут вернуться,— признается Эне Эргма, профессор Тартуского университета и бывший кандидат в президенты.— А у вас, кстати, скоро президентские выборы.
— Михаил, а почему в России из-за этого памятника такая шумиха? У вас проблем своих, что ли, нет? — спрашивают меня и премьер-министр, и журналистка, и профессор, и депутат, и даже метрдотель в гостинице.
— Вот именно. Проблемы у нас есть. Если бы не было, мы бы не стали так рьяно обсуждать ваши.
— Вы знаете, этот скандал раскручивают серьезные силы в России,— рассказывает мне депутат-центрист Владимир Вельман.— Например, по слухам, агентство Regnum очень поддерживало Конституционную партию Андрея Заренкова — они активнее всего делали себе пиар на Бронзовом солдате. А Regnum курирует Модест Колеров, который в Кремле отвечает за ближнее зарубежье. Понимаете?
— У российских олигархов здесь, в Эстонии, серьезные интересы,— рассказывает мне Андрей Заренков.— Многие хотят, чтобы здесь было все мутно, чтобы Россия и Эстония так и не подписали бы договор о границе. В мутной воде проще рыбу ловить. А Центристскую партию, кстати, по эстонскому телевидению поддерживали Грызлов и Степашин. А у "Единой России" с центристами договор о сотрудничестве. Понимаете?
То, что у разных группировок внутри российской власти совсем разные интересы, я, конечно, понимаю. А еще то, что Бронзовый солдат, живущий в телевизорах, и памятник на площади Тынисмяги в Таллине — две разные вещи. В первого вкладывают много денег и на нем много зарабатывают. Второго перенесут до 9 мая этого года.
Кстати, с Латвией на прошлой неделе Россия спокойно подписала договор о границе. И никто не вспоминал ни про регулярные марши легионеров Waffen SS в Риге, ни про памятники им. Российские телеведущие, научившиеся отличать Эстонию от Латвии, говорили так: "Латвия отказалась от своих территориальных претензий к России и получила наконец от мертвого осла уши. Такие дела".